Тея и Ханс. Пророчество - Наталья Подлесная

— Сейчас узнаем.

Маг и Владыка какое-то время смотрели друг на друга молча. Судя по тому, как менялись эмоции на лице Ханса, у них там с Ирбисом происходил молчаливый диалог. Тея не встревала, покорно ожидая, до чего они договорятся.

— Он хочет, чтобы ты выбрала цветок, — спокойно сказал Ханс, спустя какое-то время.

— О, он согласен нам отдать цветок? — Тея не думала, что будет так легко.

— Да, как он объяснил — ты сама должна понять, какой именно цветок нужен. Каким-то образом интуитивно почувствуешь это.

— Это он так сказал?

Ханс кивнул:

— Ирбис хорошо чувствует вещи, которые ни людям, ни магам не доступны. Даже мне. То, что за гранью нашего понимания. То, что не видно обычным зрением. Он увидел в тебе это. И отдаст только тебе.

— А ты?

— Мне придётся остаться тут. А ты отправишься с ним в замок. Это его условие. И он непреклонен.

Ханс серьёзно и мрачно смотрел на девушку. Он беспокоился за неё, и сильно. Но нельзя было этого показывать, чтобы Тея сама не испугалась. Ирбис почувствует страх и может воспользоваться этим. Маг очень рассчитывал на порядочность Владыки пустынных земель, на его здравомыслие, что тот не станет из-за девчонки развязывать войну. И поэтому как можно спокойнее проговорил:

— Ирбис тебе ничего не сделает, поэтому можешь идти спокойно, — Ханс положил ей руку на плечо. — А вот если хоть что-то случится — ему не жить. И он об этом знает.

Она с недоверием посмотрела на фигуру вдалеке.

— А как ты мне сможешь помочь, если я буду в замке?

Ханс посмотрел на своего молчаливого друга.

— Вот для этого Янгир и его… друзья тут.

Мужчина кивнул, изобразив некое подобие улыбки.

— Ты серьёзно? — прошептала ему.

— Я не стану тобой попусту рисковать, Тея.

— Ладно. Я пошла.

Ханс слегка кивнул и продолжил:

— У тебя мало времени — вернуться надо до заката. После захода солнца я тебя уже не смогу найти, придётся ждать следующего появления его замка. А зная, как Ирбис любит красивых молоденьких девушек… — Ханс прокашлялся, не договорив фразу. И так понятно, что он имел в виду. — Не важно. Главное вернись до заката, даже если без цветка.

— И ты так спокойно об этом говоришь?! — воскликнула она.

Ханс раздражённо развёл руки в стороны:

— А что, у меня есть какой-то выбор? Или, может, цветок можно заменить чем-нибудь ещё? Он тут диктует условия, — Ханс вскинул руку в сторону Владыки, который продолжал терпеливо ждать. — Мы подстраиваемся. Он не монстр, не переживай. Просто правитель этих земель. Своеобразный. И это его право ставить условия. Думаешь, я в восторге?

Тее не нравилась эта идея и этот Владыка, но солнце двигалось к горизонту, и надо было решать.

— Ладно. Я пойду. Он просто так отдаёт цветок? По доброте душевной?

Ханс покачал головой:

— Мы с ним обо всём договорились, твоя задача только выбрать цветок и вернуться сюда с ним. До заката.

Она посмотрела на прощание на Ханса. Ей очень хотелось, чтобы он её сейчас обнял, сказал, что будет очень переживать. И что она ему не безразлична. Но этот магический сухарь только посмотрел ободряюще, и она пошла.

Идти, надо сказать, по висящему в воздухе мосту — приятного мало. Но её подгоняло время, и эти несчастные сто метров до правителя местных пустынных земель она преодолела очень быстро.

По мере того, как приближалась, черты его лица становились более чёткими, и она уже видела красивого мужчину восточной внешности. С небольшой аккуратной бородкой, тёмными волосами, смуглой кожей и невероятно пронзительными чёрными глазами, которые светились белым светом. Или ей это казалось?

— Я уже думал, что ты не решишься, девочка, — он сделал два шага навстречу, протянул руку.

Тея нерешительно вложила свою ладонь и погрузилась в мягкую пучину его ауры. Он слегка улыбнулся, от чего его лицо стало ещё более привлекательным.

— Надеюсь, твой покровитель тебя не сильно напугал? — он слегка сжал её пальчики и повёл к замку. — Я, правда, хотел пообщаться без свидетелей. Поэтому пусть подождёт. С тобой тут ничего не случится, не волнуйся.

Он улыбнулся, голос был мягкий и ровный. Шаги уверенные и быстрые. Тея немного расслабилась. За свою жизнь она научилась разбираться в мужчинах, и Ирбис был один из тех сильных мужчин, которых ей не стоит бояться, решила она.

Он спешил, по пути рассказывая о своём замке, который был вынужден построить над поверхностью земли, над пустыней, чтобы иметь возможность хоть как-то существовать в таком зное. Ему принадлежали только безжизненные пустынные земли, и он нашёл способ построить свою империю.

— Всё это держится на магии, — он обвёл взглядом свой замок, по мраморным полам которого они шли. — Мне повезло — мой род обладает неиссякаемым источником магической силы, который исходит напрямую из мира богов. Именно эта магия держит мои владения над поверхностью пустынь. Чтобы их не сожгло солнце.

— У вас тут всё в воздухе?

— Да. Всё. И замки, и города, и деревни. Всё.

Тея изумлённо посмотрела на Владыку. Он бархатисто засмеялся и продолжил рассказывать о своём красивом замке, не выпуская ладонь девушки из рук:

— Я помню, что у нас не так много времени, поэтому прости, тороплюсь, — его мягкий голос обволакивал и подкупал.

Какого чёрта она его боялась? Ещё Ханс накрутил со своей охраной. Крутой и невероятно обворожительный мужик. Хотелось слушать его бесконечно, и чтобы он не отпускал её руку.

— Да, спасибо, до заката нам надо успеть, — с трудом вспоминая, что именно успеть, проговорила она. Казалось, она находится в каком-то дивном тумане, во власти магической ауры, и ей совершенно не хотелось его покидать.

Ирбис привёл её на большое цветочное поле рядом с замком. Оно было таким огромным, что уходило в горизонт. Крупные, маленькие, высокие, мощные, хрупкие и нежные цветы слегка колыхались на знойном ветру.

— Это моё детище. Мой оазис. Мой рай. Я могу творить там, где ничего не растёт. Во всём мире только я могу взращивать такие сады — только мне одному подвластна Магия Жизни. То, что другие считают невозможным, я создаю тут.

Он с невероятной любовью смотрел на цветы, и Тея прониклась этим чувством, словно оно взаимно. Словно тут существуют тысячи связей между творением и творцом, невидимых глазу, но так чётко ощущавшихся внутренним чувством.

Цветы были прекрасны — их нежные полутона светились в лучах заходящего солнца, и как будто слышался звон, когда нежные лепестки касались друг друга.

— Это волшебно… — прошептала, не