Сад блуждающих снов - Анна Рудольф

Заклинатель осмотрелся, затем, ловко балансируя, подобрался ближе к кокону и занес меч, намереваясь срубить его. Мэй изо всех сил замахала руками, привлекая внимание, а добившись результата, ткнула на землю, опутанную едва заметными блестящими нитями.

Шэн Юэлин выпрямился, раздумывая, затем молниеносно срезал удерживающие кокон нити и спрыгнул следом за ним. Кокон шлепнулся, как набитый тряпьем мешок и глухо застонал.

— Зачем… — начала Янмэй, но Шэн Юэлин перебил, вспарывая липкие волокна:

— Они близко, мы уже успели наследить.

Она кинулась помогать: срывала с человека разрезанную паутину.

— Откуда вы знаете?

— Заметил их.

Закончив, Шэн Юэлин развернулся, готовый к обороне. Мэй пока никого не видела, но это не мешало ей стремительно погружаться в панику.

Человек, которого они освободили, носил черное. Он был мертвенно-бледен, его губы посинели, глаза налились кровью. На открытой коже были заметны множащиеся красно-синие пятна — следы лопавшихся сосудов.

Разглядев над собой Янмэй, он потянулся к поясу, где висел длинный нож. Тут же ему в шею уперся сверкающий кончик Фэн Хуа.

— Бегите на юг, — прохрипел мужчина и отстегнул ножны. — Север под контролем Императора. Ордена… если не склонятся… — его речь становилась все более невнятной. — Приказ: Шэн Юэлина живым или мертвым. Чужестранку… в сознании.

— Чего Император добивается? — спросил заклинатель.

Мужчина сунул ему ножны.

— Подчинить… — из его рта и носа хлынула кровь.

Шэн Юэлин оттащил Мэй. Черный стражник с хрипом корчился на земле, захлебываясь собственной кровью. Паучий яд переваривал его изнутри.

Мэй ощутила горячую ладонь на своей щеке: Шэн Юэлин мягко, но настойчиво повернул ее голову в сторону.

— Вдохните глубже, госпожа, — шепнул он почти ей на ухо, — придется лететь.

Янмэй вовсе не возражала!

Они встали на меч, и она уперлась затылком ему в плечо, сосредоточившись на тяжести котелка и ножен в руках, крепкой хватке на талии и прогорклом ветре, бьющем в лицо. Внезапно меч вильнул, чуть не сбросив ее вниз.

— Позади нас! — прокричал Шэн Юэлин. — Еще немного!

«Сколько угодно, котенок», — думала она, считая секунды, каждая из которых высасывала из нее жизнь.

«В сознании» — так сказал императорский воин. Он преследовал их, но ему не повезло. Мэй была малодушно рада, что погибший не был ей знаком. Она старалась вытравить из памяти его искаженное агонией лицо черно-фиолетовыми вспышками, слепящими зажмуренные глаза.

«Почему ты позволяешь ему убивать себя?» — снова расцвел в ее сознании голос Фэй Шань Ди. — «Позволь помочь, и ты получишь всю его…»

«Пошел прочь!» — заорала она, впустую раскрывая рот. — «Ты давно сдох! Вот и оставайся…»

В ее горло, наконец, ворвался кислород. Она жадно втянула его в горящие огнем легкие, грудь прострелила боль — Мэй мгновенно задохнулась. Ей хотелось глубоко дышать, но ребра каждый раз сводило судорогой.

Ее грудную клетку сжали в стальных тисках. Долгие минуты Янмэй дергалась в них прежде, чем успокоилась достаточно, чтобы адекватно мыслить. Тиски ослабли, и она обессиленно привалилась спиной к груди Шэн Юэлина.

Свежий ветерок огладил ее влажную кожу.

— Я не мог иначе, — виновато произнес заклинатель. — Стая оказалась слишком многочисленной, мне пришлось подняться выше и лететь до самой реки.

