Заветное желание Его Темнейшества - Евгения Рарог

Внезапно, Рию осенила догадка о причинах его нервозности, в которой он провёл всю дорогу.

«Нет… Не может быть!» — рассердилась она на свои мысли.

Но вопреки самой себе, запрещавшей думать об этом Рия, подошла к зеркалу, стоявшему в комнате и опустила руки, удерживающие ткань полотенца. Смущаясь, она оглядела себя новым, незнакомым для неё взглядом. Оценивающим, насколько она красива. Раньше её никогда не посещали такие мысли и желание увидеть свою красоту. Даже Валенс, хоть и будил странные чувства, но такого желания оценить себя не пробуждал.

Воспоминания о Валенсе разбудили те самые, непонятные чувства. Они заворочались внутри, скопились в животе и спустились вниз. Не осознавая полностью, что она делает, Рия, подняла руки, дотронувшись до своих губ. Отметила их упругость. Скользнула кончиками пальцев по высокой груди, слегка задев, ставшие чувствительными, соски. Дыхание перехватило, а внизу живота стало тянуть. Она повела руками ещё, спускаясь ниже. Огладила талию и живот. Замерла, разглядывая треугольник между ног. Помедлила немного, не решаясь прикоснуться к себе ниже. Пальцы скользнули вниз, легко проникая между складок. Скользкая влага смочила пальцы. Маленький бугорок, до которого ненароком дотронулась Рия, прошил тело резким импульсом. Она покачнулась, и оперлась рукой о стол, на котором стояло зеркало. Задышала часто. Из зеркала смотрела раскрасневшаяся девушка, с затуманенными глазами, слегка приоткрывшая вишнёвые губы. Совершенно незнакомая Рии.

— Рия, с тобой всё в порядке? — стук в дверь и вопрос Августа вернул Рию в реальность.

— Не входи! — испуганно крикнула она, поднимая мокрую, холодную ткань, упавшую ей под ноги.

Она сгорала от стыда за свои мысли, действия и чувства, охватившие её чуть раньше. Войди сейчас Август, она умерла бы на месте. Не от наготы, от обнаженности желания. Рия, как могла быстро, оделась. Чистое белье, купленное и принесённое к ванной, было нежным, тонким и точно по размеру. Словно тот, кто его покупал знал Рию. Мысли о том, что к белью прикасался Август, заставили вспыхнуть от смущения. Она прижала руки к щекам, унимая жар и быстро стучащее сердце.

«Глупости, Рия. Не думай глупости!» — сказала она себе строго и вышла к Августу.

Сегодня в ней проснулась женщина. Женщина, жаждущая любви, ласки, страсти, жадных прикосновений. Но Рия, смутившись и испугавшись, её спрятала.

Глава 26

Ужин выдался поздним. Рия, уставшая с дороги и разморенная ванной, почти засыпала над тарелкой. Смущение прошло само собой, пока она ждала, когда, в свою очередь, вымоется Август. И хоть он быстро вернулся, Рия успела успокоиться и задремать. Август, вызвав работника с ужином, разбудил Рию и заставил её поесть.

Все вопросы, которые она хотела ему задать, незаметно отошли на второй план. Веки слипались. Она самоотверженно боролась со сном, но усталость и сытость сделали свое дело. Сквозь сон она почувствовала, как её подняли на руки и понесли в комнату. Как уложили на кровать, осторожно сняли верхнее платье. Как укутали в одеяло. Приятная прохлада простыней подарила негу и окончательно унесла в темноту.

Приснившийся ей нежный поцелуй разрывать не хотелось. Рии снилось, что она не давала Августу отстраниться, обнимая его руками. Свой странный сон она утром не вспомнила.

Август устроился на ночь в общей комнате. Заняв широкую кушетку. Не решаясь уйти в свою комнату, он всю ночь верным псом сторожил сон своего сокровища.

Сегодня он понял, что стал ближе к своей мечте еще на один шаг. Рия смотрела на него странным, новым взглядом.

В её комнате, куда он после неё зашёл вымыться, отказавшись от другой ванны, сладко пахло Рией. Яркий запах щекотал ноздри и снова копил возбуждение. Он огляделся в поисках её прежней одежды. Не найдя, двинулся по направлению к шкафу и остановился. Тряхнул головой, прогоняя морок. Усмехнулся над собой и своим желанием уткнуться носом в её одежду, впитывая будоражащий запах. Распахнул настежь окно.

Ворвавшийся в комнату холодный ветер вернул ясность мысли. Остывшая вода сняла возбуждение. И Август освежив тело и голову снова был способен, не теряя самообладания, встретиться с Рией. Он немного подождал пока аромат выветриться, вызвал работника, чтобы ванну вынесли и комнату привели в порядок. Август не хотел, чтобы кто-то посмел насладиться этим ярким, сладким запахом.

Спокойствие удалось сохранить ровно до того момента, когда он уложил Рию в кровать. Потом инкуб, живший в душе, стал потребовать поцелуя.

— Она спит… — соблазнительно уговаривал он Августа, — она не вспомнит…

Инкуб уложил ему на плечи когтистые ладони и мягко подталкивал к Рии, вынуждая наклонить голову. Август терял разум, с радостью, поддаваясь на сладкие речи своего внутреннего демона. К изумлению Августа, Рия ответила. Обвила его своими руками, не давая отстраниться. Её неожиданный отклик вернул его в себя. Он мягко убрал её руки со своей шеи, спрятал под одеяло.

— Я жду тебя, милая… — тихо сказал он, поправляя прядь волос. Ещё немного полюбовавшись на неё, он вышел. В душе Августа царило умиротворение и радость. Радость от скорого воссоединения с любимой.

Раннее утро разбудило Августа дурным предчувствием. Несмотря на короткий сон он успел выспаться. Спокойствие, поселившееся в душе, вчера вечером подарило огромное количество сил и решимости действовать дальше. Он уверился, что всё делает правильно. И сейчас, решил не рисковать зыбким счастьем, поверил своей интуиции и выехал сразу же. Немного еды он взял с собой в дорогу, не решившись задерживаться дольше.

Сонную Рию усадил в повозку, укутал в одеяла и пообещал, что она сможет поспать в дороге. Она покорно следовала его указаниям, и ничего не спрашивала.

Кучер, поднятый раньше, чем договаривались ранее, ворчал на Августа, недовольно поглядывая из-за кустистых бровей. У кучера была молодая жена, третья по счету. Он не выспался, в очередной раз вдалбливая в её красивую, но тупую, по его мнению, голову, как нужно правильно ублажать мужа ночами. Август молчал в ответ на его выпадки, сжимая желваки и безжалостно натягивая поводья. Лошадь бесилась и жалобно ржала. Кинжал Брайса жёг бедро и просился наружу. Жаждал крови.

Спустя час кучер остался лежать в канаве, прикрытый ветками и прелой листвой. Крупными хлопьями начал идти снег, укрывая мёртвое тело.

Август, дождался пока Рия уснет, утомившись от монотонной тряски, поравнялся с кучером и накинул ему на шею удавку. Кучер отпустил поводья и хрипя, забился в агонии.