Вампир, я не твоя - Олеся Айдарова

Правда тут же отодвинулась.

— Пожалуй, мне следует уйти, — смущённо предложил Грейворк.

Невероятно! К тому же иномирянка… сделала скорбную мину?!

Соглашайся, дурочка!!!

Поправив платье, миледи потупила взор и вымолвила:

— Останьтесь, прошу. Мне очень хочется узнать о происходящем в Вархилле от вас… А ещё очень хочется пить.

Тьма побери! Сейчас они начнут искать меня!

— Ах, да, я совсем забыл, у вас время обеда, — к вампиру явно возвращалось самообладание.

Я же не на шутку всполошилась: надо было стрелой возвращаться в комнату, где лежала моя одежда! Но ветер, как назло, превращался в ураган. Лететь куда-то сейчас просто невозможно. Стоит чуть отцепиться от подоконника — и меня унесёт далеко в поля!

— Приказать Уиззи принести еду сюда? — предложил Грейворк.

— Нет, — сама того не ведая, спасла меня Полина. — Хочется прогуляться. Хотя бы до трапезной. Или до библиотеки.

— Извольте, — улыбнулся милорд. — Вижу, вы начали учить эрхейвенскую письменность? — спросил он, открывая дверь перед ней.

Выходя, иномирянка что-то ответила с усмешкой. Однако эта чушь меня больше не касалась. Как только они покинули комнату, я поддела клювом оконную створку, которую так и не закрыли на задвижку, кажется ещё с прошлой ночи.

О, да, я ужасная горничная.

Зато очень ловкая птичка — смогла протиснуться между рамой и тяжёлой створкой, проникая в прогретую комнату.

Спорхнув с подоконника, вылетела из-за прозрачной занавески и села на стол. Распушила перья, позволяя теплу проникнуть ближе к коже. А как только согрелась, взмыла под полоток. Именно туда выходили вентиляционные каналы замка. Выучив их сеть назубок ещё в первые дни, я частенько ими пользовалась.

Вот и сейчас без труда пробралась в свою личную комнату, минуя коридоры, где можно встретить людей, владеющим опасным для меня знанием: маленьким серым птичкам полагается спать по ночам, даже если эта птичка — оборотень.

Приземлившись на кровать, сделала оборот, превращаясь в голую чумазую девушку с длинными, спутанными волосами. И принялась приводить себя в порядок.

Первым делом выхватила из таза приготовленное заранее влажное полотенце, вытерла начисто лицо, шею и руки. Впрыгнула в панталоны и натянула нижнюю рубашку, а следом — серое платье. Сунула ножки в чулки. Обулась и подпоясалась передником.

Глянула на себя придирчиво в большое зеркало, которое притащила сюда из заброшенного крыла замка, и не зря — на волосы налип лоскут пыльной паутины, выдавая моё присутствие в местах, где ходить не разрешено. Отбросила паутинку в сторону. Вычесала спутанные волосы щёткой, скрутила пшеничную копну в тугой пучок и заколола длинными шпильками. В качестве последнего штриха надела на голову чепец, а на лицо — весёлую милую улыбку.

Теперь можно было идти. Подметать полы, вытирать пыль, хохотать с кухонными, отбиваться от грубых ухаживаний Ханса или Гантера, а потом бежать по первому зову милорда или новой миледи. Чтобы после снова остаться одной, бродить по коридорам и комнатам. И тосковать… ждать рассвета и повода повидаться с ним, как манны небесной…

— Сегодня мне есть, что тебе рассказать, — вздохнула, чувствуя, как сладко обмирает сердечко. — Ах, скорее бы утро, чтобы я смогла снова полететь к тебе…

Глава 34 Всё это — мечты. Причём не мои

Полина

Дориан рассказывал складно, иногда в лицах, мрачные, пугающие, а порой и смешные истории о своей юности и дружбе с принцем, о жизни в столице, и о войне, от которой они — слишком молодые и самоуверенные наследники древних родов — ожидали иного…

Слушая его, хотелось соглашаться с тем, что выбора не было. Я спрашивала. Он отвечал. Честно, с жаром, порой цинично, но такова жизнь в мире, едва преодолевшем порог средневековья: иногда самое разумное в ней — положиться на сухой расчёт.

Свечи растаяли, и ветер улёгся. После ужина я попросила графа подняться на башню, чтобы встретить рассвет. И он согласился.

Уиззи принесла меховой плащ к лестнице, ведущей на верхнюю площадку башни и предупредила:

— Миледи, я буду ждать вас в комнате, чтобы помочь раздеться, — говоря это, служанка спрятала за ладошкой зевок.

— Спасибо, Уиззи, — будучи в приподнятом настроении, захотела сделать для горничной хоть что-то хорошее. — Знаешь, я справлюсь сама. Можешь идти отдыхать.

Обрадованная Уиззи буквально умчалась по коридору. А мы с Дорианом начали подъём. Предстояло преодолеть под сотню ступеней. По дороге граф рассказывал о битве за замок, показывал разрушения и отметины, оставленные когтями, железом и огнём…

Я слушала. Это было занимательно. И да, глубокие царапины на каменном подоконнике в библиотеке весьма впечатляли, но… возможно, усталость была тому виной или огромное количество новой информации — рассказы графа больше напоминали сказки. В случившееся здесь верилось с трудом.

— Не могу даже представить, что чувствует человек, оказавшийся один на один с реальным чудовищем, — произнесла, глядя на то, с какой лёгкостью Дориан поднимает толстенный люк, ведущий на верхнюю площадку башни.

— Вчера в лесу вы тоже встретили кое-кого.

— Судя по всему, деревья — самый безобидный вид нечисти, — я усмехнулась, хотя при воспоминаниях о лесе по спине всякий раз пробегал холодок.

Успокаивало одно — это в прошлом. Впереди день, гарантирующий безопасность на ближайшие 12 часов. Ну а завтра ночью я начну планировать новый побег. На этот раз исключительно в сторону столицы, и следуя правилу: в местные леса ни ногой.

А наверху в этот раз оказалось необыкновенно красиво — розовое небо сливалось с золотом пшеничных полей. Позади замка пестрел изумрудно-багровый осенний лес. С виду безобидный, даже уютный, он так и манил сходить за грибочками…

Ну уж нет. Я даже отвернулась от такой «красоты».

Взгляд наткнулся на речку, сверкающую будто золотая ленточка. К обеим её берегам прилепилась Ружница. Если присмотреться, можно было разглядеть и Храм, и пару мельниц, и колесо на реке, и даже едущие через мост повозки.

При взгляде на эту утреннюю красоту в сердце против воли начинала зарождаться надежда. На удачный день, на плодотворный месяц — на счастливую жизнь. Хотелось поглубже вдохнуть свежий утренний воздух. Хотелось пойти и заняться делами, напевая под нос…

Только всё это — мечты. Причём даже не мои.

Этой не мой дом. Не моя жизнь. Не мой граф — он даже не человек, с которым можно счастливо жить под солнцем. К тому же у меня другие планы. А о том, что ждёт эти земли, когда их захватит колдун, даже думать больно.

— Вы спрашивали, в какой стороне находится Синдурр. Вон там, — Дориан указал на лес,