Туда, где кончается Лес - Лада Монк

Мне показалось,

Что я слышала это имя,

Но я не могла.

Я не покидала этой башни никогда в своей жизни,

Никогда я не выходила из леса, окружающего ее.

Нан развел руками и присвистнул.

Де Рейв: А как же твой муж, великий маг?

Разве не странствует он по свету,

Как все волшебники,

Зарабатывающие на жизнь всевозможными чудесами?

Разве же он коротает дни в своем доме?

Симара: Нет, он и сейчас странствует.

Де Рейв: Как? А то, что я говорил тебе?

О любви, которая связывает двух людей,

Не позволяя надолго покинуть друг друга?

Симара: И из-за этих слов я отважилась спорить с тобой,

Пусть и велено мне подчиняться мужчине,

Будь то муж мой или один из его воронов,

Слившихся с человеческим телом.

Известно мне, что ты мужчина,

И глаза мои говорят мне, что одет ты,

Как любимые птицы колдунов и самой Смерти,

Но я не поверю тебе.

Муж мой, великий чародей нашего мира Милорд,

Любит меня,

И огонь чувств его ярче моих пламенных волос.

Де Рейв: И он оставляет тебя одну, дивная алая роза?

Симара: Может быть, как и в твоей легенде,

Он боится, что моя красота ослепляет.

Или он волнуется за меня и прячет меня от юношей, носящих клинки за ботфортами,

Как ты.

Я не знаю.

Но мне не велено покидать башню.

Де Рейв: Скажи мне, красавица, а не превращается ли твой благоверный,

Да сопутствуют ему духи ветра и шипы плюща,

В дракона?

Симара: Он всемогущ. Но для чего ты спрашиваешь это?

Де Рейв: О, это просто напомнило мне, как я поймал рыболовной сетью,

Подкинутой к облакам,

Живого дракона.

Эти древние звери мудры и находчивы,

Я хотел заиметь одного, чтобы никогда не искать соперника для игр в карты.

Попался мне самый красивый:

Алый-алый, но с нежно-розовыми, как у тебя, Симара, щеками.

Драконы живут высоко в облаках, на вершинах гор или в башнях,

Всегда в полной изоляции от живых существ иных видов.

Они не готовы к краскам и соблазнам нашего мира, поэтому,

Завидев привлекательную деву или блестящую золотую монету,

Сходят с ума.

Обезумевшие, ставшие ревнивыми или алчными, драконы

Охраняют свое сокровище,

Спрятав его глубоко-глубоко в свое отдаленное от мира жилище,

Никому не дозволяют коснуться его или даже узреть.

Я потерял своего дракона пять лет назад,

А сейчас, кажется, отыскал.

Точно знаю: будь я твоим мужем,

Тоже обнес бы тебя лабиринтом и высокими стенами,

Никому бы не отдал!

Но оставил тебе лестницы и ключи,

Чтобы ты могла следовать за мной,

И осматривать наш благодатный домен.

Правят ведь маги,

Вопреки указам правителей и возражениям чванных феодалов в жемчугах и перьях,

Землей, над которой громоздят свои башни.

И, поверь мне, Симара,

Ландшафт, что кожей своих стоп ты боишься задеть,

Восхитителен и полон чудес.

Много тысяч лет назад люди не знали о том,

Что не только старушка-Земля кружит в космосе,

Ей сопутствуют другие планеты,

Все разные, но в одной и той же степени притягивающие взоры.

Так и ты, кажется, не ведаешь о мирах,

Которые существуют за пределами твоего.

И Симара снова отважилась спорить с вороненком,

Нарушившим тишину ее убежища.

Симара: Ты неправ.

Я ни с кем в своей жизни не спорила,

Но у тебя, проказник,

Умение навлекать на себя неприятности.

Де Рейв: Сочту за честь,

Прекрасная госпожа.

Симара: Знаю я об иных мирах,

Знаю больше, чем ты можешь вообразить,

Но мне мой растопленный очаг,

Что, как рыжий котенок,

Лижет котелок с супом,

Дороже кострищ, каминов и разожженных ламп других земель.

Есть в доме моего мужа комната, а в ней — тысяча дверей.

Стоят они, корешками друг друга касаясь,

На книжных полках, утепляющих стены башни изнутри

И тянущихся до самого потолка.

Когда меня покидает муж,

Я никогда не остаюсь здесь одна.

Мой муж говорил мне, что бренная почва не принимает лжецов,

И те живут дольше прочих,

Но я не могла представить, что однажды

Тот, кто пожелает меня обмануть,

Тот, кто посмеет разбить колбы со снадобьями,

Вторгнется в мой дом.

От таких, как ты, оберегает меня муж,

О таких, как ты, предупреждали меня книги и древние свитки.

Де Рейв: О, Ночь и все ее звезды!

Так мое появление здесь было предсказано? Я знал и верил!

Надеюсь, пророчества не сообщали, когда я должен тебя покинуть:

Я гляжу на тебя, и красота твоя не дозволяет уйти.

Симара: Пусть путеводные звезды молчат,

И луч Луны не опустится в пыль дорогой твоей,

Я укажу тебе на окно,

Так как не имею двери.

Де Рейв: Как мне уйти, если ты меня приворожила?

Если я покину эту башню, то только с тобой!

И все сильнее верю я в то, что это будет правильным решением.

О, милая Симара!

Книги не утепляют твои стены,

А делают их прочнее, не позволяя тебе разрушить их и увидеть то, что за ними!

И чтение, разумеется, не заменит тебе общения

С миллионами новых лиц,

Ведь, перелистывая страницы,

Ты всегда можешь предугадать фразу или действие,

Чего не сделать там,

За пределами твоего убежища,

Одинокой драконьей башни.

Плодородна земля, где обитает заперший тебя зверь.

Прекрасна та жизнь, от которой ты закрыла себя

Сказаниями древних мастеров пера.

О, Симара, запертый от ветров и гроз цветок,

Земля действительно носит плутов и разбойников,

Ты права.

Она рождает скалы и ледяные глыбы,

А небо плавит ее молниями и крошит градом,

Ты права.

И дороги любые, конечно же,

К смерти ведут,

Ты права.

Но, послушай, Симара,

За непогодой часто приходит живительное Солнце,

А за темными ночами следует красочная заря.

Не только зло ходит по свету,

Хорошего гораздо больше.

Видела ли ты хоть однажды,

Как двенадцать фей нашего мира

Взлетают в небо, боясь утонуть в снегу,

И пыльца их оставляет радужные линии северного сияния на небосводе?

Видела ли ты свое прелестное лицо,

Отражающееся в темно-изумрудной глади,

Украшенное веснушками и короной из мелких цветов и чешуи наяд?

Видела ли ты, как чайки взлетают над причалом,

И знойное бледно-голубое небо наполняется кучевыми облаками?

Видела ли ты, как желтые, красные и еще зеленые листья осенью,

Став витражами в рамах извилистых темных ветвей,

Пропускают лучи,

Тепло которых становится все менее ощутимо,

И рисуют на земле разноцветную дорогу,

Зовущую тебя в приключение?