Загадки академии темных сердец (СИ) - Пожарская Анна

— Бежим! — крикнул он Ларе, закидывая обессилевшую Меру на плечо, но понял, что не может сдвинуться с места.

Запах сушеных розовых лепестков стал невыносим. А потом душой завладел страх. Не его страх — Лео. И, словно в вязкой бездне, в нем окончательно утонула всякая магия.

Треснули оконные стекла. Будто воины, прорвавшие оборону, в зал ввалились одетые в зеленую форму люди. И снова страх наполнил душу. На этот раз за Меру. Зил узнал некоторых из вновь прибывших. Хранители договора. Не темные сердца, простые маги огромной силы, давшие клятву положить жизнь за исполнение каждого пункта старых соглашений. Будет бой, и он, Зилант Магрей, скорее всего, не в состоянии защитить свою возлюбленную! Надо хотя бы попытаться унести ее отсюда! В бессильной злобе сжал кулаки и снова обратился к магии. Увы, но как ни старался Зилант, заклинание Куда отпускать не желало.

Удерживал потерявшую сознание Меру в объятиях и судорожно пытался придумать хоть какое-то решение. В голову приходило только запрещенное заклинание купола. Щит своеобразный, но в сложившихся обстоятельствах самый действенный. И сил отнимал немного. Жаль, за его применение полагалось строгое наказание.

Усмехнулся. Использовать магию в присутствии хранителей договора без предварительного разрешения само по себе было тяжким преступлением, так что какая разница, запрещенные слова приходят в голову или нет? Лишь бы заклинание Куда хоть чуть-чуть ослабло.

Птичник ударил первым. С потолка закапал светящийся дождь из расплавленного металла. Капли прожигали одежду и больно ранили кожу. А потом Зилант услышал команду. Над головой сверкнула молния, и хор голосов, в унисон повторяющих одно и то же заклинание, утонул в раздирающем уши треске. Перестало хватать воздуха, помещение заполнилось клубами черного непроницаемого дыма. Зилу показалось: кто-то вытаскивает сердце из груди. Мера выгнулась дугой, бешеной кошкой провернулась в объятиях. Хрипло охнула, но глаз не открыла. Из носа созвучной тонкой струйкой потекла кровь.

Магия Куда наконец-то отпустила, и Зил побежал к ближайшей двери, на ходу творя заклинание купола. К Нориалю все! Мера здесь человек случайный, почему она должна пострадать?

Невесомыми нитями магия потекла сквозь тело, выстраивая тонкий, но действенный щит вокруг созвучной. Пространство сверкало, взрывалось и вздрагивало. Пело хором усиливающих друг друга голосов. Куд оказался крепким орешком! Обычно хранители справлялись с первого удара. Зил почти не обращал на происходящее внимания: казалось, что Мера почти не дышит, и он из всех сил пытался пробраться к выходу. Осталась бы жива! Не всякий созвучный может выдержать серьезный магический поединок рядом, а уж такой чувствительный, как она, и подавно.

Вот она — заветная дверь. Единственная в этом зале ведущая наружу, а не в другие комнаты и коридоры. Потянулся к ручке и тут же получил молнией в спину. Охнул, пытаясь понять — тело осталось целым или его уже разрезали пополам. Выпустил из рук и тут же снова подхватил Меру.

— Живыми не выпустим, — услышал сквозь шум вокруг и закрыл глаза, повторяя заклинание купола. Вряд ли второй раз как-то усилит его, но бездействовать просто не было сил.

Хор магов усилился, будто в опере добрались наконец-то до главной песни, той, что будут напевать друг другу завсегдатаи театра и просто любители представления. Запахло сушеной лавандой. Невыносимо и едко. Словно вокруг не осталось воздуха, одни цветы. Зилант втянул носом раскаленную субстанцию и крепче прижал любовницу к себе. В созвучии было дело или нет, но Меру терять не хотелось.

Снова громыхнуло и дернулось, а потом сверкнули несколько молний и в зале повисла такая тишина, что ее хотелось потрогать рукой. Сердце Зиланта сжалось и пропустило удар: Мера в его руках перестала дышать. Выругался и тряхнул ее как грушу, одновременно пытаясь дотянуться до сознания созвучной обычным заклинанием помощи. Лишь бы сработало!

Только закончил нужные слова, когда сообразил, что бой вокруг кончен. Подошел главный хранитель, Зил едва кивнул, приветствуя его — они встречались однажды, когда тот отдавал профессору разрешение не носить браслет, — и снова занялся Мерой.

