Последняя принцесса Белых Песков - Мэри Соммер

– А Кларк всегда был таким невезучим? – спросил он после быстрого кивка.

Фред удивилась.

– Да он же самый удачливый человек на свете! С Кларком уже миллион раз могло произойти непоправимое несчастье, но из всех переделок он выходил почти невредимым. А знаете, как он попал к вам на работу?

– Как?

– Ха! – Фред хлопнула ладонью по одеялу. – Один день Кларк работал курьером в IT-компании. Он ехал на велосипеде по второму, кажется, адресу и врезался на светофоре в грузовик. Месяц в гипсе проходил, работу потерял.

– Повезло, – съязвил Джек.

– Потом Кларк пытался устроиться в автомобильный салон. При попытке продать машину шефу перепутал заднюю передачу с передней и въехал в витрину. Потом проходил собеседование в банке… так банк именно тогда решили ограбить. Формально он не был виноват, но работу почему-то не получил. А потом его пригласили вы.

На свою голову.

– Но всё это время, – добавила Фред, – я была рядом с ним. Присматривала. Везение везением, а без меня Кларк может и пропасть. Нам надо скорее найти его, ладно? Но плакать я опять не буду – вы скажите лучше, те милые драконы правда существуют?

Она пытливо уставилась на Джека, даже отставила пустую чашу из-под вина и перестала шуршать бумажками. А Джек не успевал так перескакивать: он выпил больше, он пережил больше, он привык думать основательнее.

– Драконы существуют, да. – Предвосхитив следующий вопрос, он дополнил: – И я правда летал на одном из них.

– А замок на горе?

– Тоже.

– А король, у которого нет сердца?

– У него есть сердце.

– А его королева? – Фред подозрительно сощурилась. – Вы описывали её так, будто влюблены.

В дверь опять постучали. Велев Фред спрятаться за шторой – правила приличия всё-таки, – Джек потуже затянул пояс халата, сунул ноги в ботинки и пошёл открывать.

Снова его вели по коридорам – вдоль мозаичных стен, мимо гобеленов и ажурных окон – сквозь ночные тени. Звук собственных шагов казался тяжёлым и шаркающим. Джек не был пьян, он просто вымотался. В его списке желаний крепкий сон уверенно полз к первой позиции, обгоняя конкурентов.

Миновав пустые залы и ряд закрытых дверей, Джек остановился у высокой арки, проход в которую преграждали занавески и цветные бусины на нитках. Двое сопровождающих – безоружных, надо признать, – поклонились и жестом указали гостю пройти дальше.

Тонкая ткань скользнула по щеке. Бусины застучали, сталкиваясь друг с другом. Джек очутился во внутреннем дворике. Переступая по дорожке, вымощенной плоскими камнями, он вышел к небольшому пруду.

– Полей мне на руки, пожалуйста.

У воды на корточках сидел верховный судья восьми провинций и утрамбовывал почву вокруг куста пиона. Его руки от пальцев до локтей покрывал слой из песка, земли и мелких травинок. Джек подобрал жестяную лейку и выполнил нехитрую просьбу.

– А теперь смотри. – Одной рукой Морн указал на единственный бутон, а другой сжал Джеку плечо. – Это чиала, редкий сорт. Он распускается только на берегах водоёмов, где цветёт лотос. Надеется превзойти его красотой.

Длинный стебель шевельнулся. Мир вокруг замер, пока разворачивались тонкие лепестки. Если бы Джеку доверили решить, кто всё-таки красивее, он выбрал бы именно этот цветок – пион из кремового шёлка, паутины и звёздной пыли.

Форма достигла совершенства. Лунный свет отразился в сердцевине, а один вздох спустя лепестки вывернулись, сморщились и осыпались жалобной кучкой.

– Это самая короткая жизнь, что я видел. – Вспышка разочарования на миг затмила глобальные проблемы.

– Какой бы долгой ни была жизнь, отведённого времени всё равно покажется слишком мало.

Морн развернул рукава, застегнул пуговицы на манжетах. Впервые за вечер Джек удостоился прямого взгляда и вспомнил, что рядом с ним не простой садовник, а верховный судья Южных Земель.

– У вас есть для меня хорошие новости? – Джек склонил голову в запоздалом поклоне. Он намеренно сказал «хорошие».

Морн развёл руками.

– К сожалению, я не поэтому нарушил законы гостеприимства и позвал тебя среди ночи.

Хозяин с гостем обогнули пруд и прошли в беседку в центре двора. Дождавшись, пока Морн усядется на одну из круглых подушек, которые служили здесь стульями, Джек опустился напротив. Он вспомнил ярмарку в Амре, душный шатёр, первую встречу с Дарией… тряхнул головой, прогоняя образы. Слишком часто Джек тянулся к воспоминаниям – мог пропустить что-то важное в настоящем.

В беседке было всё так же душно. Тяжелый приторный аромат давил на плечи. Так странно… в саду верховного судьи росли самые разные цветы, но этот навязчивый запах определенно испускали розы, которых Джек не заметил.

– Могу я взглянуть? – Морн потянулся к его обожжённой руке.

Джек забыл о травме. Боль отступила, а к покалыванию в пальцах он почти привык. Пока верховный судья, не касаясь, на расстоянии рассматривал его кисть, Джек изучал его самого. Без длинного плаща, трона с крыльями и десятка подданных за спиной Морн казался обычным человеком.

– Простите мою вероятную непочтительность. – Джек улыбнулся как можно естественнее. – Прежде я не бывал в ваших краях, не знаю законов и обычаев. В тронном зале мне показалось, что вас все боятся… это чувство передалось и мне. А теперь я случайно уселся на подушку, которая больше вашей, смотрю сверху вниз и раздумываю, стоит ли согнуть спину, чтобы это исправить.

Верховный судья не улыбнулся, но в его глазах – серых, как у Джека, – заиграли смешинки.

– Я исполняю благородное предназначение – храню мир и порядок во всех восьми провинциях. Для этого приходится поддерживать репутацию. Кто не препятствует моей задаче, тому и бояться нет нужды.

Он не выглядел отягощённым заботами, но Джек сочувственно кивнул.

– Не имею дурной привычки препятствовать благородным задачам, – ответил он в тон. – Единственное моё желание, как я уже говорил, – выручить друга и продолжить путь далеко-далеко на север. За ваше согласие помочь я неизмеримо благодарен.

Ответом послужило лишь молчание, пристальный взгляд и всё те же смешинки в глазах. Джек знал, что хочет услышать собеседник, и пытался придумать лазейку, но в голову ничего не приходило, а Морн всё молчал.

– Безусловно, – сказал Джек наконец, – я готов оказать любую – измеримую – ответную услугу.

За его спиной раздался тихий шорох. Джек обернулся, но увидел лишь обвитую плющом стенку беседки.

– Тимес поведал мне, – голос Морна заставил Джека повернуться обратно, – что ты называешь себя рассказчиком. Значит ли это, что ты знаешь много историй?

Звук повторился ещё несколько раз, а потом стало неестественно тихо. Проверять Джек не стал – Морн смотрел ему за левое плечо, и это служило достаточным доказательством, что там и правда