Пополам (СИ) - Епифанова Саша "Угрюмый рыжий Лис"

– Лем! – прямо с порога крикнула Лия и быстро пересекла весь зал.

Я даже не успел подняться, как меня в который уже раз за вечер стиснули в стальных объятиях.

– Рада тебя видеть, – ее лицо озарилось улыбкой.

– Привет, – поздоровался Сай и получил в ответ дружеское похлопывание по плечу.

Наконец-то все были в сборе.

– Теперь можно начать празднование, – улыбнувшись, махнул тут же подскочившей прислуге.

– Чего изволите, кириос? – низко поклонившись, спросил тот.

– Заказ на имя кириос Лема должен уже быть готов. Так?

– Да, кириос. Прикажете нести?

– Да, – бесполый резво кинулся обратно к стойке.

– Может, пока ждем, начнем с подарков? – Сай хитро подмигнул.

– Давай, – согласный кивок.

– У нас будет один на двоих, – на несколько секунд передо мной снова появилась Айя. – Правда, мы его очень долго выбирали.

– Я уже заинтригован, – с улыбкой наблюдал за Алексайосом.

Мне всегда нравилось, с какой простотой и даже изящностью Сай и Айя меняются местами. В силу особенностей развития андрогинов им это удавалось сделать всего на несколько секунд и два раза за день, но они старались развиться и увеличить время и количество. Как, собственно, и любой другой на их месте.

– Вот, – Сай наклонился и протянул мне, завернутый в папирус, сверток примерно сорок на тридцать сантиметров.

Я заинтересованно принял подарок и тут же развязал бечевку. Внутри оказался портрет: мой и Сейи. Даже не представляю, каким образом им удалось запечатлеть нас обоих отдельно друг от друга.

– Сай, как? – посмотрел на него изумлённо.

– Это было сложно, но не невозможно, – Алексайос расплылся в очень довольной улыбке. – Мы наняли художника, и он рисовал эскизы, бегая по очереди за каждым из вас.

– Это же должно очень дорого стоить, – удивленно протянула Лия.

– Не слишком, – Сай выглядел донельзя самодовольным.

– Огромное спасибо! – я с чувством пожал ему руку. – Сейя тоже будет в восторге.

– Не сомневаюсь.

– Теперь моя очередь, – Лия полезла за сумкой, небрежно брошенной ей под стол. – Вот.

Также завернутый в папирус сверток. Внутри оказалась увесистый фолиант – «100 великих парков Либерии» автора Лазаруса Пармедониса.

– Мы так давно хотели купить эту книгу! – с трепетом открыл и заскользил взглядом по рисункам. – Она потрясающая! Спасибо!

– Рада, что смогли угодить вам, – Лия тепло улыбнулась.

– Спасибо, друзья! – переводил взгляд с одного на другого. – Как всегда, угадали!

Спустя секунду мы уже смеялись, и подоспевший заказ оказался очень кстати. Празднование затянулось допоздна – до двадцати трёх часов. Я знал, что ровно в полночь должен быть дома, в кровати, ведь неизвестно как пройдет слияние. Маяться от боли или недомогания в какой-нибудь подворотне Мирта не очень хотелось.

– Счастливо! – Сай пожал мне руку.

– И тебе! – ответил на его рукопожатие.

– Удачно добраться, Лем, – Лия чуть приобняла меня.

– И тебе. Будь осторожна.

Распрощавшись, мы все отправились в разные стороны: Алексайос жил на юге города, а Стилианос – на севере. Я же забрался на Рива, хотя меня вело от выпитого, и медленно двинулся домой.

Без пятнадцати минут полночь. Еле успел раздеться и повалиться на кровать. Спустя несколько секунд мои мысли заняло завтрашнее единение.

– Сейя… – прошептал в полусне и отключился.

СЕЙЯ

Где-то за слегка покосившимся окном громко просвистел пёстробрюхий буревестник, оповещая о занятой им территории недавно прибывших собратьев. Розовеющее небо окончательно разогнало мглу с центральных земель суперконтинента, отводя тени в самые труднодоступные углы города. От слабого дуновения среднеземноморского муссона в стекло несмело постучалась сероствольная маслина, распустив свои крючковатые ветви в разные стороны.

