Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

— Она не выгорела? Что с ее сферой? — услышала вопрос Аранэля.

— Не видишь? Треснула! Магия выжигает тело, — гаркнул ректор. — Убирайтесь все сейчас же! Если она не удержит контроль, убьет вас всех.

Толпа пришла в движение и поредела. Остались некоторые: все парни нашей команды, Аранель, с заметно посеревшим лицом, и Линетта продолжавшая поддерживать мою голову. Возле Тирела стояла Кирана, держа его за руку. Линетта положила ладони на мои виски. И я ощущала, что ее пальцы холодные и шершавые от пыли.

— Линетта, уходи здесь опасно, — заметил Сенье.

— Нет, — подруга всхлипнула. — Она же спасла меня. Я не уйду!

— Почему так произошло? — задал вопрос Аранэль.

— А ты Ризгас, сколько можешь удерживать щит Карахо? — рыкнул Стомиан. Дроу не ответил. — А ей пришлось держать больше пяти минут!

— И сфера была истончена, — заметил Тирел.

— Заткнитесь или уйдите! — снова гаркнул ректор, беря второй рукой мою руку. — Мешаете.

И дальше он говорил только мне:

— Лея, сейчас ваш магический источник не может успокоиться и давит на сферу. Потому и больно. Если не успокоитесь, сфера лопнет. И вы убьете всех нас своей тьмой. Времени мало.

Слова медленно доходили до меня, как сквозь туман. Но все же я слышала лорда Сенье. И понимала, что он прав. Но как усмирить магию не знала. Теперь я и сама чувствовала, как кольцо родовой защиты сигналит мне об опасности. И у меня мелькнула мысль, как обожженные пальцы, еще могли что-то чувствовать?

— Лея, смотри мне в глаза, — лорд Сенье от волнения перешел на «ты». — Глубокий вдох и старайся усмирить силу, успокаивайся. Давай, ты сможешь… Не все так плохо, сфера треснула не полностью. Не дай магии разорвать ее полностью.

Я старалась. Правда старалась. Но у меня ничего не получалось. Как назло, когда я попыталась уменьшить магию источника, она, колыхнувшись, снова вспыхнула. И я сжала зубы, чтоб не застонать.

— Думай о хорошем. Вспоминай все самое приятное, что с тобой было, — посоветовал рядом голос Тенебрея.

От руки лорда Сенье, лежавшей у меня под грудной клеткой, почувствовала холод.

Я закрыла глаза и вспомнила берег озера, горы на горизонте, отца и дядю на берегу, услышала свой счастливый смех, стало немного легче, и я поняла, что на правильном пути… Тренировки в пустыне. Папины руки, направлявшие мои, и радость от изготовления нового артефакта.

— Хорошо, Лея, продолжай, — похвалил меня ректор. — Как только магия успокоиться до необходимого уровня, я поставлю свою защиту на сферу. Мне придётся вмешаться в твою ауру.

Я кивнула. Боль перешла от сковывающей, к тупой и постоянной, не такой сильной. Я наконец-то смогла дышать более спокойно и снова открыла глаза.

На меня продолжали смотреть встревоженно. Я увидела Элдрина и Аранеля рядом друг с другом и снова почувствовала острую боль.

— Не отвлекайся! — рыкнул другой голос, и я встретилась с фиолетовыми глазами Тенебрея.

Вспомнилась наша поездка к ведьме и побережье. Отвела взгляд, встретившись с голубыми глазами лорда Сенье.

— Спокойней, Лея. У тебя все неплохо получалось.

Линетта гладила меня по голове и ее руки успокаивали.

Глаза ректора затягивали, в них отражалась магия. Я вернулась к мысли о море, кораблях на горизонте, плеске волн разбивающихся о скалы, дуновению бриза. И в памяти неожиданно возникла вечеринка в хижине, и поцелуй в беседке.

В следующий момент, я ощутила острую боль в солнечном сплетении. Она была не такой сильной, как от вспыхнувшего источника, но от того все равно не менее болезненной. Постаралась сдвинуться, но боль быстро пропала. И я ощутила себя гораздо лучше.

— Готово, — отчитался ректор. — Вы молодец, Лея. Сегодня вы — герой дня.

Я посмотрела на него с сомнением.

— Никакой магии неделю, — распорядился ректор. — Пока ограничение снимать не буду. Вам нужно прийти в себя.

Ректор поднялся и посмотрел на остальных.

— Чего замерли? — гаркнул он на остальных. — Сейчас здесь появиться стража и инквизиция. Всем быстро разойтись! Всем, кто не ранен, вернуться в свои общежития. Элдрин, Аранэль, Стомиан сходите в лазарет, пусть вам перевяжут раны.

И снова мне:

— Лея, раны есть?

Я продолжала лежать на земле обессиленная и лишь отрицательно покачала головой.

— Тенебрей, проводите всех своих в общежитие и возвращайтесь с Гохре сюда. — Распоряжения следовали один за другим. — Лея, вам лучше вернуться в свою комнату, раз помощь целителей не нужна. Инквизиции вам показываться не стоит, возникнут лишние вопросы. Целители вам ничем уже не помогут.

Все отмерли и пошли выполнять приказы. Линетта отпустила меня, только после того, как меня подняли на руки. Кто-то подал платок, и я прижала к носу. Кровь уже почти не шла, но лицо было изрядно испачкано.

— Лея, я позже зайду, — пообещала мне подруга.

Тенебрей понес меня в общежитие. Я оглядывалась вокруг, пока мы шли. Адептов на поле почти не осталось. Сновали лекари и адепты лекарского факультета, оказывая помощь пострадавшим. Раненых было довольно много и, судя по всему, это были в основном боевики старших курсов. Я ведь не видела, что происходило по другую сторону разлома.

— Кого-нибудь убили? — задала я вопрос Тирелу, который шел рядом.

— Нет. Инструкторы вовремя сообщили, — ответил вампир. — Только вас не сразу заметили. Вы находились, с другой стороны.

Мое беспокойство улеглось. Обошлось «малой кровью». Все же с разломом даже опытные отряды воинов и инквизиции не всегда могли справиться без потерь.

— Если бы ты, Лея, не распознала вовремя опасность и не предупредила, потерь было бы больше. Адепты младших курсов вовремя разбежались, — пояснил мне Тенебрей.

Действительно, опознать появляющийся разлом по первым признакам сложно. Волнения магического поля могли возникать и спонтанно. Его начало могли заметить только те, кто знал, на что обращать внимание. Я ведь сама не сразу поверила. В походах, я разломы видела. Как и то, как их закрывал дядя, потому у меня был опыт. После его появления твари проникали в наш мир настолько быстро, что мало, кто мог защититься.

В общежитии меня посадили на диван. Тирел опустился на