Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

— Правда. Мой отец был уверен. Но доказать не получилось.

— Почему?

— Перед свадьбой и коронацией, королева, как и положено, неделю провела в святилище монахинь, если бы она была ведьмой, это вскрылось бы тогда. Однако, когда ее на суде приговорили к казни, она по ауре тоже не была ведьмой. А вот ведьмовские ритуалы и зелья использовала точно. Отец не мог понять, как такое возможно.

На этот вопрос теперь могла ответить я.

— Возможно, — поделилась я информацией. — Давай предположим, что твой отец был прав и исходить из этого.

Я замолчала. Не зная, как, не раскрывая наложенных запретов, объяснить свои предположения.

— У меня есть версия, я тебе расскажу, а ты подумай, насколько она имеет место быть, — предложила я.

Мы ехали по полю, и дорога была практически ровной. Корин повернулся ко мне, оценивающе посмотрев и кивнул, подтверждая готовность слушать. А мне просто необходимо было поделиться своей безумной теорией.

— Королева стала Верховной ведьмой после коронации, заключив договор с демоном. Предположим, она захотела власти и решила избавиться от короля. Хотя я бы не стала останавливаться на единственной очевидной причине. Свой ковен, она собрала из соратников-магов. Поскольку главная ведьма связанна с каждым из них, и видела их помыслы, она могла доверять им всецело. Так появилась верхушка заговора, те, кто управлял и манипулировал событиями дальше. К слову сказать, ковен, мог использовать и привороты, и подчиняющие проклятия, способов много собрать нужных людей и подчинить их себе.

Корин снова посмотрел на меня и кивнул, соглашаясь.

— А вот дальше предполагать гораздо сложней… Я думаю, когда королева почувствовала, что ее план на грани провала, и ей угрожает опасность. Она передала свою силу и знания кому-то, кто является одним из приближенных, иначе, ее душа перешла бы во власть демона и была обречена на вечное служение и страдания.

Я замолчала и осторожно посмотрела на Тенебрея, который резко вывернул экипаж из ямы. Он поджал губы, но продолжал слушать.

— Предположений немного, кому бы Сесилия могла передать ведьмовской дар: принцесса или нынешняя королева. Верховной ведьмой не может стать мужчина.

Глаза Тенебрея потемнели, и он нахмурился:

— Дальше, Лея.

Я кивнула, по крайней мере, Корин не стал опровергать мою теорию.

— Новая Верховная ведьма и наложила проклятие на короля, возглавив ковен, который частично, а возможно и полностью остался. На это указывает то, что проклятие совмещает демоническую и ведьмовскую магию. А то, что его наложил кто-то из родственников или близких, подтверждает теорию, указывающую на принцессу или новую королеву.

Мне не хотелось верить в то, что вторая королева причастна к проклятию короля. Мне она импонировала, но исключать эту версию было нельзя.

— Есть еще факты, — продолжила я. — Проклятие появилось через примерно девять лет, после смерти первой королевы. Возможно, то, что новая Верховная не стала продолжать начатое сразу вслед за приемницей, связано с тем, что за это время она набиралась опыта и училась использовать силу. Будь это не так, проклятие было бы наложено раньше.

— Со скольких лет ведьмы вступают в свою силу? — задал вопрос Тенебрей.

— С наступлением лунных циклов, — мне было стыдно отвечать на этот вопрос, но я все же ответила.

— Вот трупы гнилые! — выругался грязно Тенебрей. И мы попали в ощутимый ухаб. Вырулив в сторону, Корин остановил фаэтон и соскочил на землю, отворачиваясь.

Мы стояли на пустынной дороге посреди поля с уже убранной пшеницей. По полю торчала стерня, а ровными рядами были сложены снопы соломы. Я намотала брошенные поводья на стойку, закрепив их, и слезла сама, подходя к некроманту ближе. Тенебрей стоял, напряженный со сжатыми кулаками, глядя вдаль.

— Корин… — я не знала, что сказать. Его явно что-то сильно расстроило. И в который раз за этот день, мне захотелось прикоснуться, чтобы поддержать. Нервная у нас вышла поездка.

— Лея, на самом деле, подозреваемый один, — нарушил он молчание, поворачиваясь. И я увидела, как легли тени на его лицо, а от тела клубилась тьма. Я стояла пораженная этой вспышкой гнева.

— Королева Мишель, никогда не дружила с Сесилией. Они были врагами еще со времен обучения в академии. Мишель была первой настоящей любовью короля. Что послужило причиной их резкого расставания и женитьбы короля на Сесилии, никто не понимал никогда! Все произошло слишком быстро! Ты говорила о любовных зельях? Почему королева не могла использовать приготовленное кем-то ведьмовское зелье? Их распознать трудней, чем «варево» зельеваров. А когда король объявил о помолвке и женитьбе на Форн, Мишель переехала к моей матери, своей сестре-близнецу, и отцу в замок. Тетка жила с нами до переворота. Только после смерти Сесилии, король снова вспомнил о своей первой любви…

Я молчала внимательно слушая.

— А теперь ответь: могла Верховная ведьма передать свою силу маленькому ребенку? Своей дочери?

Я не считала, что имею право отвечать на этот вопрос и стояла, как гром пораженная. Корин сделал свои выводы, правильно поняв мое молчание.

— Она вступила в силу в одиннадцать лет, как ты и сказала. И ведьма не набиралась опыта, она просто не достигла нужного возраста. Патрисия сильно изменилась. Стала самоуверенной, озлобленной, замкнутой. А во время лунных циклов, она имеет особенность запираться в своих покоях и долго страдать от своего состояния. Отказывается от помощи королевских лекарей и часто в это время уезжает на термальные источники.

У меня остановилось сердце. Несмотря на то, что ведьмы весьма успешно скрывают свой дар, они становятся уязвимы во время лунных циклов, и очень болезненно переживают такие дни. Именно в этот период их ауру можно распознать. Магия становиться нестабильной. Это плата за силу, получаемую от природы. И им не помогают зелья и эликсиры. За умение тонко чувствовать растения и их применять в ритуалах, они лишаются способности ими лечиться сами. Не удивительно, что принцессе не могли помочь королевские лекари, а она их гнала прочь.

Я закрыла глаза, так как в них потемнело. Не удивительно, что так долго не могли найти виновного. Обвинять принцессу и подозревать в таком кто станет? Родная дочь пытается устранить отца… Нонсенс! Бред! Больное воображение!

Корин схватил меня за плечи, сильно сжав: