За час до рассвета - Наталия Корнеева

Следующим ей достался мужчина, молчаливый, каждое слово из которого надо было вырывать. Каждую мелкую деталь требовалось уточнять минимум пять раз и через разные вопросы, чтобы окончательно установить, что он видел и что слышал.

Третьей зашла девушка, и ее больше интересовала сама Айри, чем ее вопросы.

— Скажите, а это что, новая мода? — указала она на сапоги под платьем.

— Нет, это я с утра обувь перепутала! Отвечайте на заданный вопрос! — и Айри подтянула сползшую повязку детектива.

— А что вы спросили?.. — захлопала глазами девушка.

Айри вздохнула, досчитала до десяти и повторила вопрос.

Девушка была последней, и Айри покинула допросную, узнала, что в соседней в это время мучил распорядителя «Либери» Кеймрон. Она ненадолго задумалась, а потом все же поднялась в кабинет в одиночестве, села за стол.

Вскоре вернулся Кеймрон с двумя чашами кипятка, над которыми поднимался парок. Откуда-то из стола он извлек два ситечка и жестяную банку. Еще пара движений, и вода в чашках окрасилась в приятный янтарный оттенок, а по кабинету полетел цветочно-пряный запах.

«Так вот чем все время пахло», — поняла Айри и подошла к его столу.

— Это травяной сбор для укрепления здоровья, — Кеймрон подвинул к ней чашку. — Меда у меня нет.

— А что это за сбор? Необычный запах, — Айри обхватила кружку руками, но не спешила поднимать ее со стола, грела пальцы.

— Не знаю. Новое увлечение моей мамы — она изучает травы и сушит их. Надо признать, это удается ей намного лучше, чем стихосложение. И окружающие не страдают.

Она рассмеялась и покачала головой. Кеймрон тоже устал — было видно по глазам, он немного охрип, но все же оставался спокоен, и от него это передалось Айри.

Они обсудили проведенные допросы. Им сообщили то же самое, что и раньше. Поиски сведений о семьях всех, кто присутствовал в ресторане, ничего не дали: никто не проговорился о фее среди своих родственников и предков.

— В Хейзер любому легче признаться в жестоком убийстве, чем в наличии фей среди родственников, — и Кеймрон, подняв чашку, в несколько глотков выпил ее содержимое.

— Мы должны были попробовать, — пожала плечами Айри.

Но она чувствовала, что с ее стороны это была лишь формальная попытка отыскать какую-нибудь зацепку. А вот виконт Нойтарг, который и в этот раз был рядом с местом убийства…

— Кеймрон, а с виконтом Нойтаргом мы не можем даже побеседовать по этому делу?

— Только если виконт согласится. И то он не обязан отвечать на наши вопросы, он ведь не подозреваемый и не свидетель. Почему ты о нем вспомнила?

Айри отвела взгляд. Рассказывать о Нио ей пока не хотелось, слишком все было запутанно с ним и непонятно, но все же она не имела права скрыть его присутствие возле места убийства. Карета! Айри вспомнила, что видела ее у одного из домов.

— Я видела карету с гербом Нойтаргов. Она стояла недалеко от места убийства.

— Но приехать на ней мог не только виконт, — заметил Кеймрон, и Айри прикусила язык. — Так что карета не дает нам повода запросить у него встречу.

Она допила остывший отвар.

— Айри, отец сообщил, что вернулся посол с ответом герцога Монмери.

— И? Какой результат? — нетерпеливо спросила она.

Кеймрон молчал.

— Неужели не вышло?..

— Наоборот! — и Кеймрон улыбнулся. — Через две недели мы едем в путешествие.

И мысль, что она покинет Лендейл, слегка испугала Айри. Что там, за чертой города, в другой стране? Такие же там люди? Другое ли солнце светит им? Или там все, как и здесь?

Но в то же время занозой засела и другая мысль.

— А как же все здесь? Ведь дела…

— Оставим поручения. Если нам придется изучать литературу, то вдвоем мы справимся быстрее. Герцог разрешил приехать только мне и еще одному человеку, обязательно не магу, и я не собираюсь ехать с кем-то другим.

Айри кивнула.

А вечером, зная привычку старика Люса засиживаться на работе допоздна, она пришла в участок. Ночная смена уже вышла в патруль, и в темном здании ее встретил только дежурный.

— Добрый вечер, детектив.

— Инспектор у себя? — он кивнул ей, и Айри поднялась в кабинет Люса.

Старик сидел за столом и через лупу рассматривал какой-то комок земли.

— Добрый вечер, — поздоровалась она, и Люс поднял голову.

— Айри! Здравствуй, здравствуй, — улыбнулся он. — Я как чувствовал, что ты сегодня придешь. Ну, что случилось? — и он отложил лупу, завернул комок земли в ткань, убрал его в стол. — Садись, рассказывай.

Айри села на стул, стоявший перед столом.

— Инспектор, что вы думаете об интуиции?

— Ха! У опытного сыщика интуиция — основной рабочий инструмент. Но я бы назвал это чутьем. Мозг еще не осознал, а ты уже чуешь, в какой стороне нужно искать, куда двигаться. Но, конечно, чутье может и ошибаться. Опыт сыщику нужен, чтобы быстро понять, где путь заблуждений, а где — след из реальных предпосылок, которые мозг еще не оформил в четкую мысленную цепочку.

Айри выслушала инспектора, забросила ногу на ногу. Он говорил об этом не раз. Но у него был колоссальный опыт расследований, не сопоставимый с ее! Там, где для инспектора все было очевидно, Айри долго и упорно выискивала связь.

Однако фею должны поймать они с Кеймроном, а не старик Люс. Это ее дело, ее долг, а значит, она не может просить помощи. И поэтому Айри спросила:

— Стоит ли мне доверять чутью? Достаточно ли я опытна или еще нет?

Инспектор посмотрел на нее и хитро прищурился:

— Если есть факты, от которых отталкивается твое чутье, то стоит ему верить. Если это просто предположение, взятое из твоих собственных размышлений и ощущений, то тут надо быть осторожнее. Ты несколько раз ошибалась, когда сосредотачивалась на одной версии в ущерб другим.

Она скрестила руки на груди.

— То есть мне нельзя верить чутью?

— Я этого не говорил! — строго возразил он. — Просто не останавливайся на одной версии. Этого достаточно, Айри. Тогда ты не разочаруешься и не упустишь время, если чутье поведет тебя по ошибочному следу.

Айри повторила про себя эти слова. Именно их она и хотела услышать. Ей нельзя подозревать одного виконта Нойтарга, но можно подозревать его и в то же время искать того, кто еще мог совершить убийство.

Но был у нее и другой повод посетить инспектора.

— Ворфа похоронили? Извините, что не уберегла его, — повинилась она перед стариком.

— Да, похоронили, — вздохнул инспектор. — Это жизнь, Айри,