— Последуйте за мной, господин Магрей, — строго сказал главный, протягивая двойной браслет для преступников. — Вы обвиняетесь в нарушении четвертого, двенадцатого и шестьдесят третьего пунктов договора.

— Я должен помочь, — отмахнулся Зилант и тут же указал на Меру. — Ей плохо. Она созвучная.

— Хотите добавить еще сто тридцать пятый пункт? — нахмурился мужчина и грустно усмехнулся. — Подозреваю, после такой бойни созвучная мертва. Но позову лекаря. Если еще можно помочь, ей помогут, — наклонился и защелкнул браслет на руке Магрея. — Пойдемте!

Подтолкнул его к выходу. Туда, где в компании других хранителей стояли обраслеченные Луклей и Куд. Чуть поодаль Лара рыдала на плече ректора. На убитого горем мужчину тоже нацепили двойной браслет. Магрей неохотно покорился. Кроме использованного заклинания, в присутствии хранителей ничего серьезного он нарушить не успел. Хотелось верить: разум возобладает и в конечном счете все закончится благополучно. Без браслета, конечно, уже не выпустят, но это ерунда. Лишь бы с Мерой обошлось!

Посмотрел в зал и тяжело проглотил застрявший в горле ком. Какой-то мужчина склонился над Мерой. В руке у него была белая с синими полосками тряпка. Последнее покрывало. Лучший цвет, чтобы предстать перед судом Нориаля. Тут, в зале, таким укрыли уже нескольких человек. Мужчина потрогал Меру и покачал головой. Поднял глаза на Магрея и слегка улыбнулся.

— К лекарю! — громко отчеканил он, пристально вглядываясь в мага. — Живых не ко мне!

— За запрещенные заклинания в присутствии хранителей договора тебе светит казнь, Магрей, — издевательски прошипела Луклей, но Зилант не обратил на ее слова никакого внимания. Его Мера жива, а остальное как-нибудь наладится.

***

Мера почти потеряла сознание от боли еще во время первого заклинания Куда. Сопротивляться или бежать просто не было сил. Все происходящее напоминало страшный сон. Ночной кошмар. Откуда-то издалека доносились слова, которые скручивали внутренности, и предательское тело ныло от невыносимой боли. Случались краткие передышки, но и они не позволяли прийти в себя.

Не видела ничего вокруг: из-за слез люди и предметы слились в бесформенные бессмысленные пятна. Дышала с трудом: магия давила, корежила, калечила. Полегчало лишь однажды, когда где-то неподалеку творил заклинание Магрей. Накатывающая волна нежности ненадолго прогнала мучения, но потом воздействие возобновилось с новой силой. Когда кто-то разбил окна, Мере хотелось только одного — умереть, чтобы боль наконец-то прекратилась.

Все кончилось внезапно: показалось, Зил поймал ее в объятия и будто плащом укрыл от всего на свете. Разум провалился в сладкую бездну тепла и спокойствия ее темного сердца. Душа закружилась в танце, не позволив смерти отнять у нее тело.

Очнулась, оттого что серьезный пожилой мужчина буквально вливал в нее теплую горькую жидкость. С трудом разомкнула веки. Все тело ныло, будто вчера Мера участвовала в дворовой драке. Огляделась. Знакомо пахло сушеными розовыми лепестками. Лежала в их с Ларой комнате, в одежде, на подушке поверх покрывала.

— Выпейте, Эмера, станет легче, — увещевал мужчина. — Как вы?

Мера поморщилась. Чувствует себя ужасно! Как тренировочное чучело… А самое противное, что совершенно не помнит, как дошла до жизни такой. Неужели чужая магия смогла сотворить с ней весь этот ужас?

— Что произошло? Как я сюда попала? — еле слышно выдавила она. Каждое слово давалось с трудом.

— Выпейте и постарайтесь поспать, — примирительно произнес мужчина.

Но Мера поймала его взгляд и, собрав последние силы, решительно прошептала.

— Я требую объяснений.

— Будут объяснения, — мягко, как сумасшедшей, улыбнулся собеседник, — выпейте.

Мера послушно сделала несколько глотков. Горькая жидкость приятно растеклась по языку, согревая пересохшее горло. Мужчина кивнул и удалился. Созвучная устало прикрыла глаза. Даже веки опускать было больно!