Ключ Берсена (СИ) - Клеменская Вера

— Какая студентка? — вскинулась я.

— Похоже, Марсия, — развела руками Лика.

— И кто же ей сделал такой подарочек? — недоверчиво поинтересовалась я, укладываясь обратно.

Как-то мне в это не верилось. Марсия, чего бы там кому по её поведению не казалось, дурочкой отнюдь не была. И глазки она строила всего троим, тем, кого полагала для себя перспективными: Энди, лорду Гарсу и Тому Маэрсу, алхимику с пятого курса, сыну богатого заводчика. Остальным сразу давала понять, что не для них та роза зацвела. Так вот, Энди и лорда Гарса можно было исключать сходу. Оба они повидали достаточно подобных девиц, чтобы научиться держаться от них подальше. Ибо если уж так приспичит развлечься, есть более безопасные варианты. Про серьёзные отношения и говорить нечего. Тома я знала плохо, так, здоровались, пересекаясь в библиотеке. На идиота он тоже похож не был. Хотя как знать. Все способны на глупость, не далее как сегодня я в этом убедилась.

— Да кто ж её знает, — рассмеялась Ивонн. — Доездилась в Глэн, видимо. Карина рассказала, к ним там какой-то местный присоединялся всегда, вроде бы знакомый Джонни. И очень уж она ему нравилась.

— Ну, совет да любовь, — фыркнула я.

Жалеть Марсию я не собиралась, она меня никогда не жалела. Столько гадостей подстроила, особенно в первые два года, что вспоминать противно. А последняя так вообще ни в какие ворота не лезла. Будто расставшись со мной Энди бы тут же к ней и кинулся, честное слово.

— Она, видимо, не вернётся уже, — сообщила Лика, разливая всем чай. — Ди, тебе микстуры ещё добавить?

— Нет, спасибо, — отказалась я. — Это на сегодня все ошеломляющие новости?

— Ну да, — кивнула Катрина, располагаясь на кровати Лики. — А тебе мало?

— Мэтресса Фишт наверняка попробует теперь запретить всякие поездки, — вздохнула Лика, вручая мне чашку и устраиваясь у меня в ногах.

— Интересно, как? — со смешком уточнила я. — Мы совершеннолетние, нас нельзя просто взять и посадить под замок.

— Значит, запрут только младших, — пожала плечами Катрина.

— А нам-то что? — хмыкнула Лика.

— А ещё лорд Маркос сегодня с утра накричал на мэтра Сабба, — невпопад сообщила Ивонн.

— Накричал? — не поверила я своим ушам.

Ни разу я не слышала, чтобы он повысил голос. Ну разве только самую малость, обозначая недовольство. Обычно этого всем тут хватало. А вот чтобы прямо кричать на кого-то, тем более на мэтра Сабба, человека гораздо старше себя, и притом весьма заслуженного…

— Точно, накричал, — подтвердила Лика. — Мы всё не слышали, но что-то там было про сидение с приятелем за бутылочкой вместо работы.

— Ну что же, — не в силах удержаться от улыбки, ответила я. — Оказывается, наш уважаемый куратор тоже человек, и у него тоже есть нервы, которые иногда не выдерживают.

Ему бы радоваться, что мэтр Сабб прошлой ночью вместо обхода заглянул к старому приятелю, целителю мэтру Олосу, где и засиделся за бутылочкой и воспоминаниями о бурной общей молодости на границе с Имнором. Иначе мэтресса Фишт сегодня нас бы с ним клеймила, а не мэтра Керра с мэтрессой Ваймет. Но куда там.

На самом деле я всё прекрасно понимала. Он-то в отличие от мэтра Сабба отлично знал, насколько реальна опасность, вот и не выдержал, узнав что по факту всем плевать на охрану замка. Правда, мне он говорил, что просто высказал мэтру Саббу за такое отношение.

— И давайте выпьем хотя бы чаю за то, чтобы в следующем году этого человека здесь уже не было, — предложила Катрина. — Потому что наши нервы его давно уже не выдерживают.

— Не все перемены случаются к лучшему, — напомнила я. — Его может сменить какой-нибудь духовный родственник мэтрессы Фишт. Более того, она ведь именно такого и постарается подобрать.

— Фу, Диана, умеешь ты испортить очарование момента, — поморщилась Ивонн, и мы дружно рассмеялись.

Я очень старалась, чтобы смех мой звучал натурально, и кажется, в этом преуспела. Потому что Катрина даже не представляла, как испортила очарование момента мне. Я ведь почти забыла про то, что должно произойти на балу. Почти поверила в глупую сказку. А напрасно.

