А может, это к лучшему? - Марина Эркель

Я отыскала взглядом Акима, и с улыбкой заметила, как он, немного в стороне, показывает молодому парнишке, лет тринадцати, простые боевые приемы, которые тот, в свою очередь, с усердием старался повторить. Тут мой взгляд зацепился за еще одну маленькую фигурку. Анастасия! Она стояла чуть поодаль от мальчишек и смотрела прямо на этого юнца. Хоть было и темно, но от меня не ускользнуло то, как на лице девочки светилась улыбка, а в глазах читалось восхищение. Какие же дети бывают наивные, и в тоже время умные и понимающие.

— Интересно за ней наблюдать, верно? Вроде стоит без движения, а все равно тяжело отвести от нее взгляд, — прозвучал голос у меня за спиной.

Я обернулась.

— Ваше Величество! — я присела в реверансе, — Да. Вы совершенно правы. Поведение детей порой бывает непредсказуемым. Иногда кажется, что они другие. Не такие, как мы. Настоящие.

— Верно. Настоящие. Дети не умеют врать. Они открыты для всех и каждого. С ними проще общаться и легче понять. Они не скрывают свои чувства, эмоции, желания. В отличие от взрослых. Ведь так?

Прозвучало как намек.

— Что? — Я посмотрела на Наталию.

— Порой внутри нас уже живет то, чего мы не замечаем долгое время. Или пытаемся убедить себя, что этого нет, хотя понимаем, что врем самим себе. Такое упрямство может покалечить нашу жизнь, — девушка посмотрела на меня, — Задумайся об этом.

— Я не понимаю, о чем вы говорите…

Она обняла меня за плечи и шепнула на ухо:

— Ты ведь не Настю искала там, верно. Ты искала того, кто не дает тебе покоя все это время. Просто ты сама еще не осознала, кто это. Но то, что у тебя здесь, — она приложила свою ладонь к левой стороне моей груди, — уже решило все за тебя…

Наталия посмотрела в мои немигающие глаза и улыбнулась:

— Со временем ты все поймешь.

Потом развернулась и плавным шагом устремилась ближе к костру.

Пока мозг переваривал странные фразы Императрицы, мой взгляд невольно переместился в сторону Акима. Он все так же занимался с юнцом боевым искусством и параллельно с этим рассказывал ему что-то смешное. Их смех эхом отдавался у меня в ушах.

Я залюбовалась своим напарником. Его темные волосы колыхались на ветру, попадая то в глаза, то на скулы. Рубашка натянулась на плечах, выставляя напоказ рельефные мышцы на спине. Его глубокий смех приятно звучал в голове. Я будто погрузилась в сон. Все вокруг стало серым, расплывчатым, и только он казался ярким, живым пятном.

Я потрясла головой. Что ж такое творится! Видимо, жара от костра затуманила мне голову. Я резко развернулась и направилась к озеру.

Оказавшись на берегу, я с наслаждением сняла сапоги, села не песок и опустила ноги в воду. Бодрящая прохлада прошлась по всему телу. Ко мне вернулся ясный разум. Господи, неужели я и правда стала неравнодушна к этому высокомерному и эгоистичному типу?! Хотя после того, как он спас мне жизнь, эгоистичным его не назовешь.

Я влюбилась, что ли? Так получается?

Проведя рукой по волосам, я посмотрела на свое отражение. Вроде ничего не изменилось. Волосы те же, лицо то же. Только вот глаза стали как-то подозрительно блестеть.

— Эй, чудо в перьях!

Я повернулась на звук знакомого голоса.

— Мы тебя потеряли, — Аким подошел и встал прямо на до мной, — Почему уходишь без предупреждения?

Растерянная от того, что почувствовала, как мое сердце забилось чаще при появлении Акима, я пожала плечами.

— Просто подумать хотела.

— Подумать, значит? — мужчина наклонился, обхватил меня под грудью и одним легким движением поднял на ноги, развернув лицом к себе.

— Вам, женщинам, думать вредно! — Аким улыбнулся и заправил выбившуюся прядь мне за ухо.

Я вздрогнула. Но когда до меня дошло, что он сказал, я нахмурилась.

— Что?

— Что слышала, — напарник подхватил сапоги, вручил их мне, дождался пока я обуюсь, и взяв меня под руку, повел обратно в поселение.

Глава 9

Выехали мы рано утром. Дмитрий и Лиза снабдили нас провизией, луком со стрелами для охоты и некоторой одеждой. Шли мы не спеша, давая лошадям отдохнуть, если вдруг придется убегать. Хотя погони не было уже давно.

Вокруг нас пели еще не улетевшие птицы. Деревья, колышимые слабым ветром, будто что-то шептали нам. Вот начала отсчет кукушка. Из-за куста выскочил ежик, остановился, поводил носом и снова помчался по своим делам.

У меня из головы никак не выходил разговор с Наталией. Ворочалась всю ночь. Я посмотрела в сторону мужчины, идущего рядом со мной.

— Аким?

— Мм?

— А как ты узнал вчера, что я на берегу?

Несколько секунд он просто молчал.

— Странная штука… Я, вроде как, почувствовал…

— Почувствовал? — усмехнувшись, переспросила я.

— Да. Что-то само повело меня к берегу.

Я вздернула бровь. Аким продолжил:

— И ладно, если бы это произошло один раз. Но я чувствовал тоже самое, когда на тебя напал вендиго. Поэтому я и примчался.

Он чувствовал меня? Как такое может быть? Хотя…

— Знаешь, а ведь я тоже почувствовала себя странно за секунду до того, как тебя ранили. Ну, еще в академии у выхода. Только не придала этому значения, — чуть помедлив, все же спросила, — Что с нами происходит?

То, что происходит со мной, я уже знала, но вот он…

— Не знаю… — Аким пожал плечами.

Я вздохнула.

Остальную часть пути мы провели молча. Иногда останавливались размять затекшие ноги и поохотится. Это, в основном, делала я. Аким оставался при Наталии и Насте в случае непредвиденных обстоятельств.

Шли мы еще несколько часов, до самой темноты, пока не увидели вдалеке огни города. Все обрадовались.

— Видите тот голубой дом, за насаждениями? — показала Наталия в сторону отдельно стоящего двухэтажного здания, освещенного фонарями, — Нам туда. Это имение моей тети. Оно находится не в самом городе, но и не слишком далеко от него. Отсюда доберемся за день.

— Отлично. Тогда сегодня переночуем здесь, а завтра двинемся снова.

Мы спешились и развели костер. Доели оставшуюся с обеда провизию.

Настя и Аврора сразу же заснули, а мы втроем еще сидели, глядя