Неясные огни - Марго Айсли

только что услышала, но противный хлюпающий звук отвлёк меня от вампира на происходящее. Стащив в кучу и раздев около двадцати тел, девушка отогнала собравшихся заинтересованных происходящим вампиров подальше и приступила к чудовищному, на мой взгляд, действу. Взяв длинный кинжал, она с размаху воткнула его в область паха и в одно резкое движение вскрыла мертвецу живот, ловко разрубив и рёбра почти до горла. Раздался отвратительный хруст и чавкающие звуки. То же самое она проделала с остальными раздетыми. Зрелище была настолько отвратительное, что будь я жива, меня бы непременно стошнило. А вот вампиры наблюдали с интересом и оживлённо перешёптывались. Судя по отголоскам фраз, они пытались угадать, что она делает, и даже делали ставки.

Утерев с лица пот рукавом мантии, она потребовала привести живого. Человек брыкался и изворачивался, а от увиденной голы вскрытых трупов пришел в состояние животного ужаса. Син наставила на человека руку, мужчина застыл и упал на спину. Дёргаться он перестал, только мычал и переводил умоляющий взгляд с неё на нас. Некромантка шагнула к нему и опустилась на колени. Меня посетила жуткая мысль.

— Останови её! — вцепилась я в руку Маркуса.

— Зачем это?

— Она же вскроет его живого!

— Ну да, и что?

— Но… это же ужасно, убивать на войне — ладно, но пытать… — чёткой картинкой я увидела ту поляну, где магистр вонзил мне ножик в живот.

Ощутив боль, будто в реальности, я затравленно посмотрела на вампира, но тот покачал головой и снисходительно на меня посмотрел.

— Некоторые цели оправдывают средства. Мы на войне.

Удар, хлюпанье и душераздирающее мычание. На лице бедняги проступили вены, он покраснел, а из глаз полились слёзы. Он был в агонии, но не умирал, Син держала его на грани и не давала уйти. Потом она встала и, подходя к вскрытым трупам, начала доставать их сердца. Сложив их кучей около мычащего воина. Она взяла одно и приготовилась засунуть его внутрь. Не выдержав такой картины, я отвернулась.

Крики усиливались, вгрызаясь в сознание. Я закрыла уши руками, но это не помогло. Спустя вечность душераздирающие вопли прекратились. Услышав очередное хлюпанье, волочение и хруст, я нехотя открыла глаза и скривилась. Син стояла к воздетыми вверх руками, а тела, дёргая руками и ногами, подползали к лежачему агонизирующему человеку, вливаясь в него и образуя общее тело. Когда все тела соединились в одно, перед нами предстала огромная махина, чем-то отдаленно напоминающая огромного человека с горбом на спине и массивными ногами и руками, сделанного из кусков тел и мяса. Глаз у него не было, зато на всю голову имелся рот с зубами в несколько рядов. Я так и застыла в немом изумлении, смешанном с отвращением, а Син издала победный клич и подпрыгнула, хлопая в ладоши.

— Назову тебя Коди, — мурлыкнула она туше мяса, нежно погладив по подобию руки.

— Ч-что это? — с трудом вымолвила я.

— Трупный голем, я же говорила, — недовольно протянула девушка, тем не менее пребывая в отличном настроении, — будет меня защищать в Ларминии.

— Недурно, — осмотрел урода Маркус, обходя вокруг, — сколько он выдерживает?

— Ну, этот не особо сильный, — задумалась некромантка, — если бы из всего лагеря собрать, то можно было бы идти разбирать по камушкам другие лагеря, но у меня не хватит сил. Для путешествия и этот сойдёт.

Я высунула язык, делая вид, что блюю. Какая же гадость. Начинаю понимать, почему некромантия под запретом. Такая тёмная магия не должна быть в свободном доступе, да и вообще, это самое отвратительное, что я видела в своей жизни. И в смерти.

— Эй, неженка, — окликнула меня Син, заслужив предостерегающий взгляд Маркуса, — в общем, примерно через двое суток жди зова. Скорее всего он будет плохо ощутим.

Я коротко кивнула, даже не пытаясь скрыть своё омерзение.

— Ну что ж такое, и коней убили! — взвыла она.

Обернувшись на крик, я опять застала очередную гадость: подняв труп лошади, она наспех стёрла с него кровь и забралась в седло. Из живота животного свисали кишки, волочась по земле. Сделав вокруг нас круг, она перешла на рысь, а голем Коди довольно шустро двинулся следом, без усилия проломив забор.

— Возвращаемся, — скомандовал Маркус, — пока второй аванпост чего не заметил, у меня нет желания с ними воевать.

Лагерь я покидала с явным облегчением.

Глава 11

Двое суток я провела в тренировках. В принципе, я достигла определённых успехов в уплотнении тела и в возвращении в состояние еле видимой души. Наибольшую проблему составляли попытки взять мелкие предметы. С первого раза никогда не получалось, и я начинала нервничать, отчего концентрация становилась нестабильной, а остальные попытки и вовсе проваливались. Тут же я впадала в отчаяние и очень долго успокаивалась. Пока высшие вампиры обсуждали дальнейшие действия и выявляли предателя, мне вызвалась помочь Мисса. Она принесла множество мелких вещиц для тренировки и разложила на столе. С большим трудом я добилась нужной концентрации и сумела поднять монетку, но тут появилось странно ощущение. Как-будто это был зов, но какой-то искажённый, неправильный и чужой. Наверное, это и была Син. Нужно поискать Маркуса и сказать, что я пошла.

— Постарайся не злиться и не выходить из себя как в прошлый раз. Если ты на неё нападешь, не могу гарантировать, что она не сделает какую-нибудь гадость. Она нам не друг.

Я кивнула и поджала губы. Оставлять Маркуса одного не хотелось, вдруг кто-либо решит его убить, а я буду далеко? Со мной-то ничего не случится, а вот с ним… Зов усилился. Глупо улыбнувшись, я вздохнула и растворилась в воздухе.

Син ждала меня, сидя на трупе коня под сводом вековых елей. Голем неподвижно стоял рядом.

— Да неужели, — недовольно осмотрела она меня и спрыгнула с коня, — я уже два часа не могу тебя дозваться, подо мной даже конь замёрз.

Пропустив упреки мимо ушей, я изо всех сил старалась сохранять спокойствие, что удавалось не так-то просто, особенно после увиденного в лагере.

Посмотрев по сторонам, я поняла, что нахожусь примерно в часе езды от Тирры, в том лесу, около которого мы собирали травы.

— Почему мы так далеко?

— Чтобы не заметили, очевидно же. По дорогам снуют отряды, выискивающие мертвецов, пришлось идти через леса. Коди останется тут, а мы с тобой пойдём пешком. Я и так уже задницу отбила, а тебе вообще всё равно.

До кромки леса около южных ворот Тирры добирались в молчании. Увидев родной город, я ощутила, как в душе завязался узел. Я хотела попасть внутрь,