Когда приходит тьма - Александра Айви

Эбби нежно погладила его по щеке.

— Все будет хорошо, Данте, — прошептала она. — Прорвемся.

За ее спиной раздался хруст ветки, и Эбби машинально обернулась. В тот же момент брошенная кем-то палка попала ей прямо в голову.

Глава 12

Данте знал, что может погибнуть в лесу. Он не был супергероем. Впрочем, даже супергерой не смог бы справиться с двумя десятками прячущихся среди деревьев зомби, которыми управлял какой-то черный колдун.

Но несмотря на то что Данте был не в силах одержать верх над зомби, он мог хотя бы на время сдержать их натиск и тем самым дать Эбби возможность спастись бегством. Это, конечно, была опасная игра. Но у них не было другого выхода.

Данте удалось отбить первую атаку зомби и пробиться к опушке леса. Но тут перед ним неожиданно появился колдун. Он поднял руку, и у Данте потемнело в глазах.

Не успел он опомниться, как очутился в каком-то помещении, в которое колдун переместил его с помощью заклятия. Данте лежал на холодном каменном полу, скованный цепью по рукам и ногам.

Он был жив и находился под гулкими сводами не один. Данте лежал не шевелясь, его мысль лихорадочно работала. Он не погиб, но что стало с Эбби?

Сосредоточившись, Данте попытался ощутить ее присутствие. Но ничего не почувствовал. Данте не смог обнаружить ни малейшего следа Феникса. Если бы у вампира было сердце, оно, наверное, в эту минуту перестало бы биться.

Данте с усилием подавил нараставшую панику. Ему нельзя было терять контроль над собой. Пока еще не было полной уверенности в том, что Эбби была мертва, пока еще у него теплилась надежда на то, что она избежала страшной участи… Если Эбби все же удалось остаться в живых, Данте должен сделать все возможное, чтобы уберечь ее от беды.

Только убедившись в том, что Эбби действительно мертва, он даст волю своему отчаянию и начнет крушить все вокруг, мстя своим врагам за эту потерю.

Данте, стараясь дышать ровно, крепко сжал зубы. И в этот момент по его груди скользнула женская рука. Кто-то пытался возбудить его, вызвать у него желание близости. Эта ласка была явным приглашением к сексу.

Данте едва не передернуло от отвращения.

Однако женщина, поглаживавшая его по груди, действовала так, словно он принадлежал именно ей.

— Какой он красивый, — раздался рядом с ним чей-то голос.

Однако на лице Данте не дрогнул ни один мускул. До слуха донесся какой-то шелест.

— Отставь его в покое, Кайла, — услышал Данте мужской голос.

Итак, значит, их было двое. С двумя он справится, если, конечно, удастся избавиться от цепей.

— Тебе же нравятся мои ласки, Амил. Почему же ты хочешь лишить их других? — кокетливо промолвил женский голос. — Я хочу поиграть с ним.

— Эта игрушка кусается, Кайла, будь осторожна.

— Не беспокойся, пока он в цепях, мне опасаться нечего. — Женские пальцы начали расстегивать ширинку на брюках Данте. — Хотя чувство опасности усиливает удовольствие.

— Да ты просто больная!

— Мы все здесь больные, идиот, иначе мы бы не поклонялись Князю Тьмы. — Кайла залилась смехом. — Но я хотя бы честно признаюсь в своих извращениях. А наш пленник может заставить кричать от наслаждения любую извращенную женщину.

Данте был совсем не прочь заставить кричать эту Кайлу, но только не от наслаждения, а от боли и отчаяния.

— Мастер сказал, чтобы мы не трогали пленника.

— Мастер ни о чем не узнает.

— Не будь идиоткой! Мастер знает все.

Данте внимательно слушал этот разговор, ловя каждое слово. Он на расстоянии ощущал огромную силу, исходившую от этого мастера. Это была злая, опасная сила. Данте нужно правильно воспользоваться информацией, которую он только что услышал.

— Жаль. Мне кажется, эта сучка, которую мы поймали, уже успела оценить всю прелесть близости с вампиром.

— Эта сучка будет сожжена на алтаре. Ей не позавидуешь. Она наверняка согласилась бы сейчас поменяться с тобой местами.

Данте насторожился. Кайла и Амил говорили об Эбби! Она жива… Поняв это, Данте едва не задохнулся от радости. Еще не все потеряно! Он еще может спасти Эбби. Но на этот раз у него нет права на ошибку.

Он не обращал внимания на руку, проникшую ему в пах.

— Я готова взойти на костер при условии, что эта штука войдет в меня, — промурлыкала Кайла, поглаживая пенис Данте.

— Черт подери, Кайла, ты совсем спятила! — взорвался Амил. — Я вынужден рисковать собой, работая в паре со шлюхой, которая не пропустит ни одного демона в округе! Ты бы лучше занялась полезным делом, например, проверила бы, все ли готово для церемонии!

Ногти Кайлы впились в бедро Данте.

— Хорошо. Но обещай, что ты ничего не сделаешь с ним. Я не хочу, вернувшись, увидеть на полу горсть пепла вместо этого вампира.

— Он нужен мастеру живым и невредимым.

В голосе Амила слышалось легкое пренебрежение. Похоже, он был невысокого мнения о мастере. Амил стремился властвовать, а не подчиняться. И Данте понял это.

— Может быть, мастер разрешит мне поиграть с этим вампиром, прежде чем изжарит его на огне, — мечтательно промолвила Кайла.

— Я бы предпочел, чтобы он превратил тебя в козу.

— Скопец!

— Шлюха!

Данте почувствовал, как женская рука выскользнула из ширинки его брюк, и услышал удаляющиеся шаги.

Он медленно досчитал до ста, прежде чем осторожно приоткрыть глаза. Данте не хотел, чтобы Амил заметил, что его пленник очнулся.

Вокруг было тихо. Кайла еще не вернулась. Данте увидел, что находится в пустом, похожем на подвал или подземелье помещении. Он был прикован цепями к каменному полу. Неподалеку от зияющей черной арки, ведущей в длинный темный коридор, горел факел.

Вокруг не было ни стульев, ни камней, ни даже палок, с помощью которых Данте мог бы сбить с себя цепи. Он понял, что должен каким-то образом убедить своих тюремщиков расковать его. Но удастся ли ему это?

Данте из-под полуопущенных век бросил взгляд на худого, на удивление молодо выглядевшего человека в темном облачении. Данте было трудно судить о магических способностях незнакомца, однако он не хотел недооценивать его. Этот человек сжимал в руке большую палку.

Данте с беспокойством думал об участи, уготованной Эбби. Ему надо действовать предельно осторожно и не дать убить себя прежде, чем он спасет ее.

Застонав, Данте притворился, что только что пришел в себя, и открыл глаза. Человек по имени Амил еще крепче сжал в руках палку и самодовольно ухмыльнулся.

Данте едва сдержал насмешливую улыбку. Он знал, что заносчивость этого мага поможет ему перехитрить его.

Надменность и самомнение часто заставляют людей вести себя крайне глупо.