Замужем за последним некромантом (СИ) - "Seaberry"

О том, что Киаран вернулся, я узнала, по скрипу открывшейся двери. Он замер на пороге, рассматривая меня, вошел, опустился на кровать.

Я села перед ним на колени, сжала холодные пальцы своими ледяными. Изумленно вздрогнула — кольцо на указательном пальце было горячим. Заглянула Киарану в лицу, встретилась взглядом с его.

Он взял меня за руку:

— Некромантия — не целительство. Кармина не вылечила меня, я умер. А темная энергия вернула к жизни, — он отвел взгляд, скрипнул зубами. — Теперь я знаю, что у нее не было ни шанса — это ритуал обмена. Она не знала… не могла знать, — он глубоко вздохнул и вновь посмотрел на меня. — Я воспользовался кольцом Коинстерея. Это как заглянуть в книгу, в которой есть почти все ответы. Самое сложное, не дать ей поглотить себя. — Он скривился, от неприятных воспоминаний. — Я разделил дух и искалеченное кошачье тело. Больше ничего не мог сделать — кольцо помогало, но… этому нужно учиться…

Мои пальцы в его ладони дрогнули. Я поняла, что качаю головой, не желая слышать то, что последует за этими словами.

В этот момент башня вновь дрогнула, заскрипели потолочные балки, посыпались пыль и труха, песок. Лишившись хозяина и магической подпитки здание, служившее нам укрытием, начало медленно, но верно разваливаться. Скоро Башня развалится — это было делом времени. И оставалось его не так уж и много.

— Влада, — Киаран поймал мой взгляд. — Большинство заклятий длительного действия, направленные на живое существо, продолжают свое влияние до самой смерти носителя. Потом смысл в воздействии просто-напросто теряется. Я не смог ничего сделать для твоего Источника, но это было и не нужно. Когда я отделил дух, тело восприняло это, как смерть. Заклятие закончило свое действие.

— В смысле? — слова давались с трудом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Человеческое тело, каким оно было во время совершения обряда, восстановилось. Целое и невредимое. Мне оставалось только вернуть дух обратно, — Киаран повел плечами.

— Янис жив!? — я вскочила на ноги, так и продолжая сжимать его руку.

Он кивнул и глазами показал — иди. Смежил веки:

— А я сегодня до смерти устал.

— Спасибо, Киаран.

— Иди, — повторил, не открывая глаз.

И я выскользнула из комнаты, взбежала по лестнице и замерла на последней ступеньке. В груди часто-часто билось сердце.

Кабинет освещала единственная потускневшая сфера. Янис-человек сидел у противоположной стены, прямо на полу, завернувшись по самую шею в одеяло. Ноги поджаты к груди. Рыжие волосы взлохмаченные и отливают медью. На бледном лице — россыпь веснушек. Глаза закрыты.

Я даже успела испугаться: а жив ли он? Но вот веки дрогнул и приоткрылись. Затуманенный взгляд остановился на мне. И Янис весь как-то сжался под одеялом, натянул его выше, так, что теперь виднелся только кончик носа.

Я позвала его по имени, не зная, что еще делать. Может быть, он сейчас не хотел никого видеть, и я зря пришла.

— Как ты себя чувствуешь? — не дождавшись никакой реакции, задала вопрос, показавшийся мне самым правильным в данной ситуации.

— Я забыл, — прозвучало сдавленно, едва слышно.

— Что? — собственный голос показался затухающим эхом.

— Как быть человеком…

Теперь я могла рассмотреть на бледных щеках блестящие дорожки слез.

— Тебе больно? — я поспешно шагнула вперед и замерла, когда кокон из одеяла дернулся, будто собираясь бежать.

— Тело не болит. Оно такое же, как и в тот день, когда они превратили меня в кота, — на миг в глазах сверкнули злые искры. — Мне снова двадцать… или сколько мне тогда было? Надо же, и этого не помню… — и тут же без паузы добавил. — Я умер?

— Нет. Но Киаран отделил твой дух от тела и тогда оно преобразовалось.

Янис кивнул рыжей гривой удовлетворенный моим ответом. Я сделала еще шаг вперед, будто подкрадываясь, боясь спугнуть.

