Наследство черной вдовы (СИ) - Соколова Надежда Игоревна

— Что они забыли у нас?

— Латараниэль — гостья императора. Они с мужем приехали неделю назад по приглашению нашего правителя. Эльфийка — девушка любопытная. Услышала, что в столицу прибыла легендарная герцогиня Ломарская, и решила самолично нанести визит.

«Прямо таки экспонат в музее, этакая редкость, на которую стоит обратить царственное внимание», — мелькнула мысль. С другой стороны, когда еще удастся посмотреть на другие расы?

— Селенира? — вырвал меня из раздумий голос Кладиры.

— Да?

— Ты как-то странно стоишь. Что с тобой?

— Тело болит после вчерашней тренировки.

Черные брови «сестры» удивленно взмыли вверх.

— У тебя? С чего бы это? Моя сестра была женщиной физически тренированной.

— Зато я не была, в той своей жизни, имею в виду.

— Очень интересно, — пробормотала задумчиво Кладира, затем решительно тряхнула головой. — Потом, мы потом вернемся к этому вопросу. Я пришлю врача с мазями. Он снимет боль. Да не красней ты так. Когда надо, Лоран умеет забывать о своих чувствах.

«Сомневаюсь, — подумала я, с трудом добравшись до постели, — он, похоже, всерьез решил добиться если не Селениру, то меня. И вот вопрос: зачем ему такая неравнозначная замена?»

Глава 23

Немного взлохмаченный, нервный, Лоран, в своем сером рабочем костюме, появился в спальне минут через пятнадцать, с двумя склянками в руках. Он немного прихрамывал и выглядел решительно, как будто собирался выяснить наши отношения прямо здесь и сейчас.

— Поставьте на стол, я сама… — начала было я и наткнулась на хищную улыбку.

— О нет, ронара, — довольно заявил Лоран, — я, как ваш врач, обязан все здесь сам. Тем более, вы не располагаете специальными знаниями, чтобы лечить себя.

Как по мне, чтобы натереть себя мазью, никаких специальными знаний не требовалось. Но артар считал иначе.

— Раздевайтесь, — прозвучал приказ.

— Лоран, я не Селенира, не стоит, — еще раз попыталась я воззвать к мужчине. Должны же были у него остаться хоть какие-то…

— Раздевайтесь, ронара, вам надо предстать перед гостями физически здоровой.

О да. И поэтому у тебя так маслено блестят глаза.

Скинуть пижаму — секунда дела. Я стояла посередине комнаты в одних трусах, скромных, длиной почти до середины бедра, и, не испытывая стыда, наблюдала за Лораном.

Он и правда отлично знал свое дело: аккуратно мазал особо пострадавшие части тела, распределял тонкими пальцами нужной толщины слой по рукам и ногам, действовал четко и уверенно. А легкие разряды тока, то и дело проскальзывавшие между нами, придавали обычному лечению пикантности.

— Готово, ронара, — тяжело дыша, отстранился от меня Лоран.

И опять, как тогда, во время поездки, от звука его голоса, немного хрипловатого, будто сильно натруженного, у меня пробегали по телу мурашки. Подавив желание броситься на шею Лорану, я потянулась к пижаме, стараясь не показывать трясущихся рук. Если этот подарок богов так действует на всех существ, не мудрено, что браки разрешаются с кем угодно. Кроме артаров, разумеется. Тут и афродизиаков не надо — судьба как будо сама подталкивает двух людей в объятия…

— Селенира, — выдохнул Лоран и в полубессознательном состоянии наклонился ко мне.

Имя подействовало не хуже ледяного душа. Я вздрогнула снова, на этот раз без «тока», и немного резче, чем следовало, сообщила:

— Благодарю за помощь. Вы свободны.

Лоран застыл столбом. Несколько секунд, и на лице заходили желваки.

— Простите, ронара, — то ли прошипел, то ли выплюнул он, повернулся и, даже не забрав своих баночек, выскочил из комнаты.

Хлопнула дверь.

— Чтоб вас всех, — пробормотала я утало, потерла ладонями лицо, как бы «смывая» проблемы и заботы, и вызвала служанку. Пора было приводить себя в порядок, чтобы с достоинством встретить эльфийку и вампира.

