Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

Мне даже не хотелось думать, что пришлось принимать в спальне помощь парня. Но сейчас было совсем не до приличий. Глаза увлажнились от сдерживаемых слез.

— Хочешь, останусь, пока не уйдет боль? — спросил он тихо.

Оставаться самой совсем не хотелось. И я полностью наплевала на приличия. Не первый раз он мне помогает. Призналась себе, что общество Тенебрея, и его забота приятны мне.

Я согласно кивнула. Свет остался гореть, но шар стал более тусклым, а Корин взял стул и поставил его возле кровати, усевшись верхом, спинкой вперед.

— Тебе снилось что-то плохое? — спросил он.

— Да. Но я не помню.

— Потому и колыхнулся твой источник, — пояснил Тенебрей. — Твоя тьма старается тебя защитить. Ты привыкнешь. По-хорошему, лучше было, если бы на сфере не стояло ограничение, быстрей произошло бы привыкание. Тьма похожа на зверя в клетке. Чем больше заперта, тем агрессивней становится. Но Сенье переживает, что сфера внезапно лопнет, и ты не справишся.

— Корин, а как справился ты? — задала я вопрос.

Жжение постепенно ослабевало, и я смогла повернуться набок, лицом к нему.

— Первый раз не справился, я тебе уже говорил об этом. А потом жил несколько недель сам в уединении, беря силу под контроль. И до сих пор не всегда уверен, что смогу сдержать тьму, если сила вспыхнет на полную. Когда сфера лопнула, я думал, сгорю в собственной Тьме. Лишь мысли об отце и жажда отомстить за него, помогли мне в какой-то момент не сдаться и не умереть. Это очень тяжело, Лея. Я надеюсь, тебе не придётся этого испытать.

Постепенно боль уменьшалась, а веки тяжелели. Свет становился более тусклым. И уже в полной темноте я услышала голос:

— Спи, Лея. Спокойной ночи.

И мне показалось, что по моим волосам скользнуло, что-то теплое.

Мое утро началось с обычной пробежки. Поскольку магией я пока пользоваться не могла, то просто побегала с Кираной и сделала разминку. А потом пошла на пары.

Магистры меня не спрашивали. Я прилежно сидела на лекциях и слушала. На практике по целительству и некромантии было особенно тяжело. Я почти не видела магических потоков, и не могла вникнуть, в то, что рассказывали преподаватели. Поэтому мое настроение испортилось.

Занятие с Уквеа Ликхом также было почти провальным. Он все делал по тем инструкциям, что я дала ему ранее. Но я не могла отследить их правильность выполнения. Орку приходилось описывать мне, как видел он. И хоть парень, был очень терпелив, я нервничала. Надо отдать должное, он не смеялся надо мной и не издевался, вел себя очень тактично.

— Не расстраивайся, Лея, — в конце концов, начал он меня утешать. — Это же временно. И лорд Сенье скоро снимет с тебя ограничение.

— Уквеа, я как слепая себя ощущаю, — призналась ему. — Это очень тяжело вдруг видеть мир не так, как привык.

Внезапная сердечность артефактора меня растрогала.

— Уквеа, почему мне Нагас подарил букет от всех орков? Для вашей расы — это необычно, — задала я вопрос, чтоб не вспоминать о плохом.

— Ну, это… — Уквеа почесал застенчиво за острым ухом. — Девушки-люди любят цветы. Мы в магазине заказали, они все равно там уже сорванные продаются. Ты заслуживаешь, Лея.

И потом добавил:

— И спасибо, тебе за науку. Я не верил в твою искренность.

Я вернулась очень расстроенная и сразу села делать домашние задания, раз с практикой все было плохо. А после ужина просто села читать подаренные книги. В этом была моя отдушина.

Пятница прошла также, и я поняла, что долго так не выдержу. Желание ходить на лекции пропало совсем. Я надеялась, что за выходные что-то измениться. И уже думала о том, когда пойду к ректору просить снять сковывающее заклинание со сферы.

После ужина мы с Кираной договорились погулять в городе в субботу. Мне необходимо было отвлечься.

Утром, встретившись во дворе, мы поехали в город, решив сначала пройтись по магазинам, а потом отправиться к родителям подруги. Мы не спеша прошлись по набережной, заглядывая в торговые лавки. Кирана делала покупки. А я, купив гостинцы и подарки ее родным, терпеливо ждала, когда она освободиться.

Когда подъехала закрытая карета, я не обратила на нее внимания. На улице было множество экипажей. Чьи-то руки закрыли мне рот, и грубо схватив поперек талии, запихнули в темное нутро. Я почувствовала, что не могу говорить, мой рот был заклеен заклинанием, и им же связанны руки. Едва различимые нити магии, что я могла видеть, плотно скрутили мои запястья вместе, не давая даже пошевелить пальцами. Карета тронулась с места и быстро поехала по мостовой, подпрыгивая по ухабам. Я больно ударилась плечом о стенку.

В полумраке кареты, было плохо видно. После солнечной улицы, я не сразу разглядела своих похитителей — двух мужчин бандитской наружности, ухмылявшихся мне.

— У нее ограничение, не дергайся, Лорг. Магией она не воспользуется, — прошипел один другому.

Орк и человек с неприязнью смотрели на меня. Говорил человек, который дальше обратился ко мне:

— Не переживай, красавица. Сейчас передадим тебя твоему любимому и освободим.

Я ничего не поняла из их объяснений, и отчаянно пыталась найти выход из этой ситуации. Ехали мы минут десять. Карета резко затормозила, и в открывшуюся дверь вошел Йохан Ичивер:

— Проваливайте, — отдал он приказ моим похитителям, швыряя им мешочек с монетами.

Мужчины покинули карету, и она поехала дальше. Я уставилась на Ичивера, не веря, что он отважился на похищение. В последние дни он не надоедал мне, лишь провожал взглядами в коридорах академии. Я даже не предполагала, что можно ждать от него подобного.

— Удивлена? — догадался он. — Признаться, ты заставила помучаться, герцогиня.

Я с ужасом смотрела на него. Значит Ичивер смог выяснить кто я. Тогда становилось непонятно, зачем ему похищать меня. Я ждала объяснений.

— Мы проведем вместе эти выходные. А потом я, как порядочный аристократ, подам твоему дяде прошение о помолвке и свадьбе. Ты же не будешь против, после того, как станешь уже не девушкой?

Мое сердце замерло. А Йохан