— Не знаю, кто я теперь, — будто обращаясь ко мне за помощью, пробормотал он в одеяло. — Даже, когда я был котом определенности было больше.

— Ты будто и не рад! — я стояла уже совсем близко, глядя на парня сверху вниз. Видеть его человеком было непривычно. Хоть я и знала, что Янис не кот, осознать это по-настоящему не получалось до последнего момента.

— Рад. Наверное. Я еще не понял, — пробубнил виновато.

— Киаран обязательно что-нибудь придумает, может быть найдет для тебя место в академии.

— Ну да, я же по-прежнему твой Источник, — он, наконец, выпростал из-под одеяла руку и утер лицо. Голос звучал уже увереннее, да и убегать Янис больше, вроде бы, не собирался. — Нас связали магией крови. Пусть тело у меня сейчас человеческое, но кровь в нем все та же течет.

— Разрешишь? — присела рядом, касаясь мягкого одеяльного кокона боком. — Я очень рада. То, что произошло… это как второе рождение.

Он кивнул и положил голову мне на плечо. Ну, правда, как маленький! Там мы и сидели, слушая шум дождя. Я ощущала себя потерянной не меньше, чем Янис. Я была напугана, последние часы выпили все мои силы. Но теперь, теперь то все будет хорошо.

Эпилог

Янис уверял, что возвращение Киарана Эрмоарда обрастет легендами, которые ни один десяток лет будут передаваться из уст в уста, обрастая все более и более героическими подробностями. Куда там — он лично станет первым летописцем произошедших событий. Некромант, принцесса и ее верный рыжеволосый телохранитель, один из лучших магов своего времени, а также демон-дракон — в различных вариантах Янис то разделял их, то сплетал, как единое целое — заставляют Темных и Светлых подчиниться своей воле и заключить мир. Возвращение в академию, где Эрмоард благородно отказывается от ректорства в пользу своего дяди…

На самом деле все было по-другому.

— Но кому это интересно? — логично замечал Янис. — Обыденность давно не в чести. Что людям, что магам нужна сказка, желательно такая, чтобы дух захватывало.

И я уже была уверена, что от правды Янис оставит только самые вершки. Лишь бы при редактуре и их не выкосил…

Неделю он корпел только над первой страницей рукописи, оправдываясь, что просто разучился писать и возобновление общения с пером дается очень нелегко. В любом случае впереди у него было еще два месяца лета, которые выделили Киаран на отдых — к осени он обещал уладить все необходимые процедуры и помощь с назначением на должность ментора. Кажется, Янис был только рад.

А мир между Светлыми и Темными и правда был заключен. После нашего возвращения состоялся совет, на котором присутствовали лично король и император. Переговоры тянулись не один день, и никто никого ни к чему не принуждал силой — только много политики и немного взаимовыгодного сотрудничества. Киаран каждый раз приходил выжатый, как лимон, и только многозначительно закатывал глаза на все мои расспросы.

— Если сегодня они не придут к согласию, то бескровные аргументы у меня закончатся, — в сердцах выдал однажды утром.

В этот день заседание затянулось до вечера, но зато были согласованы все оставшиеся нюансы и все-таки заключен настоящий мир.

С молчаливого согласия его величества короля Эрмундта и его главного советника Клемтона я так и осталась принцессой Эванджеллин.

— Так нужно, — просто сказал Киаран и я смирилась.

За время отсутствия Киарана император вернул ректорство его дяде. И Киаран не стал оспаривать это решение. Мне кажется, даже принял его с некоторым облегчением.

— Это было временное назначение, благородная замена заточению в темницы. Да и опыта мне не хватало…

Однако от предложения преподавать не отказался, и мы вновь вселились в нашу спальню. Уж не знаю надолго ли…

Дома я побывать еще не успела, но точно знала — у родителей все было хорошо. Для них я отправилась на летние каникулы в путешествие. Я уже распланировала, как буду слать оттуда — точнее отсюда — письма о знакомстве с импозантным иностранцем, в которого влюбилась с первого взгляда. Так или иначе, а замужем я уже была, оставалось только подготовить к этой новости родителей.