Падшие Ангелы (СИ) - Блэйс Кэтрин

Девушки уже вернулись к своим местам, весело хохоча и снова выпивая шот, когда телефон Кары завибрировал.

МакКонарс неуклюже разблокировала его. Сообщение было от незнакомого номера.

«Ты нужна мне. Пожалуйста.»

В этом городе, помимо тех ребят, что сидели с ней за одним столом, она знала только двух человек. И один из них покинул его несколько часов назад. Последние пару шотов будто вернулись обратно, так быстро они, казалось, выветрились. В любом случае, она оставалась достаточно пьяной, чтобы совершить ошибку.

— Мне нужно идти, — сказала она, забирая сумку и кладя в нее телефон. Деньги на такси у нее были.

— Ты куда? — взволновано в один голос спросили Ник и Тави.

— У меня появились дела, все в порядке, — пыталась заверить она их.

— Ты снова к нему, да? — сквозь зубы поинтересовался Адриан.

— Пирс, понятия не имею, с какого раза до тебя дойдет, что тебя это не касается.

— Давай я тебя отвезу, — вызвался Тави и уже было стал подниматься, когда его остановила Лиди.

— Кара взрослая девочка, сама разберется, — блондинка подмигнула ей и улыбнулась.

МакКонарс благодарно кивнула головой.

— До встречи, ребята!

— Будь осторожна, — прокричала Стейс. — Не забывай предохраняться!

Нетвердым шагом Кара двинулась к выходу, взяла такси, что стояло у клуба и назвала адрес, который намеревалась забыть.

Она сидела на заднем сидении, огни ночного города смешивались перед глазами и ее начало слегка мутить или укачивать в сон, она уже плохо разбирала.

Когда такси подъехало к ненавистному дому, она оплатила поездку и поднялась на второй этаж. Занесла руку к звонку и слегка не рассчитала силу, случайно открыла ее сама. Впрочем, она была не заперта.

Кай лежал на своем диване, вокруг было много крови, а он весь сам был покрыт глубокими ранами. Кровь стекала из старого шрама на нижней губе, из носа, черная футболка оказалась тоже рассечена, она пропиталась кровь, а из дырки показалась окровавленная бледная кожа груди.

— Надеюсь, ты пришла добить меня, золотце, — проскрежетал Кай.

Большая часть алкоголя разом выветрилась и Кара будто очнулась ото сна. Она пересекла квартиру, захлопнув двери, чтобы их никто не увидел и упала рядом с ним.

— Что произошло? Кто это сделал?

— Не имеет значения, — его глаза были затуманены, но он смотрел прямо на нее. Влажной от крови рукой он полоснул пальцами по ее щеке, заправил выбившийся локон за ухо и тяжело вздохнул, поморщившись. — Не думал, что ты придешь.

— Я тоже, — честно ответила она.

Они молчали несколько долгих мгновений. Ему дышать не требовалось и все же его грудь тяжело вздымалась.

— Чем я могу помочь? — тихо спросила Кара.

— Просто побудь рядом, — попросил он и девушка могла поклясться, что часть ее сердца дала трещину.

— Тебе нужно лечь, пойдем.

Кара попыталась взвалить на себя его тело и помочь ему добраться до кровати. Она быстро смочила первое попавшееся в ванной полотенце водой и вернулась в комнату, где оставила его минутой ранее.

— Хочу стереть это с тебя, — прошептала она.

Их никто не слышал, но это было неважно. Казалось, если они произнесут хотя бы слова на децибел громче положенного, что-то обязательно произойдет. Что-то страшное и непоправимое.

Кара присела на край кровати и начала аккуратно стирать следы крови сначала с лица, чтобы потом перейти к рукам и всему остальному. Чем было все остальное думать не хотелось. Она прошлась по правой брови, наверное, там теперь тоже будет шрам. Часть ее абсолютно глупо ликовала — неужели такое идеальное лицо Моргана станет чуть менее идеальным?

Платиновые волосы сливались с бледной кожей, а глаза все так же были похожи на две опиумных лужи. Зрачки Кая сужались и расширялись. Она прошлась по губе, задевая чувствительную кожу пальцами и будто обжигаясь.

Когда лицо стало чистым, Кара перешла к рукам. Девушка тщательно смывала кровь. Это было таким странным, что она невольно отпустила смешок.

— Рад, что ты находишь ситуацию забавной, — фыркнул Кай.