Доев остатки печенья и выпив по паре чашек чая девчонки ушли. Заперев за ними дверь, Лика смерила меня задумчивым взглядом, подошла к шкафу и достала с верхней полки флакон из тёмно-синего стекла. Отсчитала в чашку семь капель, долила воды и вручила мне.

— Вот это хорошее успокоительное, — сообщила она. — То, что ты выпила, полная ерунда.

Я не стала спрашивать, откуда она узнала. По запаху из чашки, разумеется, которую я не потрудилась ополоснуть. Зато вот это не пахло совершенно ничем. Одно из тех зелий, которые в капле лекарство, в ложке — яд.

— Признавайся, — продолжила Лика, когда я проглотила ещё тёплую жидкость. — Влюбилась?

— В кого? — спросила я, ставя пустую чашку на тумбочку.

— Ладно тебе, — махнула рукой подруга, сбрасывая туфли. — Мы-то с тобой знаем, что не такая Марсия и дура. Вот и не прикидывайся.

— Влюбилась, — сказала я тихо, то ли ставя самой себе диагноз, то ли приговор вынося.

Да, именно так. Именно я, умная и рассудительная, как мне всегда хотелось про себя думать, оказалась единственной на весь Арсдейр идиоткой, влюбившейся в этого замороженного типа. С первого взгляда. Буквально. Бесповоротно. И пусть мне хватило здравого смысла не уподобляться Марсии и остальным, это ничего не меняло.

— А он?

— Не знаю, — мотнула головой я, укладываясь и натягивая одеяло до носа.

— Но что-то ведь было?

— Что-то было, — согласилась я. — Знать бы, что.

— Да всё ты знаешь, — проворчала Лика, стягивая платье. — Ничего, переживём. Там на верхней полке красный такой флакончик. Четыре капли утром натощак. Через день. Не пропускай только ни в коем случае.

— Ты серьёзно? — ошарашено поинтересовалась я, разом вынырнув из накатившей было сонливости.

— Совершенно, — подтвердила Лика, укладываясь в кровать и щелчком пальцев гася лампу. — Я тебе подруга, а не матушка, читать морали и учить жизни не стану, но позаботиться обязана.

— Ничего не будет, — отрезала я, отворачиваясь.

— Конечно, — согласилась подруга, сладко зевнув. — Вот и Марсия наверняка думала точно так же.

Я хотела что-то ответить, совершенно точно хотела, но уже не смогла. Зелье подействовало, мысли лениво расползлись по тёмным уголкам сознания, а язык отказался шевелиться.

* * *

Кое-чему я всё же научилась за полтора года: на этот раз замок поддался моим стараниям всего через семь минут. Нырнув в темноту архива, я закрыла за собой дверь, отдышалась и только после этого позволила себе зажечь свет. Стоило и в прошлый раз одной сюда пойти, глядишь, жизнь была бы проще.

Мотнув головой, я побрела вдоль шкафов, разглядывая бессмысленные для меня цифры на корешках пухлых папок. Или не была бы, да. Одна я тут те документы до судного дня искала бы. Ну ладно, предположим, не так долго, распотрошив несколько папок поняла бы в конце концов логику здешних обозначений. Хотя чего я жалуюсь, вот же и он, мой экзамен на догадливость. Могу приступать.

Собственно, я и приступила. Найти нужные годы было нетрудно, но совершенно неясно, что искать дальше. Графики, учебные планы, служебные записки? Что угодно могло как пригодиться, так и оказаться бесполезным. А брать эти старые бумаги в руки было даже страшно, мало ли рассыплются.

К счастью, местную бюрократию я недооценила. Документы трёхвековой давности были зачарованы на совесть, пожалуй, лучше, чем более поздние. Только вот беда, за полчаса я узнала только то, о чём и без того можно было догадаться: Роберт Стерн читал здесь спецкурс по боевой магии. Ознакомившись с учебным планом того курса, я пожалела о том, что опоздала родиться. Неплохо было бы поучиться у такого мастера, в наши дни столь выдающиеся личности тут не преподавали. Да и не было их таких сейчас, пожалуй. Мастеров сменили ремесленники.

Так или иначе, а дело с места не двинулось. Рассуждая логически, речь должна была идти о каком-то довольно известном факте. Мэтр Линтон, как и я, не был современником Стерна, а значит, сведения о нём должен был черпать из примерно тех же источников. Но с биографиями Стерна, всеми более-менее известными, я давно ознакомилась, потому знала, что в них его работа тут упоминалась, но не более. Будто за эти два года ничего примечательного не случалось. Хотя вполне возможно, так оно и было. Просто очень уже пожилой человек на склоне дней, когда перестало тянуть на подвиги, решил поделиться опытом с молодежью.