На это раз оделись мы с Кладирой одинаково, и только волосы и глаза выдавали различие между нами. Ярко-зеленые платья, длинные и полностью закрытые, туфли в тон, золотые тиары и кольца с изумрудами — этакие дриады, вышедшие из леса. Сопровождавший нас Шарон и тут не изменил себе и появился в военной форме.

Мази Лорана оказали на меня практически волшебное влияние: боль притупилась настолько, что шла я, почти не прихрамывая. Незнакомые существа вряд ли заметили бы что-то неладное.

Эльфийка оказалась невысокой хрупкой красавицей с тонкими чертами лица, густыми каштановыми волосами, прямым носиком, пухлыми губками и небольшими синими глазами. Наряженная в небесно-голубое платье, она смотрелась этакой фарфоровой куклой, случайно забытой на каминной полке. Ее муж во всем был полной противоположностью супруге: выше Шарона, широкий в плечах, практически лысый, с грубыми чертами лица и проницательными черными глазами, он, красовавшийся в коричневом фраке, брюках и туфлях в тон, он выглядел, как солдат, случайно забредший в герцогский дворец. Судя по округлившемуся животу Латараниэли, супруги скоро ожидали потомство, и я, со своим живым воображением, боялась даже представить себе, на кого будет похоже дитя.

Глядя на супругов, я отметала про себя, что они, даже сидя за столом и старательно поглощая приготовленный поваром обед, казались связанными одной нитью. Родственные души. Да, эта «родственность» ощущалась во всем: в жестах, взглядах, легких полуулыбках, которыми эти двое изредка обменивались. Передо мной как будто сидели две разделенные половинки единого целого.

«Они хотя бы иногда ссорятся? — мелькнула не совсем уместная мысль. — Или так и живут все время, словно у них длительный медовый месяц?»

Да, я могла признаться сама себе, что завидовала этой паре и отчаянно хотела таких же легких, невесомых отношений. Хотела, но понимала, что не получу. С артарами не принято связывать свою жизнь. Местные сословные предрассудки готовы были разрушить мою судьбу. С другой стороны, зачем мне рядом «душа», постоянно думающая о прежней владелице этого тела?

Разговор лился неспешной рекой. Кладира и Латараниэль сплетничали, обсуждали современную моду, противопоставляя ее традиционной эльфийской. Шарон и Дортун, вампир, обменивались мнениями насчет политической обстановки в мире. Одна я сидела молча и старательно впитывала услышанное.

— Когда вы планируете сделать выбор, ронара? — повернулась ко мне с любопытством в глазах эльфийка.

— Пока точно не скажу. Я еще недостаточно знакома со всеми тремя… — я не договорила: в коридоре раздался шум. В закрытые двери обеденного зала стали ломиться.

— Что там происходит? — нахмурился, приподнимаясь с места, Шарон.

— Похоже, кто-то желает к нам присоединиться, — задумчиво крутя сервировочный нож между пальцами, заметил Дортун.

Глава 24

Нож вампиру не пригодился: не успел Шарон дойти до двери, как ее все же вынесли чьи-то тела. Хотя почему чьи-то. Я прекрасно знала ввалившихся в комнату и слуг, и аратара, и никара. Пушок, отъевшийся на герцогских харчах, сейчас все больше приобретал сходство с небольшим шариком, смешно перебиравшим всеми четырьмя лапками.

— Что случилось? — сдвинул брови Шарон.

— Простите, ронары, — покаянно вздохнул Лоран, — мы все пытались его остановить…

— Остановить никара? — уточнил вампир, наблюдая, как Пушок прыгает ко мне на колени и начинает требовательно урчать, не обращая внимания на народ вокруг. — Это невозможно. Похоже, он соскучился по своей хозяйке.

Я запустила руку в шерстку живности, послушно поглаживая ее, так сказать, исполняя обязанности гладильно-чесального механизма для божественного посланника. Своего нового питомца я знала мало, но что-то подсказывало мне, что дело вовсе не в скуке.

Слуги потихоньку выходили из зала. Лоран замешкался по непонятной причине: то ли хотел забрать никара, то ли пытался в очередной раз, пусть и ненадолго, ощутить себя частью высшего общества. Только из-за своей медлительности он и стал свидетелем появления моего нового жениха.