Ведьма и её тень (СИ) - Матвеева Нина

Забравшись в салон черной тойоты, Полина разволновалась еще больше. Было одно негласное правило, которому она следовала с самого начала отношений с Максимом, — не садиться в машины к другим мужчинам. Полина приняла его самостоятельно — так было спокойнее (разного рода недопонимания с противоположным полом преследовали ее всю жизнь) и честнее по отношению к мужу. От осознания, что разрушаются даже такие незыблемые устои ее жизни, Полину охватила тревога.

Алекс поприветствовал ее совершенно буднично, как будто возил ее по делам уже не один десяток раз, и она ухватилась за это ощущение абсолютного спокойствия, что исходило от него, как за спасательный круг. Все в порядке, не было никаких поводов для переживания, она просто должна забрать из дома кое-какие вещи.

— Машина и правда огромная, — пробормотала она, пока Алекс осторожно лавировал по узким проулкам между домами.

— Да, — улыбнулся он, не отрывая взгляда от дороги, — с детства люблю большие машинки.

В этих словах было что-то совершенно мальчишеское, и Полина даже невольно усмехнулась его внезапному откровению. Всю дорогу они ехали молча. По всей видимости, Алекс решил исполнить роль хорошего таксиста, и она была ему за это благодарна.

Максим распахнул дверь их квартиры, едва Полина вышла из лифтового холла. Он выглядел уставшим и осунувшимся. Одного взгляда на мужа, одетого в привычную домашнюю одежду, было достаточно, чтобы у Полины защемило сердце. Оно бешено рвалось к нему, в привычные объятия, но от неосмотрительного шага ее удерживал детский плач, доносящийся из дальней комнаты. Это была та пропасть, которую Полина преодолеть не могла.

Они поздоровались так, будто встретились на поминках, — тихо и скорбно. Полина проследовала в гардеробную и безо всяких предисловий принялась укладывать свою обувь в чемодан, который обычно брала в отпуск. Туда же отправился фен и плойка. Торопливо рассовывая вещи по сумкам и пакетам, она пресекала любые попытки Максима завести разговор. Один раз она попросила отнести слишком тяжелую сумку к лифту, а затем снова вернулась к своим молчаливым сборам.

— Зимнюю одежду я заберу где-нибудь через месяц, — произнесла Полина, осматривая опустевшие полки в шкафу гардеробной. К ее собственному удивлению, вещей, которые нужно было забрать сегодня, оказалось не так много.

Максим ничего не ответил, но она заметила промелькнувшее в его глазах отчаяние. В этот момент Полина испытывала то же самое — иррациональный страх от неизбежного расставания заставлял ее внутренности сворачиваться узлом.

— Я помогу тебе загрузить все, — проговорил Максим, выйдя следом к лифтовому холлу.

Полина обернулась и жестом остановила его недалеко от двери. Детский плач здесь был едва различим, и она всерьез опасалась, что без этого своеобразного предохранителя, может наделать спонтанных глупостей.

— Не надо, я приехала не одна, — выговорила Полина, стараясь придать своему голосу несуществующей уверенности. В дверном окне она заметила Алекса, который заносил пакеты и сумки в лифт, и мысленно поблагодарила его за помощь. Чем быстрее закончатся ее сборы, тем лучше.

— Кто это?

Простой вопрос привел Полину в состояние полной растерянности. Объяснить, кем является Алекс, она не могла даже самой себе. Ее коллега по колдовским делам? Друг? Поклонник?..

— Помнишь, я говорила тебе про сталкера? — медленно произнесла она. Максим напряженно кивнул. — Вот, это он. Мы подружились.

— Ты подружилась с человеком, который тебя преследовал? Полин, тебе что-то угрожает? Ты в опасности? — Внезапно в голосе Максима зазвучало волнение. Он сделал один единственный шаг в ее направлении, и Полину окутал аромат знакомого парфюма, к которому примешивался едва уловимый запах сигарет.

— Ты снова куришь? — спросила она, вскинув на мужа удивленный взгляд.

Мгновение спустя Полина осознала свою ошибку — в карих глазах Максима плескалось столько невысказанных чувств, что ее собственные моментально вышли из-под контроля. Сейчас их не разделяло ничего, нужно было только протянуть руку и забрать то, что и так принадлежало ей.

