Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— Лея, вас надо завтра же выдать замуж и отчислить из академии, — проворчал ректор, закончив с осмотром. — Как я и говорил…

— Не получиться, — заметила я бесстрастно.

— Действительно «холодная жестокость», — сделал заключение ректор. И я поняла, что фраза была произнесена для проверки. — Когда наложено?

— Скорее всего утром, — ответил Корин. — На тренировке Лея уже себя вела не характерно, но на первой стадии проклятие сложно распознать. На ауре почти нет изменений, они появились недавно, и магистр Антасар сумел увидеть их.

Лорд Сенье тяжело вздохнул и устало провел рукой по лицу, уставившись на меня растерянно.

— Леяна, вы виверн или мантикор видели? — задал он мне вопрос.

— Естественно, лорд Сенье, — ответила я. — В горах много виверн, а в пустыне мантикор.

— Значит вас так просто не напугать, — задумчиво пробормотал ректор, отводя от меня взгляд. — Жаль…

И побродив по кабинету размышляя, через время продолжил:

— Я проведу расследование, а вам адепт Тенебрей придётся снимать проклятие второй стадии, иначе на третьей будет поздно…

Корин сжал зубы.

— Надеюсь вы помните способы… Но со своей стороны замечу, что месяц в госпитале, время весьма долгое.

Лорд Сенье подошел к одному из шкафов и отпер магией неприметную дверцу. В нем находилось целое скопление флакончиков и каких-то амулетов. Перебрав несколько флаконов, он кинул один Тенебрею. Некромант ловко поймал пузырек мельком взглянув на него и скривился.

— Не теряйте времени. До обеда два часа, я предупрежу вашего духа-коменданта. А вечером мы поговорим у меня в гостиной.

Что со мной собираются делать мне было непонятно, но мне все это не нравилось. Хотя и тут безразличие пересилило все остальные чувства.

— Лорд Сенье… — попытался возразить Тенебрей. — Не уверен в целесообразности…

— Корин, — оборвал его ректор, — вы жених Хардин, у нас нет времени держать ее привязанной месяц в лазарете, пока проклятие ослабнет. Будет не просто, но я в вас верю. Со своей стороны, я готов подтвердить перед королем, что это был крайний метод.

— Меня ждут на лекции, — заметила я, устав от того, что меня вроде как не замечают.

— Вы освобождены от лекций на сегодня. Я передам вашему декану, адептка Харель, — резко ответил ректор, так посмотрев на меня, что я поняла, возражения не принимаются.

Тенебрей развернулся и взяв меня за руку повел за собой.

— Куда мы идем? — поинтересовалась у него.

— В общежитие снимать проклятие с тебя, — прозвучал сухой ответ.

Видимо некромант злился.

— Ты был сегодня на парах? Обычно ты их не посещаешь…

— Я сегодня должен был сдать магистру Антасару зачет, — ответил мне жених.

— Неприятный тип, — высказала я свое мнение.

— Зато хороший специалист, — возразил Корин, — потому и является деканом факультета проклятий.

Мы дошли до общежития и начали подниматься по лестнице. В коридоре проявился дух-комендант.

— Ректор, приказал заблокировать вашу гостиную и доложить ему как все прошло в конце, — бесстрастно и глухо сообщил он.

— Хорошо, — кивнул некромант, пропуская меня вперед.

Я послушно зашла в гостиную и Тенебрей запер дверь. В глубине моей души колебнулось беспокойство, но в следующую секунду отступило и снова душу заполнил холод и безразличие. Я просто ждала дальнейшего развития событий.

— Лея, снять проклятие можно несколькими способами, — начал пояснять мне капитан. — Первый — это может сделать тот, кто наложил проклятие. Второй — сам проклятый, но это случается крайне редко и весьма непросто. И третий — лекари в госпитале. Вариант с госпиталем самый долгий, поэтому лорд Сенье его отверг. Тебя привяжут, чтоб ты не могла причинить вред себе и другим, и будут подавлять сознание зельями. Когда проклятие ослабнет, через несколько недель, проклятийник сможет окончательно его разрушить.

Мы прошли в мою комнату, и Корин закрыл за собой дверь.

— Снимай платье, — приказал Тенебрей мне.

Приказ, а это был именно приказ, вызвал во мне возмущение. Просто возмущение, без эмоций. И самое отвратительное в этой ситуации было то, что мои руки сами потянулись к пуговицам на спине и остановить их я не смогла. Проклятие заставляло меня исполнять приказы.

— Ты во второй стадии «холодной жестокости», Лея, — продолжил Тенебрей. — Сейчас все что я тебе приказываю ты исполняешь беспрекословно, эмоции не владеют тобой, сознание подавляется проклятием, потому оно так и называется. Если бы ты была рядом с проклявшим, подчинялась бы только ему. Чем больше времени проходит, тем больше будет подавляться твое сознание, пока твоя ментальная защита не будет уничтожена полностью. А в конце тебя будет ждать разрушение ауры и смерть.

Во мне колыхнулся протест, тут же подавленный влиянием проклятия. Пока мои руки продолжали снимать платье, Корин продолжил рассказывать:

— Сейчас я частично перекрываю потоки и могу им управлять. Мы попробуем снять проклятие вторым способом, но он самый неприятный и трудный, и нет гарантий, что получится… Снять его нужно как можно быстрей, учитывая, что заразилась ты утром.

Мое платье соскользнуло на пол, и я осталась в нижней сорочке, подъюбнике, чулках и белье. Тенебрей стоял опершись о стол и внимательно следя за мной.

— Может не получиться? — лишь спросила я.

— Получится, — утвердительно ответил мне капитан, — обязательно получится. Но какой ценой…

Его взгляд блуждал по моей фигуре.

— Нужно пробудить эмоции, заставить их снова завладеть сознанием. А для этого нужны самые сильные, и порой, самые неприятные из них…

Тенебрей подошел ко мне.

— Лея, мне ужасно жаль, и я прошу прощения, заранее. Но другого способа сейчас нет. Когда ты станешь собой, ты поймешь, что я прав, и лорд Сенье принял правильное решение. Сейчас не время для благородства… — произнес он фразу, которую я не совсем поняла.

Некромант расстегнул пуговицы на моем подъюбнике, и он упал вниз к платью. Следом был снят его китель и отброшен на стул. Его зрачки потемнели и смотрели в мои глаза внимательно.

— Сними с меня рубашку, — последовала следующая команда.

Негодование всколыхнулось во мне и снова опало, как листик сдуваемый с дерева легким ветром. Я послушно потянулась к воротнику и сняв галстук, стала расстегивать мелкие пуговки одну за одной. Да, мое подсознание периодически бунтовало, и в мыслях мелькали вспышки сознания и стыда от неправильности ситуации. Но пробить проклятие, как толстый слой льда они не могли.

Когда с пуговицами было покончено, я выдернула края рубахи из брюк и потянула ее с плеч. Обнажилась грудь с татуировкой и длинной цепочкой с амулетом. Я замерла. Интерес