Жена Убийцы Короля - Марина Парфёнова

Скоро на столе разместился самый большой ягодный пирог, который только может вместить в себя печка, три кружки ароматнейшего чая и одна — светлого пива, заполненная до краёв. Хозяин заведения не забыл слов богатея и с радостью составил им компанию, рассказывая о деревне.

— Есть ещё у нас дурачок, варит крапиву да моется в ней, залезает в самый кипяток и потом кричит в голосину, что обжёгся. Да кричит так, что три раза к нему сбегались все, а после девок гнали, завидев, что он всё ещё в воде и абсолютно голый. Представляете? Мы его за это Крапом и обозвали, имя своё он всё равно забыл, как к нам пришёл, так уже головой тронутым был. Уж откуда явился, — трактирщик пожал плечами, показывая, что никто и не знает, откуда вообще сумасшедший прибыл, и отхлебнул пива. — Ещё есть у нас этот, как его? Отшельник, во! Только отшельником он был, пока Крап не пришёл. А как узнал, что за беднягой глаз да глаз нужен, перебрался к нам, домик построил, вот они сейчас там вместе и живут. Там и бочку с крапивой Крап делает, собственно. Ну, а кричит, если его отшельник дома одного оставил, в лес пошёл или просто поработать.

— Как его жалко, — Саманта прижала руку ко рту, заодно смущённо и как можно незаметнее смахивая крошки от пирога с губ. — А мы тоже тут по делу такому. Грустному очень.

— По делу? А что сразу не сказали, я, может, помочь чем смогу! Вы уж расскажите, не бойтесь, тайны я хранить умею, — утерев рукавом пену на бороде, мужчина наклонился к столу, осматривая молодых людей. — Я уже итак знаю, что ничего вы не слуги, а друзья этого вежливого сэра, по вам сразу видно. Никому не скажу, можете не беспокоиться.

— Благодарим, — Адам впервые за обед заговорил, но быстро вернул своё внимание к еде. По крайней мере, казалось, что кроме тарелки с картошкой и пирога ничто другое его не интересовало.

Эйдан легко перехватил разговор, поняв, что большего от Адама им ждать не следует.

— Видите ли, есть у нас друг. Недавно он так влюбился в одну красавицу, что есть и спать не мог от мыслей о ней. А девушка та, я её не ругаю, не подумайте, отказала ему, не разделив столь светлых чувств, и даже больше — призналась, что уже обручена. И вот наш друг от горя сошёл с ума, построил домик и украл эту девушку. Я не хочу ни в чём его винить, но у девушки совсем скоро свадьба, жених с ума сходит, готов простить друга, если тот скорее вернёт невесту, — принц вздохнул, откидываясь на спинку деревянной скамейки и с горечью смотря на пирог. — Друг-то согласился. Сказал, если сами приедем, отдаст. Признался, что дом стоит в этом лесу, дал слово джентльмена, что не обманывает. Да только мы совсем не ожидали, что лес такой большой, в нём же за год не сыщешь дома, а нам не сообщили, какая дорога к нему ведёт. Вот, увидели вашу деревню, решили заехать и перекусить. Ну, и поспрашивать, не знает ли кто из местных, как проехать к дому в лесу.

Эйдан закончил и тут же откусил завидный кусок пирога, запивая его безвкусным чаем и надеясь, что они не ошиблись, нацелившись на трактир. Обычно владельцы подобных заведений — самые осведомлённые люди поселений, знают всё и про всех, ни один слух не проходит мимо. На их счастье, так оно и оказалось в этот раз.

— Дом в лесу, говорите… Вот что вам скажу, вы выглядите богатыми людьми, сэр, и у нас здесь тоже есть богатый господин. Он всегда приезжает и уезжает в ночь, но место тихое, слышно всё прекрасно. Грибники наши говорят, дом у него просто огромный, прям замок. Пройти к нему не сложно, он далековат, конечно, но дорога к нему просто отличная. Вот, смотрите, — мужчина перегнулся через Адама, указывая на окно. — Вот от этого домишки поверните налево, да езжайте вдоль леса, пока на дорогу не выедите. Вам это, без кареты проще будет. Колёса-то тонкие, она там не продержится. Вот будь телега или что покрепче, это другой разговор. Богатого господина от чего слышно-то? У него карета мощная, колёса огромные, и тянут её лошадей семь, меньше не справились бы. Может быть, даже десять, нет, двенадцать! Ну, в общем, ваша не пройдёт там, точно не пройдёт.

— Спасибо большое! — Сэм улыбнулась, сверкая самым ярким солнцем, от чего трактирщик даже смутился, отмахиваясь.

— Ладно вам. Я и помог-то почти ничем. Но вы когда девушку заберёте, приезжайте, её тоже накормим, обязательно! А будут вам докучать кто, сразу мне рассказывайте. Меня здесь все уважают.

Приукрашает он или нет, разбираться уже не стали. Трактирщик как раз допил, а потому легко покинул их компанию, они же, доев и немного посидев, разрабатывая план, вышли на улицу. Адам нашёл прошлого слугу, попросил поставить где-нибудь карету и открепил от неё коней, подводя их к Саманте и Эйдану.

— Не беспокойся, леди Лоуренс может ехать со мной, — перехватывая у друга поводья, Эйдан подал руку Саманте. — Адам не очень любит контакт с чужими людьми. Не откажите прокатиться сегодня со мной.

— С удовольствием, ваша милость, — Сэм приняла помощь и забралась первая, испуганно хватаясь за животное. Верхом ей никогда не доводилось кататься, но ситуация не оставляла другого выбора.

Эйдан устроился позади девушки, Адам в одиночестве на своём коне. Слева от дома, вдоль леса путь занял больше нескольких часов, и даже тогда они наткнулись на тропинку совершенно случайно. Она плохо притоптана, осыпана зелёным ковром и украшена одним или двумя цветочками. Если бы не слишком уж пустое пространство, лишённое деревьев, и полосы в траве, явно оставленные колёсами, то они бы и вовсе проехали мимо, продолжая искать тропинку.

Поместье расположилось в часе от кромки леса, и только около него показалась та хорошая дорога, о которой говорил трактирщик: вымощенная камнем, ровненькая. Не то, что весь путь, а тот был наполнен поворотами и небольшими изгибами, но в сущности своей оказывался прямым. И по этой самой дороге они добрались до поместья, уступающему в размерах загородным, но всё же больше городского. То, что у хозяина много денег, можно понять уже по наличию резного забора, мраморной лестницы из трёх ступеней, ведущих