— Полин... — прошептал он умоляюще.

Его шепот разлил по телу лихорадочный жар, она вздрогнула и потянулась мужу навстречу. Если бы не жалобный плач, донёсшийся с порога квартиры, их воссоединение наверняка бы состоялось. Вместо этого Максим резко обернулся и сделал пару торопливых шагов к девушке, появившейся в дверях. Он даже нелепо растопырил руки, будто бы пытался укрыть Полину от неожиданного зрелища, но это было бесполезно.

Та самая блондинка, которую она встретила, когда нагрянула домой без предупреждения, таращила на Полину огромные глаза. Громкий плач словно сирена разносился по узкому коридору, заставляя Полину чувствовать себя преступницей, застигнутой на краже.

— Забери его, у меня руки просто отваливаются уже, — расслышала она.

Ей стоило сразу убежать или хотя бы отвернуться, но Полина не успела отреагировать вовремя и вынуждена была наблюдать, как девушка пытается передать кричащий сверток растерявшемуся Максиму. Тот сначала отпрянул, но его руки все равно подхватили ребенка в нужный момент. Плач начал стихать, а Полину сковало зыбкое чувство нереальности происходящего. До нее доносилась тихая ругань, но слов было почти не разобрать.

— Так значит, ребенок все же твой, — собственный голос прозвучал на удивление твердо. Полина переступила с ноги на ногу и застыла, стараясь как следует запечатлеть в памяти эту сцену. Пусть ей будет очень больно, может быть, так она быстрее задушит в себе последние ростки надежды.

Максим ответил не сразу, хоть по его реакции все и так было ясно. Они обе — и Полина, и другая девушка — ждали его признания, им обеим оно было жизненно необходимо.

— Мой, — устало выдохнул он. — Судя по тесту, мой.

Максим так и не развернулся к ней лицом, он напряженно замер в пол оборота, держа на руках притихшего ребенка. Наверно, ему было стыдно. Его спутница тоже была встревожена, но Полина заметила в ее взгляде блеск отчаянной решимости.

— Наш, — поправила его девушка, а затем еле слышно добавила: — Максим, ты еще долго будешь тут? Она уже собрала вещи?

Полина удивленно вскинула брови и уставилась на своего мужа. Эта сцена становилась все более абсурдной и унизительной, но покидать ее после услышанного было унизительнее вдвойне. Максим, судя по всему, был ошарашен поведением своей новой спутницы не меньше.

— Умолкни... — процедил он ожесточенно.

— Нам уже пора укладываться, — девушка продолжала бессовестно делать вид, что Полины просто не существует, но исподволь все же бросала на нее короткие колючие взгляды.

Именно в этот момент дверь лифтового холла тихо открылась. Краем глаза Полина заметила, как высокая черная фигура шагнула в коридор и замерла за ее левым плечом. Появление Алекса уже было сложно игнорировать. По правде говоря, Полина сама до сих пор иногда пугалась, когда он возникал в поле зрения. И вот, наконец, это оружие сработало на пользу — ее соперница и муж застыли, как два каменных изваяния.

— Я загрузил все вещи в машину, — произнес Алекс.

Полина поблагодарила его и в знак прощания кивнула потерявшему дар речи Максиму, а затем перевела взгляд на девушку, которая спряталась чуть позади.

— Я смотрю, вы, наконец-то, обзавелись одеждой, — произнесла Полина и с мрачным удовлетворением отметила, как та дернулась. — Это хорошо. Хотя бы одежда теперь будет своя.

Казалось, наступил идеальный момент, чтобы уйти с высоко поднятой головой, но внезапно Алекс шагнул вперед и почти деловым тоном сообщил:

— Вы должны знать, что этот ребенок проклят. Если вам понадобится помощь, позвоните мне...

Полина в ужасе наблюдала, как он протягивает Максиму, побелевшему от шока и ярости, свою визитку. В самый последний момент она дернула Алекса за рукав кожаной куртки и потащила к выходу. Затолкав его в лифт, Полина первым делом отошла на пару шагов назад — желание придушить этого человека было слишком сильным.