Сферы влияния - Екатерина Сергеевна Коновалова (Гитман)

— Финита, — заклинание ударило в замочную скважину, мгновение ничего не происходило, и сердце Гермионы замерло, пропуская удар, а потом замок щелкнул. Дверь открылась.

Гермиона пошатнулась и ухватилась за стену, разом лишившись сил. Никто не входил в комнату, пока она спала, и её должно было это радовать. Но не радовало. Щелчок замка как выстрел — пулей прошил мозг.

Набросив на себя одежду и даже не думая о том, чтобы разыскать ванную комнату, она аппарировала домой, неловко споткнулась и упала на пол, больно стукнувшись коленями.

Зажмурилась, отдышалась и усилила щиты.

Рано или поздно ей придется снова взглянуть на то, что творится у нее в голове, но она однозначно не даст мистеру Кто во второй раз обвинить ее в отсутствии ясности ума.

Когда она аппарировала к очередному дому — пятому в списке — окклюменция уже действовала безупречно, и щит оказался настолько крепким, что историю очередного мальчика-обскури она просмотрела без тени волнения, даже без сочувствия.

То же произошло и с последней семьей.

Она выполнила свое дело, узнала то, что должна была узнать — и это не дало ей ничего. С тем же успехом она могла не мотаться по Британии, не проникать в чужие дома и в чужие воспоминания, потому что она не узнала ничего, разве что еще лучше изучила механизм возникновения обскура. Пожалуй, она могла теперь написать об этом статью. «Психологический механизм возникновения обскуров у магглорожденных волшебников и степени разрушения физической и магической оболочки у детей-обскури на основе исследований, проведенных на территории Великобритании». Не то, чтобы она собиралась писать об этом — но могла.

В кабинете она заполнила оставшиеся таблицы, глянула на часы — не было и четырех. У нее не было рутинных задач, так что она могла отправиться домой — никто не стал бы ее сильно искать, и уж мистер Кто точно не стал бы этого делать, получив многостраничный отчет об исследованиях.

Но вместо того, чтобы так и поступить, Гермиона вышла из кабинета и неторопливо направилась к круглой Комнате Дверей.

Это место она видела не раз в страшных снах после того, как побывала здесь с Гарри и Отрядом Дамблдора. Жуткая круглая комната, начинающая бешено крутиться, стоит только закрыть дверь, сводящая с ума, путающая — на деле она оказалась совершенно незаменимым и очень полезным местом, с которым умели работать, правда, только невыразимцы. Для работников Отдела тайн каждая из дверей (число их было произвольным и зависело от непростого соотношения между положением планет, погодой на улице и движением магнитных полей) вела именно туда, куда требовалось. Все, что было нужно — выйти из своей двери и войти в следующую.

Гермиона так и поступила.

Ее дверь распахнулась перед многочисленными рядами одинаковых деревянных стеллажей, заставленных книгами, подшивками газет и журналов, брошюрами, листовками и прочим. У Отдела тайн была громадная библиотека, с которой соперничали только библиотеки Хогвартса и Оксфорда. Художественной литературы здесь, конечно, не было — едва ли нашелся бы безумец, пришедший в Отдел тайн за свежим романом. Но только здесь можно было найти копии всех министерских документов, тиражи вышедших и невышедших газет, справочники по магии, которую считали утраченной или объявляли запрещенной.

Запоздало Гермиона вспомнила, что так и не вернула ту персидскую книгу — она осталась у Майкрофта. Но при мысли о Майкрофте вспомнилась дверь в его спальню — и Гермиона определила книгу на персидском в список тех вещей, от которых лучше отгородиться щитом.

В голове снова посветлело, и она, взмахнув палочкой и подтвердив свою личность, прошла к одному из множества столиков. Едва она отодвинула стул, ее накрыли чары конфиденциальности — теперь никто не мог увидеть ни ее, ни книги, которые она потребует.

По запросу перед ней очутилось несколько внушительных справочников. Она не знала точно, где искать, но нужно было начать с чего-то.

Шерринфорд мог оказаться чем угодно: заклинанием, замком, городом, артефактом. Ситуация осложнялась тем, что большинство действительно подробных справочников по магическим объектам были выстроены в семантическом, а не в алфавитном порядке. И Шерринфорд мог с одинаковым успехом оказаться рядом с Хогсмитом, Диадемой Рейвенкло или Веритасерумом.

Но его не было ни в одном из разделов.

Страница за страницей, фолиант за фолиантом — ничего. Шерринфорда не существовало в справочниках и каталогах, и поисковое заклинание по всей библиотеке не дало никаких результатов.

Гермиона вышла из библиотеки спустя несколько часов с ощущением жгучего, болезненного, едкого разочарования. Разумеется, было глупо думать, что информацию, ради которой Малфой подлил ей приворотное зелье, будет легко найти, но настолько сокрушительной неудачи Гермиона не ожидала.

И это была не последняя неожиданность в этот день. Вернувшись домой, Гермиона обнаружила на подоконнике сложенный пополам лист бумаги.

Последнее время письма приносили одни неприятности. Захотелось спалить листок, но она, конечно, развернула его. В этот раз там не было обвинений в нерасторопности от Невилла и завуалированных угроз от Малфоя. На белоснежной бумаге знакомым изящным почерком с заметным наклоном влево было написано буквально две строчки: «Если вы располагаете временем и возможностью, приглашаю вас на ужин. Автомобиль будет у вас в десять минут одиннадцатого». И, разумеется, подпись: «МХ».

Любопытно, как он поступил бы, если бы у Гермионы не было времени на встречу? Если бы она не вернулась с работы домой? Вероятно, письмо было бы изъято тем же способом, как и доставлено.

Гермиона поднесла листок почти к самым глазам, не зная, что именно хочет разглядеть. Было трудно представить, какие мысли владели Майкрофтом, когда он писал эту записку. Какая-то часть Гермионы (возможно, Та) хотела верить, что он испытывал волнение, но разум подсказывал, что он оставался безупречно-спокоен и прикидывал варианты реакции на записку, выстраивал стратегию предстоящего разговора.

Гермиона убрала листок в стол и направилась в спальню, к шкафу с одеждой. Она разобрала его буквально вчера, но совершенно не помнила, что в нем висит. Открыла.

Предсказуемо, ряды мантий на каждый день, пара парадных и несколько маггловских костюмов. Она не знала, что именно имел в виду Майкрофт, написав: «Приглашаю вас на ужин». Куда именно? Отвезет ее автомобиль к дому на Роберт-стрит или к какому-нибудь фешенебельному ресторану? Будет ужин уютным или торжественным?

— Умойся, — посоветовало зеркало, и Гермиона шикнула на него. Артефакт пошел рябью и обругал.

Гермиона прогнала рябь и