Лепестки Ветириоса - Тереза Вайборн

По легендам, в древние времена, когда мир был еще молод и природа владычествовала над всем вокруг, люди появились с первым ударом молнии. Земля была чиста и непорочна, пропитана магией, и каждый шорох леса звучал как мудрое наставление от древних деревьев. Однажды, когда солнце стало слишком жарким, природа захотела освежить свои земли дождем. Тучи сгустились на небе, молнии начали разряжаться, и в их пляшущих огнях зародился Штормволл — бог грозы и непокорной стихии. Но природа не могла сдержать свою мощь, и из остатков беснующих искр возникла жизнь — людская жизнь. Так появились Долорены — народ, знакомый с магией и связанный с природой в самом глубоком смысле. Они умели чувствовать каждый вздох ветра, каждое тепло солнца. Чуть позднее с первыми падающими звездами появились Эврейсы. Они стремились к прогрессу и благополучию, но их страсть к развитию принесла новые вызовы. Эврейсы и Долорены искали пропитание, не желая питаться лишь тем, что предоставляла природа — фруктами и овощами. Тогда они обратили свой взгляд на животных, созданных природой задолго до появления людей. Жадность и жажда власти внушили им мысль об отлучении животных от жизни. Они убивали их, лишая природу частей себя, чтобы утолить свою жажду пищи и власти. Из первых капель пролитой насильственно крови родились Хотусы — люди великой красоты, но они не желали принимать участие в этом кровопролитии. Они отказались от пищи мяса, выбрав путь гармонии и уважения ко всему живому. Чудесные создания, они стали хранителями природы, возвеличивая ее и принимая ее в свои сердца.

Зарождалось множество богов и за их количеством было невозможно уследить. Кто-то из них ушел в отшельничество, кто-то нашёл свою семью. Каждый избирал свой путь. Штормволл же понял, что земля обширна, прекрасна, многогранна и возжелал её себе. Природа правила слишком долго, и он сместил её с трона. Возможно, она тоже была богиней, но это никому не известно. Бог грозы понял, как много чувств вкладывают люди в свои речи, в слова любви и возжелал, чтобы все слова звучали для него. Он устраивал засухи, потом вновь позволял пойти дождю. Он разносил весть о себе повсюду, чтобы люди знали, кто для них на первом месте.

Легенд людского происхождения богов и людей много. Кто-то верит в бога солнца, кто-то верит, что все люди — это звёзды и после смерти они вновь вернутся на небосвод. Так каждый человек знал, что, умирая, превращался в звезду, чтобы зажигать небеса своим светом и напоминать о своем существовании. И вот каждый вечер, когда смотришь на звездное небо, можно увидеть блеск душ ушедших людей, которые продолжают свой путь в вечности.

Единственное, что нам точно известно — это то, что мы появились в одно мгновение и с тех пор земля следует нашим правилам.

— Жажда власти — ужасна, — легко и просто сказал Таолорис.

— Я никогда не спрашивала тебя, потому что боялась обидеть, но всё же мне интересно, — я помолчала, потому что действительно боялась сделать больно любимому.

— Что?

— А тебе не обидно, что Штормволл не взял тебя в семерку? Не обидно быть на посылках того, кого ты считаешь монстром. Ты обладаешь потенциалом, множеством способностей и сильнее, чем та же Майодия — богиня отдыха, или Аривира.

— Меня устраивает моё место. Вам приходится делать множество ужасных вещей, мои же поручения абсолютно понятные.

— Я рада, что ты в порядке, — я улыбнулась.

— Кроме того, — его губы искривились в хитрой, наглой ухмылке, а руки принялись вновь изучать моё тело, — мне достаточно, что моя супруга — сильная, смелая, красивая и самая потрясающая богиня в этом мире. Если бы не поручение Штормволла позвать тебя, то мы бы не познакомились, ты бы не заметила меня.

— Тебя невозможно не заметить, — прошептала я и поцеловала его прекрасные губы, запуская пальцы в белые волосы мокрые от дождя.

Мы ещё долго наслаждались объятиями друг друга. Мир рядом с Таолорисом казался спокойным, безопасным. Мы проводили вместе столько времени, что я уже не могла вспомнить о других богах и людях, живущих вокруг.

Каждый день супруг улыбался мне, каждый день целовал и одаривал словами восхищения.

На небеса я отправилась встревоженная тем, как неожиданно всех созвали. Штормволл созвал собрание всех богов и богинь из нашей семьи. Его слова пронзили нас как молнии: создать монстров, вложить в них нашу силу, чтобы они наводили ужас на землю. "Это временное решение", — заверил он нас, "нужное для выживания нашего мира". Наши молитвы и энергия были нашим существованием. Штормволл предупредил, что без постоянных молитв наш дом разрушится. Боги не смогут поддерживать пространство между мирами без этой энергии. Он не желал жить на земле с другими богами, потому что наше небесное царство было ему дороже всего. Мы были семьей, но искушение жить в мире людей манило лишь некоторых из нас.

Мы, боги, создали монстров, наделив их своей силой. Они покинули небеса и обрели жизнь на земле, где творили ужас. Я смотрела с небес, сердце разрываясь от горя. Но молитвы людей были нашим единственным спасением.

Кровавые поглотили пугали своим желанием выпить кровь до капли и разорвать чужую плоть. Дети кричали, не успевая убежать, когда монстры в первый раз оказались в лесу. Это был обычный день, но он омылся кровью. Вопли раздавались со всех сторон, но тут пошли и молитвы. Штормволл улыбался происходящему и прекращать не спешил. Оружие, созданное против монстров он унёс подальше от всех нас.

Когда я обернулась посмотреть на главу нашей семьи, он слегка приподнял брови, удивляясь, как смело и открыто я взираю на него, как давно уже не делала. Да, чаще я слушалась, но были моменты, когда мой внутренний бунт не был готов быть запертым и выливался в агрессию, в множество вопросов. Когда появился Таолорис, я перестала так делать, только потому что возжелала покоя, умиротворения. К тому же, я всё сильнее привязывалась к людям, и из-за этого для нашего главного бога я умерла.

— Тебе что-то не нравится, моя малышка Сэри, — спросил Штормволл протягивая свою ладонь.

Я не вложила свою руку.

— Если мне что-то не нравится, исправишь это?

— Нет, — он покачал своей головой,