Зов судьбы: любовь берлана - Елена Шальнова

— Ройстон, — прошептала завороженно, — это ведь сон, правда? Такое невероятноое блаженство не может быть реальностью…

Рассвет застал Ройса в объятиях его возлюбленной. Он удобнее устроился рядом с мирно спящей Рисой, притягивая ее ближе и наслаждаясь теплом ее тела. Риса улыбнулась во сне, что-то нежно пробормотала и прильнула к нему, словно ища защиты в его объятиях.

— Ох, Риса, не стоит… — прошептал Ройс, чувствуя, как ее невинные движения пробуждают в нем желание. Он убеждал себя сохранять спокойствие и не поддаваться близости столь желанного тела, хотя это давалось ему нелегко. Его любимой нужно отдохнуть после их первой ночи близости…

Воспоминания о вчерашних событиях нахлынули яркими образами, заставляя сердце Ройса биться чаще. Кто бы мог подумать, что скромная Риса способна вызвать такую бурю страсти? За свою долгую жизнь Ройс знал многих женщин, но никогда прежде не испытывал такого всепоглощающего желания, не растворялся без остатка в любимой. Никогда его сердце не замирало от одного взгляда, а душа не пела от простого прикосновения. Риса изменила все его представления о любви, перевернула его мир.

Прошедшая ночь стала для Ройса откровением, изменившим его понимание близости. Он не подозревал, что способен так полно раствориться в другом человеке, забыв обо всем, кроме нежных ласк и поцелуев. Чувства к этой хрупкой девушке превосходили все, что он когда-либо испытывал. Каждый ее вздох, каждое движение отзывались в его душе неведомой прежде мелодией.

Ройс никогда не был склонен к глубокому анализу эмоций. Но сейчас он всем своим существом осознал простую истину — без Рисы ему не жить. Она стала частью его души, его сути, неотъемлемой частью его самого. Ройс принял это с абсолютной уверенностью. Отныне, что бы ни случилось, какие бы испытания ни ждали впереди, без Рисы его жизнь утратит всякий смысл.

— Ройс, ты здесь… — нежный голос Рисы, вывел Ройса из задумчивости. — Доброе утро.

— И тебе, моя любимая, — ласково ответил Ройс, целуя ее. Затем, с явным беспокойством в голосе, спросил:

— Риса, как ты себя чувствуешь? Ничего не беспокоит?

Глава 38

— Я смутилась, покраснев, и отвела взгляд.

— Риса, тебе больно? — он явно начал волноваться.

Ройс, всё в порядке, правда, мне совсем не больно… — собравшись с духом, я заставила себя преодолеть смущение и посмотреть в глаза своему… любимому, единственному, ставшему центром моего мира.

Он внимательно всматривался в моё лицо, пытаясь заметить малейшие признаки дискомфорта, всё ещё сомневаясь в моих словах.

— Ройс, прекрати, — тихо прошептала я, нежно касаясь его щеки. — Мне действительно ничуточки не больно, и… мне… мне было очень хорошо, — запинаясь, но искренне призналась я, чувствуя, как снова краснею.

— Риса… — выдохнул Ройс с нежностью и трепетом в голосе. — Моя маленькая, любимая… — он прижал меня к себе, вдыхая аромат моих волос.

Ройс нежно поцеловал меня в шею, а затем его язык скользнул по метке, которую он оставил ночью. Теплая волна удовольствия прокатилась по моему телу от этого прикосновения.

— Ройс, — прошептала я, поворачиваясь к нему. — Это значит… я теперь полностью твоя пара?

Он продолжил целовать мою шею и плечи, вызывая дрожь удовольствия.

— Да, моя сладкая. Теперь ты окончательно моя пара по законам берлан. Все берланы сразу почувствуют, что ты принадлежишь мне.

Его слова наполнили меня гордостью и счастьем.

— А что ещё это значит для меня? — спросила я с любопытством.

Ройс приподнялся на локте, глядя мне в глаза.

— Твой организм немного перестроится, чтобы ты смогла выносить и родить ребенка берлана. И с моей меткой ты получаешь наше долголетие.

Я задумалась на мгновение, а потом спросила:

— А как же окружающие поймут, что ты принадлежишь мне?

Ройс рассмеялся, его глаза сверкнули нежностью.

— Моя маленькая собственница. Я и так полностью принадлежу тебе. Ни одна другая женщина не сможет меня заинтересовать, мой зверь просто не позволит.

Он нежно погладил меня по щеке.

— Обычно женщины-берланы тоже оставляют метку на плече своего избранного. Но поскольку у моей маленькой хищницы нет таких острых зубок, ты можешь просто почаще бывать в моих объятиях. Чтобы я весь навсегда пропитался твоим ароматом, и чтобы все могли это чувствовать.

Его слова заставили меня улыбнуться, и я потянулась к нему за поцелуем. Наши губы встретились, нежно и страстно одновременно. Руки Ройса скользили по моему телу, лаская и возбуждая. Я отвечала на его прикосновения с не меньшим пылом, наслаждаясь каждым мгновением нашей близости.

После утренних нежностей мы вместе отправились в купальню. Ройс помог мне вымыться, его прикосновения были одновременно заботливыми и чувственными. Когда мы вернулись в комнату, я с удивлением обнаружила, что Ройс принес несколько моих вещей из гостиницы.

— Нара передала их для тебя, — объяснил он, видя мое удивление.

Неожиданно он сказал:

— Знаешь, я уже начал обставлять наш дом. Спальня и кухня почти полностью готовы, кое-что доделают сегодня.

Я удивленно посмотрела на него.

— Правда? Когда ты успел?

Он улыбнулся, застегивая рубашку.

— У меня есть хороший стимул. В ближайшее время планирую нанять людей, которые приведут в порядок сад.

Ройс подошел ко мне и нежно обнял за талию.

— Если ты не против, мы могли бы уже сегодня вечером перебраться в наш дом. Дальше будем заниматься его обустройством вместе.

Его глаза светились любовью и надеждой.

— Я просто не смогу отпустить тебя обратно в комнату в гостинице Адэртадов. Жить у родителей можно, но зачем, если у нас уже есть свой дом?

Мое сердце затрепетало от его слов. Я обвила руками его шею и прошептала:

— Конечно, я согласна. Я была бы рада жить с тобой в нашем доме, даже если бы там вообще ещё ничего не было. Мы бы что-нибудь придумали. Главное, что мы вместе.

Ройс улыбнулся и притянул меня ближе. Его губы нежно коснулись моих, и я растворилась в его поцелуе. Мы стояли так, обнявшись, наслаждаясь близостью друг друга.

— Я люблю тебя, Риса, — прошептал Ройс, отрываясь от моих губ. — Ты даже не представляешь, как я счастлив, что ты согласилась.

Я погладила его по щеке, чувствуя легкую щетину под пальцами.

— Я тоже люблю тебя, Ройс.

Я продолжила одеваться, но вдруг меня охватило волнение.

— Ройс, — сказала я тихо. — Как я