И девушка рассмеялась пуще прежнего.

— Ты будешь удивлен, но я абсолютно и безнадежно пьяна.

— Еще чего, я запах алкоголя услышал раньше, чем ты пересекла порог.

Кара вскинула голову и посмотрела прямо на него.

— Тебя нужно вылечить. У тебя есть кровь в холодильнике? — она сама не ожидала, что подобные слова когда-нибудь сорвутся с ее уст.

— Нет, я хотел сегодня поохотиться, — честно ответил Кай и Кара поежилась. Он говорил об убийстве людей так спокойно и обыденно, а она все не могла привыкнуть к тому, насколько они разные и одинаковые. Потому что она точно так же говорила об убийстве падших.

Не соображающий мозг подкинул самую абсурдную идею в ее жизни:

— А моя… моя кровь подойдет?

Зрачки Кая расширились.

— Ты не станешь, — твердо сказал он.

— А я разрешения не спрашивала. Ты не в том положении, чтобы перебирать возможностями не умереть здесь. А теперь скажи, подойдет ли моя кровь?

Кай решался. Решался долгие минуты, которые патокой тянулись и заставляли Кару ерзать на месте.

— У меня табу — не пользоваться выпившими барышнями, — наконец пробормотал он.

Кара тихо хмыкнула и придвинулась к нему ближе, бросив влажное полотенце на пол. Оно упало с глухим хлюпаньем.

— Почему ты делаешь это?

— Я не знаю…

— Не хочу, чтобы ты жалела об этом.

— Поздно, потому что я жалею о каждой секунде, что провела с тобой.

Тихие откровения этой ночи резали их обоих. Не сильно и глубоко, как клинок пронзает сердце. Скорее, как бумага — отвратительно, снова и снова, так, чтобы пекло от слез на ране.

Кара набралась смелости и села прямо ему на колени, бесстыдно позволяя платью задраться, обнажив клинок на бедре. Она легким движением сняла ножны и сбросила их на прикроватную тумбочку. Кай обхватил ее за талию, усаживая поудобнее. Он пах кровью, смородиновыми сигаретами, она надеялась, что на его губах остался привкус кардамона.

Девушка неловко пригладила волосы на его голове. Дыхание Кая сбилось, глаза прикрылись. Кара провела по ним подушечками пальцев. У него были длинные ресницы, а скулы казались еще острее, когда она касалась их. Мужчина удерживал ее спину одной рукой, другую положив на бедра.

Кара вытянула правую руку и Кай открыл глаза.

— Вот, возьми, — наверное, странно было предлагать свою кровь вампиру. Но сидеть на коленях врага в задравшемся платье тоже странно, однако ее это не останавливало.

Кай снова в неверии посмотрел на нее, будто пытался найти ответ в глазах цвета шоколада, в морщинке на лбу на круглом лице, в закушенной губе.

— Кара, — прошептал Кай, — будет больно.

— Я не боюсь крови.

Он мотнул головой.

— Я не об этом. Когда все закончится, будет больно.

Она знала об этом. Они оба знали.

Но в конце концов, она уже будет гореть в Аду, а его котел ждет его больше двух с половиной веков, так что это не важно. Даже если потом она пожалеет об этом, если захочет содрать с себя кожу или сброситься с Бруклинского моста, ей хотелось принадлежать ему этой ночью. Пусть и в таком извращенном для них обоих смысле.

Мужчина коснулся ее запястья губами, целуя пульсирующую венку.

— Расслабься, — прошептал он.

И она повиновалась.

В следующую секунду ее глаза широко распахнулись, руку пронзила острая боль и Кара почувствовала, как жизнь медленно покидает ее.

Падать с брусьев под потолком в спортивном зале Академии, когда она училась тренировать баланс было больно. Больно было первый раз ломать руку. Или сдирать кожу во время драк. Но это боль была другой. Она приносила удовольствие, дарила огромную дозу эндорфинов. Кай Морган казался наркотиком. Сейчас она это поняла.

Она откинула голову ему на плечо, его рука с поясницы переместилась на ее шею, а потом зарылась в волосах. Пара слез выступили у МакКонарс из глаз.

Морган оторвался от ее вены и Кара издала разочарованный выдох. Хотелось еще. Кай снова поцеловал место укуса, запечатывая ранку слюной вампира. Яд способствовал заживлению.