Туда, где кончается Лес - Лада Монк

Белые — в розовый.

Танцующие кружились под мелодию,

Которую напевал де Рейв,

Такой же неплохой музыкант,

Как и любой местный проныра,

Подобный ему.

Плечи Симары

Задевали занавеси и гобелены,

Скрывавшие два трона в большом зале.

Все вокруг казалось ей знакомым,

Будто в памяти ее было это место,

Эти залы и эти стены,

Только едва заметные,

Обнесенные густым туманом минувших лет.

Нан давно перестал напевать мотив королевского гимна,

А дева, танцевавшая с ним, по-прежнему делала неуверенные шаги,

Осязая трещины пола и вспоминая их,

Блуждая в лабиринте воспоминаний из колючих шипов и источающих терпкий, пьянящий запах роз,

Находя выход из него и не обнаруживая ничего,

Кроме тумана и черно-белой башни,

Пристроенной к дому мага.

Де Рейв: Кажется ли мне?

Она вздрогнула, когда плут заговорил с ней.

Симара: Ты говорил со мной?

Де Рейв: С тобой или с выбеленными стенами,

Повторившими цвет твоего лица.

Ни ты, ни они не отвечают.

Симара: Я не расслышала.

Повтори, если еще хочешь услышать ответ.

Де Рейв: Кажется ли мне,

Что ты чем-то обеспокоена?

Симара: Нет, так и есть.

Мне чудится, что однажды я была в этом месте.

И это так странно…

Де Рейв: Могла ли ты быть приглашена на бал?

Муж-то твой не всегда носил колдовскую мантию.

Пугающий весь свет могучий чародей Манцинелл

Тоже когда-то был законопослушным королевским советником.

Помнишь ли ты, как плясала здесь?

Симара: Я не знаю. Я не могу сказать точно.

Де Рейв: Есть способ узнать.

Симара: Какой же?

Книга предсказаний от королевского астронома?

Де Рейв: Нет, намного действеннее:

Нужно воссоздать бальный вечер!

Музыка и гости уже есть,

Тебе не хватает только платья.

Я знаю, где можно взять одно или несколько.

Пойдем!

Галереи и коридоры,

В коих искрились непотушенные свечи,

Привели Нана и Симару к резной белой двери,

Которую плутишка де Рейв

Вскрыл при помощи иглы от погнутых шпор.

Там, за белоснежными створками,

Расстилался ковер из лепестков нежных роз

На полах из светлого дерева.

От отражался в зеркале у противоположной стены,

Создавая иллюзию бесконечной розовой дороги,

Рельефной и пузырчатой от вогнутых листков,

Как край облака,

До еще одной таинственной двери.

Паяц и дева, которую он провозгласил на целый день принцессой,

Оказались в гардеробной.

Бархатные шторы с кисточками и бутонами из лент

Скрывали ниши с атласными, шелковыми и велюровыми платьями.

В цветочных вазонах и мраморных столах

Были спрятаны шкатулки с драгоценными камнями и золотыми цепочками.

Нан предложил Симаре выбрать себе любой наряд,

Он не умел плести косы или укладывать локоны раскаленными щипцами,

Но был готов предложить свою шляпу,

Если бы она подходила по цвету к платью мнимой принцессы.

Симара: О, я в смятении! Не будет ли это воровством?

Де Рейв: Мы вернем это платье на прежнее место, когда оно тебе надоест.

Примерь его и поглядись в зеркало,

Не образовав ни единой новой складочки,

Мы вернем его в шкаф.

Вот, подойди сюда!

То серебристое блюдце, обсыпанное розами,

Не под стать тебе.

Я хочу, чтобы ты отразилась внутри той рамы из чистого золота,

Чтобы ты посмотрела туда и увидела свой портрет.

Гляди-ка, ты уже отражена этим зеркалом!

Но оно запылилось, красные волосы кажутся почти черными,

А белоснежное платье — серым.

Дай-ка я его протру своим плащом.

И пятна краски, повредившей холст в раме, остались на черной материи.

Симара: Ах, Нан! Да это же не зеркало, это портрет!

На нем принцесса Камилла.

Погляди… Как ты мог не увидеть табличку с именем?

Паяц смеялся, приободряя красневшую принцессу катившегося к вечеру дня.

Ему не впервой было уничтожать мастерский кропотливый труд.

Де Рейв: Мои извинения! Подслеповат стал.

Говорят, этот недуг одолевает всех пьяниц, мечтателей и влюбленных.

Я не видел имени и мазков художника,

Но мне удалось разглядеть лицо.

И, клянусь шляпой и всем, на что падает ее тень,

Это лицо, пока я не стер его, было похоже на твое!

Симара: Так быть не может…

Тебе померещилось.

Де Рейв: Не видела ли ты то же самое?

Симара: Только мельком. Не успела разглядеть.

Де Рейв: О, как две капли!

Как две капли, клянусь своим именем,

Настоящим именем и всеми прочими!

Симара: Это был портрет принцессы Камиллы,

Я не помню, чтобы встречала ее хоть раз.

Де Рейв: У Ее Высочества принцессы Камиллы была сестра,

Но она пропала.

Может, ты и есть пропавшая Малейн?

Симара: Но я не принцесса. Это бессмысленно.

Де Рейв: А кто ты?

Ты сама-то знаешь?

Твой муж не говорил тебе,

Кем ты была до того,

Как стала его женой?

И она призадумалась.

Чем глубже в омут своих размышлений погружалась она,

Тем мрачнее становилась.

Будто бы поток воспоминаний,

Точно толща поглощающей тела утопающих воды,

Отнимал у нее воздух и жизнь.

Де Рейв: Ну?

Кто же ты есть, Симара?

Свое ли имя носишь и по своей ли ходила земле,

Когда была там, в башне?

Симара: Я не могу сказать. Я уже ничего не понимаю.

А в дверях показались острые зубья алебарды стражника:

Вторгнувшихся заметили!

Музыка их голосов пробудила оркестр:

Стражи затрубили во все свои горны и ударили во все свои барабаны,

Сзывая подмогу.

Паяц подхватил свою принцессу,

Оторопевшую от ужаса,

На руках вынес ее из гардеробной

И предложил покинуть замок известным ему путем.

Де Рейв: Приходилось ли тебе играть в догонялки и прятки,

Красавица?

Симара: Что это?

Де Рейв: Сейчас буду объяснять… Бежим!

Они скрывались за дверьми, статуями и колоннами,

Скатывались по перилам лестниц,

Пугавших Симару своей высотой и вынуждавших ее закрыть глаза,

Перемещались с одного балкона на другой,

Раскачавшись на люстре.

Погоня была долгой и утомительной только для стражников:

Нану все казалось игрой,

Скоро и принцесса дня,

Сначала боявшаяся,

Переняла его бодрый настрой.

Башни и галереи

Наполнялись звонким смехом,

Только тогда дух озорства покинул Симару и Нана,

Когда их, забежавших в коридор, обступили юноши в латах розового золота.

Но в миг опасности память спутницы шута ненадолго прояснилась,

Тусклые воспоминания вспыхнули яркими красками.

Симара: Погоди!

Я вспомнила.

Волнение очертило контуры ушедшего воспоминания:

В этой колонне есть тайный ход!

Нан и Симара покинули замок двух принцесс Флердеружа через подземный ход,

О котором не знали ни де