В районе затылочной части сосредоточился большой железный шар предположительного такого же чёрного цвета, как мой утренний настрой. Этот объект был подвластен каждому движению головы, заставляя перемещаться свой центр тяжести, тем самым производя боль в висках.

Застенчивый стук повторился вновь.

— Вот и зачем ты посадил её там?

В голосе звучало отчаянье, хотя на деле я испытывала сожаление и раздражение.

Несмотря на то, что день совершеннолетия уже наступил, а точнее – прошёл вчера, судя по ощущениям, с распитием спиртного в большом количестве, моя ор пними абсолютно не слышится и не ощущается, как, впрочем, было и в остальные прожитые мной периоды жизни. Для нашей расы подобный исход ненормален. Это нонсенс – морально однополый андрогин.

Честно признаться, такого рода фобии меня терзали практически с самого начала подросткового возраста: амнезия доставляет много проблем каждому из представителей нашего народа, но женской половине всегда приходилось труднее – любое действие может пагубно отразится на слабо развитой физиологии, ведя за собой осложнения.

— Это прекрасно, когда ты понимаешь, что вы — одно целое, чувствуешь собственную завершенность, будто до этого блуждала в потёмках и наконец включили свет, — на ночь, укладывая нас с Лемом спать, успокаивала мама в далёком детстве. – Сейя, ты вырастешь и ощутишь на собственном теле, просто подожди. Все обретают свою половинку.

Сейчас мама отбыла к Богам, а я даже успела позабыть её спокойный мелодичный голос, предлагающий подключить доводы рассудка в смуте запутанных реалий.

Повезло быть исключением на свою голову.

Коснулась голыми ступнями холодного каменного пола нашего двухэтажного дома, доставшегося в наследство после смерти родителей. Немного повременив, приподняла в воздухе одну ногу, подогнув её на манер цапли. Пальцы едва не заледенели.

На стуле возле кровати были свалены вещи. Странно, я не люблю беспорядки и являюсь приверженцем чистоты, желательно – стерильной, поэтому меня очень удивило, что при более детальном изучении сумела признать в них свою прогулочную тунику баклажанного цвета и мужские штаны прямого покроя телесного оттенка. Конечно девушке моего положения не пристало одеваться подобным образом, но длинные юбки всегда мешали утреннему променаду по любимым руинам старого заброшенного торгового города.

— Суп из водорослей, настойку из трав ясенеца, добавить туда понюшку сушеного базилика, и после закипания посолить. Когда уйду, пожечь шалфей в холодильной камере, а то при открытии чувствуется запах чего-то стухшего.

Отдав приказ саламандеру, который мог быть услышан духом из любой точки дома, оделась и подрегулировала ремешки сандалий. Не люблю обращаться к эманации силы напрямую: во-первых, выискивать помощника кухни по всему жилищу достаточно утомительное и бесполезное занятие: конструктивного диалога всё равно не получится — дэвы лишены речитативного аппарата; во-вторых, у меня мороз по коже от их умения изменять собственный цвет и плотность массы.

Записку от Лема даже не стала нащупывать кончиками пальцев, просто знала, что она на своём обычном месте. У нас нелегкие взаимоотношения из-за разделения тела на двоих, но доверять друг другу в мелочах научились практически сразу, хотя и не любим этого признавать. После того, как проветрюсь, приду в купальню совершать традиционное омовение и заодно узнаю, что тревожило мою половинку вчера.

Мощённая дорожка вела меня прочь с нашего земельного участка в сторону дикого леса, поросшего в северо-западной части Либертии. Ещё будучи ребёнком, я часто ходила с мамой именно по этой тропинке, до нашей излюбленной долины, где она меня учила отличать зверобой чашечковидный от других его разновидностей. Маленькой девочке долго приходилось указывать и называть все особенности лечебных растений, перечислять их основные свойства и приводить примеры болезней, от которых данные травы помогают, прежде чем заслужить десерт после ужина. Такой элемент воспитания помог взрастить в себе любовь к образованию и внутреннюю дисциплину.