Родные души - Лана Добродар

— Завтра мы пройдём с тобой брачный обряд, любимая. — нежно целуя меня в висок, сказал дракон то, чего я боялась больше всего и в то же время ждала, ведь это было неизбежно. — Мне кажется ты готова, да и ни к чему больше тянуть.

Сказав это, он ушёл, оставив меня одну переваривать и переживать эту новость. Я не билась в истерике, не рыдала, а просто забилась в свой излюбленный угол и тихо плакала, упиваясь своей болью, прощаясь со своей свободой, со своим счастьем, с надеждой на счастливое будущее. А утром как обычно проснулась на кровати, в объятьях ненавистного дракона.

— Сегодня, наконец-то ты окончательно станешь моей. — с предвкушением прошептал он, мне на ушко, заметив, что я проснулась, стискивая меня ещё крепче. — Не передать словами, как я счастлив, Ольга. — поцеловал меня в плечо, а я затрепыхалась, в порыве, выбраться из его цепких рук, пока ещё была свободна от ментальных оков.

— Ты поработил моё тело, но не покорил мою душу. — зло выплюнула я ему — Я никогда не буду принадлежать тебе полностью!

— Сейчас в тебе говорит гордость. Но со временем, это пройдёт, ты полюбишь меня, ведь мы родственные души. — спокойно парировал он, уверенный в своей правоте, в своих словах.

До самого вечера я была предоставлена сама себе, своим пиздостраданиям и жалению себя бедненькой. Сам дракон весь день был занят подготовкой к обряду. А вечером он заявился, собственноручно подготовить как следует и меня.

Я смотрела в зеркало и видела в нём, трогательную и нежную принцессу. На мне было лёгкое, изящное платье, с классическим, прямым силуэтом, из тончайшего шёлка, с верхней. фатиновой юбкой, кремового цвета, расшитой изящной, золотой вышивкой. Сзади юбка тянулась небольшим шлейфом. Лиф платья был задрапирован полупрозрачным, тонким кружевом, из негоже были сделаны, небольшие рукава фонарики. Платье не было пышным, помпезным и кричаще роскошным, оно было лёгкое, нежное и изысканное. В совокупности с незамысловатой высокой причёской, небольшой золотой диадемой с россыпью драгоценных камней, изящным гарнитуром, подстать диадеме и минимумом макияжа, образ получился, очень нежным и лаконичным.

Мне определённо нравилось, как я выглядела, но совсем не радовала сама ситуация. Как бы я хотела, чтобы рядом со мной сейчас стояли Тоббарис и Алан, но увы и ах, рядом стоял тот, кого я бы не хотела встречать никогда в жизни. Надо мной возвышался, невероятно красивый, статный мужчина, идеал из девичьих грёз. Так прекрасен внешне и такое говно внутри. Ну почему так? Почему он не может не быть, таким конченным собственником и эгоистом? Тогда мы действительно могли бы быть счастливы вместе. Ведь он и красив, заботлив, и внимателен, и чуток, но вот это предательское “НО”, перечёркивает все вышеперечисленные плюсы.

— Ты просто восхитительно прекрасна, Оля. — с придыханием произнёс Дин, смотря на наше отражение. — Я несказанно счастлив, что встретил тебя. Я люблю тебя моя единственная.

У храма, нас встречала празднично украшенная площадь, освещённая сотнями разноцветных магических фонариков, музыканты играющие красивую мелодию и ликующая, пёстрая толпа из местных жителей, несморя на позднее время. “… Там пышная свадьба была. Все гости нарядно одеты, невеста всех краше была.” — промелькнула в моей голове издевательская мысль. Пока мы шли сквозь живой коридор, нас осыпали лепестками каких-то цветов, всё было сказачно и красиво, но совсем не радовало, я шла словно на заклание. Внешне я оставалась абсолютно спокойной, а внутри у меня был настоящий ураган.

Чтобы хоть как-то скрасить этот момент я изо всех сил пыталась представить, что сейчас к алтарю я иду в сопровождении своих любимых, таких далёких и недоступных. Как они там? Они хоть представляют где я могу быть? И что сейчас их истинная пара, насильно, станет женой другого? В том что они не перестают меня искать я уверенна. Каждую ночь я вижу их во снах. Я вижу как они меня ищут, как зовут меня, я кричу им, а они не слышат, бегу к ним, а их образы тут же тают. И остаётся только тьма, которая таит в себе только боль и отчаянье. Вот и сейчас, как бы не пыталась я их представить, их образы словно ускользают от меня.

Выплыла я из размышлений лишь тогда, когда мы подошли к алтарю, где нас ожидал, уже знакомый мне жрец из пещеры. Что меня смутило, кроме нас в храме небыло ни кого. Я думала нас здесь будут ждать родственники Рондина, но мы здесь были одни. Главный зал храма казался мне величественно огромным, мощные колонны, расположенные рядами, уходили в высь и терялись в полутьме, разбавляемой, лишь тёплым, золотым сиянием маленьких светящихся сфер, зависших в воздухе, словно светлячки, что создавало атмосферу сказочности. За алтарём, полукругом распологались несколько статуй, местных богов. Они возвышались величественными извояниями, как будто следя за своими творениями оттуда сверху. Ну что же вы боги, не видите, что творят ваши дети?! Услыште меня! Остановите этот всё! Молю вас! — взывала я к ним мысленно, но боги остались безучастны.

Жрец, с мягкой, искренней улыбкой, торжественно зачитал нам вдохновленную речь, о той благодати, что снизошла на нас, о важности и прелести искренних пар и бла-бла-бла… Затем вручил нам в руки по кубку, с какой-то непонятной жидкостью, которую мы должны будем выпоить друг другу, после произнесения клятв.

Дин произносил свою клятву, неменее торжественно и вдохновенно, чем жрец свою речь. Когда настала моя очередь произносить клятву, хотелось, во всеуслышанье крикнуть "Я ПРОТИВ! Я НЕ СОГЛАСНА!", но под ментальным воздействием дракона, я словно робот, произнесла нужные слова. И скаждым произнесённым словом, я чувствовала, как буквально рушится моя моследняя надежда на спасение, на возвращение.

После жрец обвязал наши руки красной лентой, исписанной рунами и зачитак какое-то заклинание. Руны на ленте начали мягко светиться и этот свет разрастался, всё больше и больше, запястье под лентой стало жечь, а когда свечение угасло, на месте ленты, наши запястья опоясывали брачные тату. Рондин тут же притянул меня к себе и поцеловал, не жадно, не напористо, а нежно и трепетно, практически невесомо коснулся моих губ своими. И не взирая на то, что я здесь не посвоей воле, мне весь этот момент показался волшебным, особенным и поцелуй мне понравился, и