Туда, где кончается Лес - Лада Монк

Было возвращено мне.

Что бы это значило?

Де Рейв: Я думаю, только то,

Что ты очень тревожишься.

Не переживай! Нас никто не поймает…

И не посмеет поймать!

Возьми мою руку,

Чтобы тебе было не так страшно.

Но тогда, когда я решу с кем-нибудь поздороваться,

Тебе стоит отпустить ее и поклониться.

Симара испугалась, когда Нан сказал об этом.

Симара: Все звезды и Луна, защитите!

С кем мы будем здороваться?

У меня даже голова закружилась!

Де Рейв: Успокойся!

Даже если ты знаешь это,

Тебе не нужно беспокоиться!

Я говорил тебе, что я ночевал здесь однажды,

Поэтому мне знакомы кавалеры с портретов,

Доспехи, носящие имена своих бывших хозяев,

Статуи, маски, вышитые на гобеленах силуэты и витражи

С картинками из книг,

Я не могу не поприветствовать их всех вместе и в отдельности,

Все они скрашивали мое одиночество,

А теперь станут друзьями и тебе.

Нан разбежался, проплыл по начищенному полу к белой двери,

Заглянул в замочную скважину,

Убеждаясь, что внутри никого нет,

И пригласил Симару

В королевский зал портретов.

Де Рейв: Прошу! Королева Симара,

Единственная моя королева,

Позвольте мне представить гостей,

Со всех концов света прибывших еще до зари сюда,

Чтобы пожелать Вам доброго утра!

Вот и архимаг нашего соседа, императора,

Да пребудет душа его в свете.

Узнали ли Вы наместника Его Величества его по благородной осанке,

Волнистым серебристым волосам и глазам цвета нефрита?

Поглядите на его парадную чародейскую мантию,

Сшитую специально для визита к Вам, моя королева!

А это Высший паладин Ордена Света,

Магистр Леон Азалий Гельт!

Доброе утро, господин Магистр,

Проводник богини Солнца,

До блеска отполированная доблесть!

Крылья его алой накидки украшают золотые звезды и лучи света,

Вышитые жемчужинками небесные тела.

А в руках у него древний артефакт, Слеза Ночи,

Который он пожелал преподнести Вам в подарок!

Украсьте им бальный зал, кабинет или свою спальню,

Пока маг Манцинелл, имени которого боится весь наш мир,

Снова не позарился на это сокровище!

Рядом с Магистром Ордена Света — его лучший друг

И мой земляк, Магистр Ордена Тьмы Габриель Ремар!

Темно-синие глаза, которые никогда не были веселыми на моей памяти,

Сочетаются с лиловой накидкой,

Расшитой перламутром и серебром.

Вот принц королевства Амон,

Сделавший паруса

Из своей королевской мантии.

Говорили, ничто не вернет вечного странника на берег,

Но он отчаянно желал увидеть Вас,

Прекраснейшую на земле деву,

И даже ветер, вдруг ставший попутным, помог ему в этом.

А кто из прибывших гостей

Спрятаться решил за бархатными занавесками?

Узнаете ли Вы эту тонкую руку

В черной атласной перчатке

И с железным браслетом,

Похожим на элемент оков?

Узнаете ли Вы эту маску,

Символизирующую мешок палача и повязку Фемиды?

Это судья Александр Вербенут из Светлейшей Башни,

Тюрьмы, пугающей неисправимых преступников одним своим видом!

Тот, кто держит во второй неподкупной руке

Весы правосудия,

Тот, кто обрекает ведьм и убийц на погружение в омут Забвения или вечные муки,

Тот, чьего грозного взгляда боятся

Все живые существа, населяющие наш континент,

Принес Вам любимые королевским домом

Алые розы в перламутровой пыли инея.

Не забыть бы мне только за праздничным ужином

Спросить, как он поживает,

Ведь, говорят, Вергилия, жена господина Вербенута,

Оказалась оборотнем,

И граф Каллестиас де Микелло поразил её своей стрелой.

А кто же рядом?

О! Надобно мне преклонить колени:

Ведь это верховные жрецы Ордена Света и Тьмы,

Те, кому известны будущие намерения людей и направления звёзд!

Нет-нет, стойте на прежнем месте, моя госпожа:

Свет и Тьма поклоняются Солнцу и Луне,

А не Вы ли являете собой затмение,

Соединение того и другого?

Пусть они встают на колени,

Не Вы!

А покуда они не признают Вас воплощением духов всех светил,

Мы перейдём к другим гостям.

Поприветствуйте короля и королеву Карнандеса!

Пусть Вас не пугают траурный белый цвет их одеяний и украшающих одежды роз:

Они с того света вернулись,

Чтобы ответить на Ваше приглашение.

Долго Карнандес, дом белого шиповника, и Флердеруж, земля алых роз,

Спорили и смыкали на ратном поле мечи,

Но ради Вас любой противник готов прийти к миру.

Рядом с ними — четыре принцессы короля гор,

Массивные серьги из руды, изумрудов, корунда и никеля

Холодят их румяные круглые щёки.

Их глаза — сапфиры, а голоса — звон кирки, ударяющей по монолиту.

Говорят, глубоко под землей,

Там, где папаша их заложил крепость, сокровищницу и замок,

До сих пор обитают драконы,

О которых принцессы пекутся,

Как о домашних собачках и живых блохоловках.

Поприветствуйте первых трех, но не четвертую, облаченную в зеленое:

Мне она знакома с давних пор,

Но мы с ней не в ладах.

Быть может, однажды,

Когда в моих руках снова окажется какой-нибудь музыкальный инструмент,

Например, северный варган или лютня, игре на которой меня обучила нужда,

Я расскажу Вам о том,

Как в пещере испытаний, встретившись с гигантскими пауками, Кобольд потерял глаз и ящик безделушек,

Украденный у принцессы в зеленом платье,

А я приобрел повязку на руке.

Но пойдемте дальше! Нужно так много успеть, нужно всех поприветствовать!

Вот госпожа Шерельи,

Советница принцессы Камиллы.

Она заведует местным архивом

И, стало быть, всеми моими приговорами.

А потому предлагаю не раскланиваться.

Вперед, к другим!

Перед Вами, моя принцесса, стоят князь и княгиня

Далёкой земли.

Есть у них двенадцать дочерей,

Которым, как слышал я от доктора Генриха,

Ведающего все секреты нашего мира,

По ночам являются духи покойных двенадцати принцев Карнандеса.

И они пляшут до самого утра,

Сшибая каблуки бальных туфелек.

Поверите ли Вы этой странной истории? Дело Ваше!

А дальше, в самом конце коридора,

Есть переход в отдельную секцию,

Где хранятся все шесть тысяч портретов принца Адажио

Из Долины Кристальных Водопадов.

Сватаясь к невестам,

Он всегда рассылает им полотна с самим собой во всех позах и с любых ракурсов

В огромных количествах,

Потому что никак не может выбрать лучшее изображение.

Прислушайтесь, моя госпожа: палят все пушки на часовой башне!

Уроборос за горизонтом пожирает Солнце,

Приближается полдень, время танцев!

Надеюсь, из всех, кого я Вам представил,

Для первого круга вальса Вы изберете меня.

По крайней мере, Вы знаете, что я из себя представляю,

Потому что ни один художник не скрывал моих недостатков под толстым слоем белил.

Нан подал Симаре руку,

Она приняла его приглашение.

Тянувшиеся от пола к самому потолку узкие окна

Пропускали багряный полуденный свет,

Окрасивший чёрные ткани платья Симары в