Родные души - Лана Добродар

— Чему они расстроятся, позволь узнать? — ехидно спросил дракон, со злостью откинув вилку, которую до сих пор с силой сжимал в руке, так, что её аж всю погнуло. — Тому, что я всё-таки нашёл свою истинную и теперь буду жит долго и счастливо, на зло вам? Тому, что вам теперь не видать этого графства как своих ушей? Надеялись, что я скоро загнусь и всё достанется вам? А вот хрен вам во всё рыло! — злорадно выкрикнул фразу, которую не единожды слышал от меня в свой адрес.

— Ты не справедлив к нам брат, мы просто хотим получить, то, что нам причитается, после смерти матери.

— Ольга иди в свою комнату. — приказал мне дракон и я послушной собачёнкой поднялась из-за стола и пошла, ибо противиться его воле под ментальным воздействием не могла.

Примерно через полчаса, Рондин явился и сам. Злой, взбудораженный молча уселся в кресло у окна, закрыл глаза запрокинув голову, глубоко дыша, пытался успокоиться.

— Именно поэтому я не хочу, чтобы в нашей семье был ещё кто-то. — Через некоторое время начал он разговор, предварительно сняв с меня своё ментальное воздействие. — Моя мать была обычной человечкой как и ты и когда её встретил отец и признал в ней истинную, она уже имела двоих мужей. Как и многие женщины нашего мира она была весьма циничной, избалованной и чрезмерно требовательной особой, а её первые мужья безхребетные, бездарные, неспособные достойно обеспечивать семью. Всё на что они были способны, это вести праздный образ жизни, вместе с моей матушкой, потакая всем её капризам, в итоге довольно быстро промотали всё что у них было и влезли в долги. Когда в их семью вошёл мой отец, он один содержал их всех. Мать из него пыталась вить верёвки, зная, что для истинной дракон не пожалеет ни чего, а через неё к состоянию отца пытались подобраться и первые её мужья. Но мой отец, быстро пресёк все их попытки, заключив с матерью брачный контракт, по которому всё его имущество, в случае чего переходит не во владение всей семьи, а только его кровным детям. Из-за этого меня в семье откровенно ненавидели, а матери было откровенно наплевать на меня. Поэтому отец забрал меня и растил здесь, отдельно ото всех. Когда мать умерла во время очередных родов, через два месяца вслед за ней ушёл и отец. Всё его состояние перешло мне, а эти стервятники привыкшие жить на всём готовом, за чужой счёт, остались ни с чем и всеми силами пытаются добраться до меня. Ни счесть, сколько раз они пытались меня убить. У них ничего не получилось, ни силой, ни мольбами, ни по закону. Ни так давно у них появилась надежда, что не найдя свою истинную я одичаю и покину графство, а так как у меня нет больше наследников, всё досталось бы им. — устало и печально закончил он своё повествование. Мне в какой-то степени его даже стало жалко. Но я быстро затолкала эту жалость, куда подальше. Я не могу жалеть убийцу своих любимых. — Я просто не хочу, что бы в нашей семье было нечто подобное.

— Это конечно объясняет твои поступки, но ни сколько их не оправдывает. — холодно ответила я. — Это не даёт тебе права распоряжаться чужими жизнями! С чего ты взял, что с Аланом и Тоббарисом, случилось бы нечто подобное? Это глупо. Ты даже не дал нам шанса! Своими нездоровыми подозрениями, ты лишаешь жизни двоих замечательных существ, а свою любимую женщину счастья. — начала я метаться по комнате, поражаясь бредовости его идеи и в очередной раз убеждаясь в том, что он псих. Ну теперь хотя бы понятно почему он такой, это банальная детская, психологическая травма. Но мы то здесь не причём?

— Я просто не хочу допустить даже малейшей возможности того, что творилось в моей семье. Да и попросту не хочу делить свою женщину с кем-то ещё, все драконы жуткие собственники и нам очень сложно даётся жить в полигамных браках. — Дин поднялся с кресла и направился в мою сторону с намерянием обнять.

— Не подходи ко мне. — шарахнулась я от него.

— Вот скажи мне Ольга, чего тебе не хватает? — спросил он, устало прикрыв глаза и потерев пальцами переносицу — Разве я тебя хоть раз чем-то обидел?

— Ты сейчас серьёзно?! — я просто выпала в осадок от этого — Ты лишил меня любимых, желаешь им смерти, держишь взаперти, воздействуешь на меня ментально, лишая меня воли, женился на мне без моего на то согласия, силой взял меня!

— Ну а кроме этого?

— А ты считаешь этого недостаточно?! Да я тебя ненавижу!

— От ненависти до любви один шаг. — усмехнулся дракон, направляясь на выход — Было бы хуже, если бы было равнодушие.

Он спокойно ушёл, оставив меня одну в смятении. С одной стороны, так как он поступил со мной и моими любимыми непростительно и во мне клокотала злость и ненависть, с другой, проклятая истинность даёт свои плоды и в глубине души я тянусь к нему и моментально вспыхиваю страстью и желанием, как спичка, от его близости и прикосновений. И ведь он действительно прав, кроме вышеперечисленных косяков, ничего плохого он мне не сделал, ни разу не был со мной груб, ни разу не повысил на меня голос, даже когда я откровенно выводила его своими истериками, всегда был спокоен снаружи, хотя больше, чем уверена внутри у него клокотал вулкан из чувств и эмоций, не меньше моего. Дин всегда был со мной ласков, нежен, обходителен и через метку я чувствовала все те возвышенные чувства, что он испытывает ко мне и я точно знаю, что он любит меня, той чистой, нежной, безграничной любовью. К тому же после услышанного сегодня, хотя бы стали понятны причины его поступков.

Это что же я сейчас оправдываю его? Дожила. Стокгольмского синдрома мне только не хватало.

Больше, за целый день, Дин ни разу не появился мне на глаза, только ночью сквозь сон почувствовала, как прогнулась кровать под весом его