Муравейник - Ольга Чепишко

Я не выдержала и тоже разрыдалась. Подошла к Полине и крепко ее обняла.

В ежедневной суете, заботах и делах мы теряем в своей жизни самое главное – близких людей. А ведь именно они – те муравьи, которые, может быть, на первый взгляд и ужасны, но поддерживают нас и помогают в трудные минуты. Настоящий момент – единственный, в котором мы можем сделать шаг вперед, назад, влево или вправо. И от этого шага зависит то, что произойдет дальше.

Общее горе сплотило нас с Полиной, вновь сделало близкими подругами. Видимо, раньше я ошибалась во многом, а после нашего разговора стала часто наведываться к соседке в гости, она же – день ото дня заглядывала ко мне в мастерскую. Мы подолгу болтали о том о сем, и время пролетало незаметно.

В июле на летний отдых домой вернулся Арсений. Сын видел, что у нас с мужем происходит что-то не то, но в наши отношения свой нос не совал: списывал все на возраст и долгие годы брака.

По утрам они с отцом уходили рыбачить на озеро, днем Арсений болтал со мной в мастерской, а вечера проводил с друзьями. Иногда сын, как и муж, не ночевал дома. «Молодость – прекрасное время, – думала я, лежа одна в кровати. – Жизнь только открывает перед тобой свои двери, сынок. За ними сотни приключений, дорог и развилок. Все они переплетаются друг с другом, словно веточки в муравьином гнезде… Интересно, что ждет тебя впереди?» – с этими мыслями и улыбкой я засыпала.

***

Одним утром в начале сентября, когда Арсений уже улетел на учебу, меня снова одолели глубокая печаль и тоска. Все-таки без детей жизнь кажется слишком одинокой. Я вспомнила о ребенке, которому не суждено было родиться, и вновь залилась слезами. Затем я увидела в окне дом соседки и тут же направилась к ней – получить очередную порцию поддержки и чашку вкусного чая.

Полина открыла дверь взбудораженной и несколько удивленной. В ее глазах читались беспокойство и испуг, а движения были суетливыми и неуклюжими. Подруга собрала волосы в небрежный хвостик, кинулась к чайнику и включила его, не набрав воды. От скорого шипения прибора она опомнилась и быстро исправила оплошность. Потом, развязывая шелковый халат, ушла в спальню переодеться во что-нибудь более подходящее.

Мне показалось, что только что она придавалась порывам страсти с кем-то. Хотя Руслан уже пару месяцев был за границей.

Когда Полина вернулась и принялась разливать по фарфоровым чашкам чай, я улыбнулась и спросила прямо:

– Ты что, спишь с учителем музыки?

– Эмм… Вообще-то – да. Когда мужа нет рядом, мне становится скучно. Наши встречи с Иваном просто помогают мне почувствовать себя нужной и важной – любимой «королевой». Руслан ни в коем случае не должен узнать об этом! – обеспокоенно попросила меня подруга.

– Конечно. Это, в принципе, не мое дело. Тебе решать, с кем и когда спать, – успокоила ее я.

– Вот и отлично. Давай забудем об этом, – подытожила соседка и поставила передо мной чашку чая и вазу с печеньем.

– Как мне нравится ваш изысканный вкус, королева Полина, – подшутила я. – Бодрящий и полезный напиток в столь маленькой кофейной чашке – бесподобное сочетание, – я рассмеялась.

– Прости, хе-хе, – усмехнулась подруга. – Взяла чашку, которая была под рукой, – объяснила она.

Вдруг в дверь постучали.

– Ты кого-то ждешь? – спросила я Полину.

– Наверное, домработница что-то забыла. Подожди тут, я быстро, – ответила она и пошла открывать.

В прихожей послышался голос Ивана. Этого мужчину я часто встречала в гостях у Полины с тех пор, как мы с ней помирились, и точно не могла перепутать его с кем-то другим. Я пила чай и прислушивалась к разговору. Иван пришел дать подруге очередной урок игры на пианино, но она говорила, что сегодня не может, потому что приболела… В тот момент меня будто шандарахнуло током, и дрожь пробежала по всему телу: от макушки до кончиков пальцев. Я вскочила, опрокинув чашку чая на стол, и буквально влетела в спальню соседей. На краю кровати сидел мой муж и натягивал носки.

Кровь прилила к лицу за считанные секунды, меня переполняла ненависть. Я даже не нашла слов. Просто развернулась и ушла, растолкав собою в дверях Ивана с Полиной.

Дома я закрылась на ключ в мастерской и начала рисовать. Холст за холстом летели на пол. Книги на полках в шкафу, казалось, смеются надо мной, предательски «озвучивая» все жуткие измены героев известных романов.

– Уж лучше бы это был учитель музыки! – я проговаривала вслух свои мысли.

Случившееся напоминало мне одну из мыльных опер, я любила смотреть такие в детстве. Для полного набора не хватало Руслана, с которым я могла бы отомстить мужу и подруге.

– Бред, какой-то бред! Совершенно глупый и банальный сюжет… – всплывало в моей голове. – Такого просто не бывает в реальной жизни! Наверное, мне это снится?! – убеждала я саму себя.

Наш с Владом хрустальный замок рухнул в одно мгновение, разлетевшись на множество острых осколков. Никто не пытался успокоить меня, что-то объяснить… Весь день я провела в мастерской: без еды и воды, без любимого мужа, без сына и лучшей подруги. Уснула я прямо там – в кресле, перемазанная акриловой краской и слезами.

Уже во сне ко мне пришла бабушка. Она, как всегда, спокойно села рядом, обняла, погладила меня по голове и ласково прошептала:

– Все будет хорошо, моя милая. В жизни бывает всякое, не печалься. Я люблю тебя больше всего на свете!

– Бабуля, мне так тебя не хватало… Почему ты исчезла из моей жизни? – ответила я ей сквозь слезы.

– Я всегда была рядом, родная, – наблюдала за тобой сверху. Ты чудесная, добрая девочка. Помни об этом, что бы ни произошло.

– Пожалуйста, никогда больше не уходи. Ты нужна мне, нужна, как в детстве, – я не успокаивалась и плакала все сильнее.

– Не уйду, Лоюшка. Я буду рядом, – ответила она, продолжая гладить меня по голове.

Глава ХI

Село Никольское, Гатчинский район Ленинградской области, 2034 год

Каждое утро, умывшись и почистив зубы, я смотрела в зеркало, расчесывала свои волосы и повторяла вслух давно забытый стих, который когда-то написал мне преподаватель из модельной школы. В прошлом так ко мне вернулась уверенность в себе, теперь эта ода напоминала мне об утраченных любви, заботе и ласке…

Я повторяла ее тысячи раз, но ничего