Туда, где кончается Лес - Лада Монк

Симара: Погоди, погоди,

Куда же ты так торопишься?

Солнце едва взошло!

Разве ты не желаешь позавтракать?

Мой муж не встает с постели,

Пока я не принесу ему на серебряном подносе

Булки с бузиной, вишней и шалфеем, тыквенный суп, черный хлеб,

Салат из свеклы, капусты и редиса, семена подсолнуха и вино.

Де Рейв: А ты сама ли голодна?

Симара: Ничуть.

Де Рейв: Ха! Настоящая фея!

Питаешься только пыльцой и светом, наверное?

Раз ты не хочешь есть,

То, стало быть,

Можно отправляться!

Я тоже ничего не хочу. Совсем ничего,

Хотя и не сомневаюсь,

Что ты лучше всех на земле готовишь!

А вино так и вовсе пить вредно!

Мы, если проголодаемся,

Поедим в городе.

Я знаю много отличных пабов,

Там подают наивкуснейшие напитки и угощения.

За мной!

Птицы пели расцветавшим красным розам,

Встававшее Солнце насыщало краски нового дня.

Нан повел Симару новой дорогой,

И по пути в город им встретился

Отбившийся от табуна единорог.

Как и положено,

Дикий зверь,

Воплощение первозданной, совершенной природы и всей жизни,

Покорился непорочной деве.

Симара смеялась и с руки кормила единорога

Сочным четырехлистным клевером.

Нан сплел цветочные венки.

Одним он увенчал головку Симары,

Вторым украсил черную шляпу.

Кострище около привала лесных разбойников

Было еще горячим,

И де Рейв раздобыл для себя и для спутницы

Несколько горячих картофелин

В блестящем и скрипучем пепле.

Запутанные тропы,

Изрезавшие множество живописных мест,

Привели Нана и Симару к упавшей части городской стены.

Все широкие дороги,

Вымощенные разноцветными кирпичами,

Вели к главной площади,

Невозможно было ошибиться.

Атласные ленты украсили столбы и арки,

Шуты в колпаках с бантами и колокольчиками

Впряглись в фургончик Вольфхамбро III и Алексы,

Чтобы повернуть его влево.

Вольф поднимал занавес,

Закрывавший заклеенное пергаментом окно фургона,

А его верная подруга, выглядывавшая из потолочного люка,

Заводила шарманку,

Способную воспроизводить двенадцать разных мелодий,

Собранных со всех концов света.

Нан опустил шляпу на самые глаза,

Закутался в длинный плащ

И сел с Симарой на самой дальней скамье.

Де Рейв не хотел встречаться даже взором со своими знакомыми,

Но он обещал своей спутнице,

Что покажет ей настоящее представление.

Вольф зазвонил в колокольчик,

Шуты поняли этот знак и разбежались,

Звеня бубенцами на костюмах,

А Алекса, кивнув, захлопнула люк.

Зрители притихли,

И в заклеенном широком окошке

Замерцал всеми цветами яркий свет.

На пергаменте,

Как в завесе золотой песчаной бури,

Стали появляться расплывчатые силуэты

Кукол из театра теней.

Эти фигурки были узнаны Наном,

Он знал, что Вольф и Алекса

Уже заняли свои места за окном.

Актер: Дамы и господа!

Актриса: Почтенная публика!

Актер: Просим вас занять места,

Занавес поднят,

И представление скоро начнется.

В руках шутов протяжно завыли скрипки,

И Алекса начала рассказ.

Актриса: В том далеком краю,

Где купол небес, отлитый будто из вечной мерзлоты,

Нависает над землей мутным белым стеклом,

Жил мальчишка.

Он не знал, где дом его,

Где очаг,

Где ожидающая его семья.

И пустился его искать.

Актер: Он вошел в море.

Актриса: Отражающая космос вода,

Продолжение неба и вместилище первородной жизни,

Не впустила его.

Волна окатила юношу голубой солью,

Сделав вены под его тонкой кожей

Синеватыми и похожими на обжигающие молнии.

Актер: Он посетил степи.

Актриса: Край песков и чудных животных в рыцарской броне,

Край знакомых ему бубнов и рун

Не принял его.

Песчаная буря, прогоняя нежданного посетителя,

Инородное тело,

Занозу в своей сухой бронированной коже,

Изобразила на лице мальчишки

Веснушки

Из пыли и мелких камушков.

Актер: Он отправился к истокам всех рек.

Актриса: Леса и бескрайние цветочные поля,

Белые скалы, стекло, алмазы и изумруды

Не приветствовали его.

Драгоценные камни,

Когда чужак осмелился их украсть,

Порезали его плоть.

Из бледной она, окрашенная кровью, стала румяной,

И больше он не смог прятаться

В белых облаках пыльцы фей,

Мерцающих внутри лучей Солнца.

Актер: Он нашел королевство на краю земли,

Там, где вода и почва,

Из которых мир родился,

Встречаются.

Актриса: Но оттуда мы сами погнали его!

Мы болотной водой брызнули ему

В его хитрые глаза,

И с тех пор они стали такими тёмными.

Актер: Он отворил ворота империи.

Актриса: Воины Ордена Света и Тьмы

Охотились за ним,

Приняв его за демона.

Однажды юнца схватили

И клеймили

То ли за кражу артефактов Ордена,

То ли за полное отсутствие правды в его словах.

Раскаленное железо оставило на коже яркий след,

И с тех пор мальчишка носит бинты и повязки на руке,

Скрывая под ними

Печать преступника.

Актер: Он прибыл в замок,

Где жила королева-воительница.

Актриса: Пушки и факелы,

Подчинявшиеся королеве

С алебардой вместо скипетра,

Погнали его

И подпалили волосы,

Из-за чего те стали взъерошенными,

Неподатливыми,

Похожими на зигзаги из ржавого металла,

Что впиваются в землю под ногами прохожих

У порога кузни

В городе или деревне.

Актер: Он заглянул в окно дворца.

Актриса: И не было ему места

На шумном празднестве.

Его окатили холодной водой,

И иней покрыл кончики его пальцев,

Сделав их белыми и холодными.

Актер: Он прыгнул в колодец.

Актриса: Глубоководные рыбы

Искусали его,

И он,

Вынимая их клыки и кости из ран,

Вставил белые лезвия себе в челюсть,

Заимел ряд кривых акульих зубов.

Актер: Он спустился под землю.

Актриса: Добывающий камни народец,

Укутанный в шкуры зубров и буйволов,

Облил юнца землей,

Отчего его волосы стали коричневыми,

Как грязь,

Как вода в луже,

Как корки кожи,

Покрывающие

Гниющую плоть.

Актер: Он снял занавес со входа

В шатер разбойников.

Актриса: Завидев его,

Самые бывалые бандиты,

Воры и убийцы

Пустились бежать.

Черные занавески палатки

Упали на плечи юнца,

Став его плащом,

Грязным и темным,

Как ночь,

Одеянием.

Актер: Он достиг сердца темного леса,

Кишащего зловещими тварями.

Актриса: Но и там не нашлось никого,

Кто был бы на него похож.

Ни зверя, ни птицы.

Но и там не сыскалось никого,

Кто пожелал бы впустить его в свое жилище.

Ни рыбы, ни насекомого.

Актер: Он поднялся на вершину горы.

Актриса: В самой высокой точке земли,

Там, где снег становится черным,

Когда его обжигает небесный огонь,

Юнец повстречал свою тень,

Свой темный силуэт,

Рожденный в союзе тьмы ночи и света Луны.

В тот миг, когда он решил соединиться