Счастливый час в «Каса Дракула» - Марта Акоста

— Вы хотите сказать, что у вас началась менструация? Странно.

Если она считала, что месячные — это странно, то, возможно, она была не самым прилежным студентом на занятиях в анатомичке.

— Да, каждые двадцать восемь дней — как часы.

— Хм… вот оно что… Ну, просто некоторые люди отличаются большей плодовитостью, чем другие.

— Из-за того, что я латина, вы предположили, будто я беременна? — огрызнулась я. — Есть у вас тампон? Или прокладка?

На мгновение ее глаза злобно вспыхнули, а потом она достала из полированного шкафа с выдвижными ящиками картонную коробочку.

— Туалет — прямо по коридору. Я постараюсь сделать так, чтобы анализы были готовы как можно скорее. А пока отдыхайте, пейте побольше красной жидкости и принимайте пищевую добавку с железом. Я передам упаковку госпоже Грант. И еще — большинство из нас чувствительны к свету, поэтому пользуйтесь солнцезащитными средствами и носите темные очки.

Я собрала свою одежду.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Доктор, как вы думаете, смогу я снова стать нормальной?

— Думаю, это зависит от того, что вы понимаете под словом «нормальная».

Для человека, занимающегося лечением людей, доктор Хардинг была чересчур стервозной.

— Кстати, а какое отношение вы имеете к этой семье? — полюбопытствовала я.

Она одарила меня леденящей кровь улыбкой.

— Я невеста Освальда.

Глава девятая

Простите, что жива

Не то чтобы я не могла найти слов, просто не знала, какие именно выбрать. Возможные реплики могли варьироваться от: «Мне очень жаль, я не знала, что он помолвлен» — до: «Вам стоило бы держать своего парня на коротком поводке — этот мерзавец заразил меня!» На самом же деле я просто чувствовала себя несуразной по сравнению с этой угрюмой, гибкой полиглоткой, которая посвятила свою жизнь спасению других.

Мрачно шаркая, я вернулась в приемную. Эдна была в нетерпении — она так постукивала по полу ногой, что это вполне могло сойти за сидячую джигу. Она поднялась, резко развернулась на каблуках и, печатая шаг, направилась к выходу.

Когда мы уже сидели в машине, Эдна, тяжело вздохнув, спросила:

— Ну, и по какому же поводу вы хмуритесь, юная леди?

— Вы имеете в виду, если забыть о том, что меня преследует псих и что я, возможно, заразилась чем-то неизлечимым? Чем-то таким, что в народе поносят веками?

— Да, если забыть об этом.

— Ну, вы могли бы хотя бы упомянуть, что доктор Хардинг и Освальд помолвлены, — произнесла я, уже сожалея об излишней резкости своего тона.

— Это здесь совсем ни при чем. Конечно, если у вас нет на него видов. Ведь это означало бы, что вы еще… еще… — Странно, но факт: на сей раз Эдна решила держаться в рамках приличий.

— Еще глупее? Еще безрассудней? Достойна еще большей жалости? Еще большая шлюшка, чем вы ожидали? — предложила я ей на выбор. — У меня нет никаких видов на вашего драгоценного Освальда. Этот мужчина даже не удосужился купить себе приличный костюм. К тому же он изменщик. И, к вашему сведению, это у него были на меня виды. Он пронырливый, лукавый, безответственный вампир, заманивший меня в свой номер.

Мой жуткий наряд чуть было не воспламенился от уничтожающего взгляда Эдны.

— Вы словно заголосили плохую песню в стиле кантри, — заметила госпожа Грант. — Вампиры — это миф.

Конечно, Эдна была законченной стервой, но мне все равно ужасно хотелось усовершенствовать репертуар ее жестов и выражений.

Если у меня еще и оставались иллюзии насчет шопинга, с ними пришлось расстаться в тот момент, когда Эдна подрулила к огромному сетевому магазину скидок. Там даже я смотрелась как неплохо одетая посетительница.

— Покупайте только то, что необходимо, — велела она, направляя меня в отдел женской одежды. — Вот, смотрите, это вам подойдет. — Она выдернула полиэфирную футболку персикового цвета, усеянную стразами, с блескучей надписью «Классная леди».

— Спасибо, Эдна, но, по-моему, это подходит как раз вам.

Я выбрала простые синие джинсы и черные брюки.

— Не слишком ли велики? — засомневалась Эдна.

— Я собираюсь снова обрасти своим кокетливым жирком, — выпалила я, тут же пожалев об этом. У Эдны могло сложиться впечатление, что я любительница плотских утех. Возможно, она уже начала рассчитывать, сколько еды из ее запасов уйдет на достижение моей легкомысленной цели.

Эдна неохотно указала на вешалку с очень симпатичными трикотажными двойками, предназначенными для тотальной распродажи. Я взяла черную, бордовую и кремовую — эти цвета подходят к моей обычно оливковой коже. Потом я с радостью обнаружила блузки и подходящие к ним юбки.

Затем мы отправились в отдел женского белья. Эдна осталась ждать меня возле носков, а я принялась выбирать дешевые лифчики отвратительного бежевого цвета. На мой обычный размер другие расцветки не предусматривались. Я пыталась убедить себя, что, скажем, в годы Второй мировой войны их утилитарность и была самой экстравагантной сексуальностью. Именно такие лифчики снились бравым парням, когда они ночами дрожали от холода на фронте. Я взяла две упаковки хлопковых трусиков с симпатичным цветочным рисунком и несколько пар носков. В отделе обуви я выбрала кроссовки, розовые резиновые шлепки и хорошенькие черные туфельки на ремешках.

Проверив цены на отобранных товарах, я рассчитала, что вся моя одежда стоит меньше, чем аксессуары, которые Эдна собиралась купить для себя. Поэтому я все-таки прихватила еще ремень и соломенную сумочку. Затем мы направились в секцию личной гигиены, и я напихала в тележку все необходимое для ежедневного ухода за собой.

— Вы же гостите в нашем доме, а не дефилируете перед матросами, — сказала Эдна, когда я покатила тележку в сторону отдела декоративной косметики.

— Очень смешно, Эдна. Я сейчас расхохочусь.

В выборе продукции я руководствовалась исключительно названиями оттенков. Например, «Розовые каникулы», «Золотое изобилие» и «Грязный дым».

В кассу мы стояли за женщиной, покупавшей туалетную бумагу и дешевый бурбон в больших количествах.

— Не хотела бы я, чтобы меня пригласили на такую вечеринку, — пробормотала Эдна, когда дамочка, катя перед собой тележку, удалилась.

Я засомневалась, что Эдну вообще когда-нибудь куда-нибудь приглашали; мне, например, хотелось смыться от нее как можно скорее.

— Эдна, Сэм сказал, что развязка конфликта с КАКА близка. Насколько быстро это может произойти? Когда мне можно будет уехать? — спросила я.

— Когда позволит осторожность.

Ее ответ прозвучал очень неуверенно — словно моя жизнь в городе больше никогда не будет безопасной. Кондиционер в магазине столь интенсивно охлаждал воздух, что я даже поежилась.