Мэй обратила внимание на ненавязчивый шум воды — они сидели на ровном каменистом берегу. Рядом валялись котелок с ножнами, к бесценному рюкзаку подбиралась вода.

Янмэй набрала в грудь чистый речной воздух, чтобы сказать Юэлину о голосе в голове, но лишь медленно выдохнула.

Река оказалась очень широкой и с довольно быстрым течением, на ней могли бы беспрепятственно разминуться баржа и теплоход.

Заклинатель помог ей подняться, всем своим видом выражая сдержанную озабоченность ее самочувствием.

— Лес зачистят? — спросила Мэй. — Нельзя, чтобы эти твари добрались до людей. Это ведь одну из них неизвестный благодетель ночью прибил к статуе?

Шэн Юэлин кивнул.

— Прежде я не встречал особей крупнее половины человеческого роста, эти оказались втрое больше. Я отправлю дяде весть, как только мы доберемся до ближайшего города.

— Хорошо, если Глава получает твои… ваши сообщения, достопочтенный. Разве не вы с Чжу Лином обсуждали странности коммуникации: когда сообщения не доходят до орденов?

Шэн Юэлин не стал уточнять явно незнакомое слово «коммуникация», уловив суть из контекста, а вместо этого сказал:

— Госпожа Ю, отныне обращайтесь ко мне по имени. Довольно формальностей.

Она усмехнулась, подставляя лицо солнцу. Приятно припекало.

— Взаимно, котенок. Что дальше? Ждем невезучего лодочника?

Шэн Юэлин последовал ее примеру.

— Позавтракаем, затем соорудим плот. Здесь много бамбука, он хорошо держится на воде. Рано или поздно мы наткнемся на город или деревню, в крайнем случае выйдем сразу к морю.

Пока Шэн Юэлин замнимался плотом, Мэй боролась с рисом. У них не оказалось ни соли, ни специй, ни ложки. Она вяло помешивала кипящий в котелке рис веточкой и наблюдала, как тот неотвратимо превращается в кашу.

— У нас есть… — Мэй обернулась к Юэлину и проглотила остаток фразы.

Заклинатель скинул верхнее ханьфу, чтобы широкие рукава не мешали тяжелой работе: он с гулким стуком срубал бамбук охотничьим ножом, затем перетаскивал его к пляжу, где обстругивал ветки. Янмэй подозревала, что возникнут трудности с тем, чтобы скрепить толстые бамбуковые трубы между собой, но ей и в голову не приходило, что чопорный Шэн Юэлин пустит на лоскуты свою нижнюю рубашку!

Сейчас она, задумчиво покусывая кончик веточки, наблюдала за тем, как перекатываются мышцы под светлой кожей. В непроходимом буреломе ее сознания, куда не рисковал соваться даже Проклятый Император, бродила хтоническая мысль о том, что Цзетянь — весьма удачливая особа с хорошим вкусом.

Шэн Юэлин выпрямился во весь немалый рост и развернулся к ней вполоборота, вопросительно приподнимая брови.

— Тарелка, — выпалила Мэй по-русски и тут же, отвернувшись, поправилась: — миска.

— Не думаю.

Послышался скрип — Шэн Юэлин затянул очередной узел, затем вытер лоб чистым лоскутом и присоединился к Мэй. Она как раз залила костерок речной водой и теперь вертела головой в поисках второй веточки. На глаза ей попались тонкие плоские камни, похожие на сланец. Их они и использовали вместо ложек, поочередно зачерпывая из котелка.

Когда солнце подобралось к зениту, Шэн Юэлин и Янмэй приготовились к сплаву: закрепили немногочисленные вещи на плоту, столкнули его в реку, запрыгнув следом. Подхваченные течением, они быстро потеряли стоянку из виду. Мэй с грустью осматривала промокшие кроссовки, а Юэлин, провалившийся по колено, хмуро стоял позади и правил плотом.

Чем дальше они плыли, тем спокойнее становилась река: не было ни порогов,