Заветное желание Его Темнейшества - Евгения Рарог

Внизу, в нижнем зале, на своём троне сидел Падший. В его когтистой руке светился небольшой яркий шарик. Бог смотрел на него не отрываясь.

— Как это, жить без сердца, Август? Без чувства? Без любви? Без боли? — спросил он в пустоту и резко сжал пальцы. Свечение, зажатое в кулаке бога, пропало. Погасли всполохи багровых глаз и зал погрузился в темноту.

Глава 45

Август шёл в ночной темноте, совершенно не нуждаясь в свете. Глаза ему заменяли тени. Каждый шаг свой он делал легко, безошибочно ступая на безопасное место. Душа пела, наслаждаясь силой. Как он жил без этого умения, сейчас ему было не понятно.

Дойдя до деревни останавливаться на отдых не стал. Ему больше не требовался ни отдых, ни еда. Вокруг было огромное количество ресурса, силовых полей, энергетических линий. Стоило лишь подумать и силы немедленно восполнялись.

Август забрал чью-то лошадь. Его путь лежал в Итиль. В орденскую академию. Он нёс смерть Лехеру. В дороге он часто менял лошадей. Не церемонясь забирал первых понравившихся и бросая взмыленных. Он не щадил, ни лошадей, ни людей, которые осмеливались ему в чём-то перечить.

Август прибыл в орден сразу после прочтения Кремером письма из храма. Он стоял перед воротами академии, разглядывая их, и видневшихся над стеной стражников. Именно они стали первыми стражами Августа. Он забрал их жизнь и подарил кусочек тьмы, который осел в сердце и остался клубиться на дне их мёртвых глаз.

Они открыли перед ним ворота, запуская сложный механизм. Август въехал в них победителем, собрал свою первую кровавую жатву и армию готовых на всё ради него воинов. Он щедро делился с ними тьмой, собирая своё неуязвимое войско. Академия была для этого самым подходящим местом. Рыцари были идеальными стражами. Хорошо наученными убивать. Сильными, вооруженными, умелыми.

— Где Лехер? — спросил Август Кремера, удерживая того за горло. Август был тоньше, стройнее, изящнее, но держал Кремера легко, как котёнка. Спокойный тон голоса бросил Ангуса Кремера в дрожь.

— Он не вернулся, — прохрипел Кремер, пытаясь оторвать от своего горла руку Августа. Но не смог, сил не хватило.

— Где Лехер? — снова повторил Август. Голос стал холоднее и Кремер покрылся мурашками озноба.

— Он ушёл за тобой и не вернулся. Я не знаю где он… — Кремер выкатил глаза и забился в сжавшихся руках Августа. Тени перетекли в тело Кремера, и он, перестав дёргаться, бесстрастно взглянул на своего нового господина.

Август отпустил Кремера. Тот вырос за его спиной верным стражем и телохранителем.

Значит Лехер ушёл и не вернулся… Август прошёл в кабинет Верховного. Переступил валяющуюся в дверях кучу одежды и доспехов. Всё, что осталось от магистра, оказавшегося на его пути. Среди бумаг на рабочем столе Август заметил знакомую храмовую печать. Прочитал письмо. Довольно откинулся в кресле.

Следующей целью станет храм. Вернее, храмы Луны. Август сначала наведается в другие храмы, оставляя тот, что в Осторе на потом. Стоит ослабить силу и возможности Хонса перед встречей.

Почти весь Итильский орден и новобранцы академии стали верной армией Августа. Он разделил их, и десять храмов Луны одновременно подверглись нападению. Целью Августа были жрицы. И только они. На остальное он не обращал внимания. Его тёмное воинство слушалось его приказов и выполняла их безукоризненно. Жрицы были убиты в один день. Лунные близнецы понесли невосполнимые потери. Их сила поблёкла, а светило на ночном небе подёрнулось дымкой.

Август выслушал доклад Кремера и удовлетворённо кивнул. Пора. Остор ждал его. Последний крупный храм Луны в империи. Туда он направился лично.

— Всё готово, господин.

Кремер застыл за плечом Августа. Они стояли у ворот Осторского храма. Главные ворота как всегда были заперты. Армия теневых воинов растворилась в лесу, заключая храм в плотное кольцо. Август кивнул. В храм он войдет один. Это была его битва. Если Хонс сможет, то пусть попытается противостоять Августу. Сейчас Август был сильнее. Им двигала давняя ненависть, глубоко въевшаяся в кости.

Август поднял руку и тяжёлые ворота с грохотом распахнулись по велению его пальцев. В тёмную глухую ночь новолуния Август вернулся в храм, предавший его уже два раза. В пустой безлюдный двор он въехал верхом, так же, как и в первый раз.

Август второй раз поднял руку и кованые двери храма рухнули внутрь, поднимая клубы пыли. Всё повторялось. Изменился сам Август и тени скользили по храму не в поисках Рии. Им нужны были сейю. Свечи, обычно всю ночь горевшие в коридорах и переходах гасли, когда мимо проносились тени. Тьма поглощала храм. Все живые, попадавшие в эту тьму растворялись в ней без следа.

Август шёл по храму. Гулкое эхо раздавалось от кованных сапог Августа, тяжело ступающих по каменным плитам. Он шёл в самое сердце храма, там, где под круглым окном стоял главный алтарь Лунных богов. Никто не посмел встать на его пути.

— Хонс, — насмешливо позвал Август, входя в распахнутые перед ним двери. — Выходи…

Август огляделся, зал был пуст. Круглое окно на потолке зияло чернотой.

— Хо-о-онс… — протянул Август раздраженно, — где ты?

В центре алтаря заплясали серебряные искры, собираясь в силуэт Лунного бога. Образ не смог обрести четкость. Фигура оставалась размытой, вспыхивала искрами и гасла, показывая прорехи.

— Ты зря пришёл, — голос бога был глухим и тихим.

— Нет, не зря, — засмеялся Август, запрокидывая голову.

— Я не отдам тебе Аши…

— Аши? — Август нахмурил лоб. — А, Рия. Почему это?

С издёвкой спросил Август и двинулся вокруг алтаря. Силуэт бога был неподвижен, но каждый раз, когда Август делал шаг, он смотрел прямо на вторженца. Тень Августа осталась на прежнем месте, не двинувшись за хозяином. Медленно увеличиваясь в размерах и перетекая к алтарю.

— Я не позволю, — Хонс говорил тихо, но зале появился давящая сила.

Август остановился и наклонил голову на бок. Удивлённо поднял бровь.

— Ещё силён?

Он прислушался к себе, удовлетворённо кивнул. Сияние Хонса резко уменьшилось, а давящая сила почти исчезла.

— А так? — снова спросил Август, и сообщил богу, — ас-сейю ушла за грань.

— Попробуй, — засмеялся Хонс глухо.

В круглом зале открылись бесчисленные двери. В каждой из них стола Рия.

— Август… — эхом прозвучал её голос, дробясь и раскалываясь.

Десятки одинаковых девушек протянули к Августу свои руки. Они хотели пойти к нему, но что-то не позволило, заставив стоять их на