Дело о Черном Удильщике - Мария Карапетян

Мужчина обезоруживающе улыбнулся, и на лице старшего детектива отразилось замешательство.

— Вы разбудили меня, чтобы шантажировать едой?

Инспектор усмехнулся:

— Меня разместили в доме напротив вашего, детектив. Нет никаких загадок, на которые нужно было бы искать ответ. Есть вежливость, — Аркан потряс бумажными пакетами в воздухе, — и совпадения.

Марван устало скрестила руки на груди:

— Господин Хамс, к чему все это представление?

— Госпожа Катран, — в глазах мужчины заплясал опасный огонек, — я пришел к вам за информацией. Как видите, дело не требует отлагательств. Или же из разбитых окон и завалов на вас смотрят проблемы, которые могут подождать?

Женщине стало стыдно. Марван понимала, что работа в округе отличается от работы в исток-городе. Много раз она слышала от Карпуна истории о том, что детективы Пучины могут не спать по трое суток, составляя ежедневные отчеты о наблюдении и патрулируя улицы. К тому же было ясно, что, в отличие от нее, инспектор так и не сомкнул глаз.

— Конечно, нет. — Старший детектив взяла пакеты из рук мужчины и направилась на кухню. — Пожалуйста, проходите.

Аркан прикрыл глаза рукой и, покачав головой, шепотом произнес:

— Ты не была такой вредной…

­­­– Вы что-то сказали? — крикнула Марван из другой комнаты. — Пальто можете повесить возле двери. Располагайтесь в гостиной, я поставлю чайник!

Аркан стоял около каминной полки и разглядывал фотографии в рамках, пока женщина хлопотала, накрывая на стол. На одном снимке Марван робко улыбалась, съёжившись в дружеских объятиях тучного мужчины. На этой фотографии она выглядела моложе, чем теперь, и, кажется, была счастливее. Инспектор узнал место, где они были запечатлены: офис агентства. Со второго изображения на Аркана взирали мужчина и женщина. В их чертах неизменно сквозило родство с госпожой Катран. Он — голубоглазый, с широкими темными бровями, сдвинутыми к переносице, и высокими скулами, а она — с тем самым маленьким вздернутым носом и копной кудрявых черных непослушных волос, которые были убраны в нехитрую прическу. Чуть поодаль, в рамке, прислоненная к стене, стояла грамота «За отличную учебу». Почетный лист был заверен подписями трех глав Департамента, и инспектор сразу же узнал витиеватую закорючку Игоря Конгермана.

— Присаживайтесь, господин Хамс, — женщина указала на один из стульев, которые стояли возле круглого стола, накрытого белой кружевной скатертью.

У Марван редко бывали гости, поэтому женщина то и дело оглядывала сервировку, силясь понять, есть ли в ней какие-либо изъяны. Принесенную еду старший детектив аккуратно разложила по тарелкам, печенье, найденное в недрах кухонного шкафа, поместила в прозрачную пиалу и налила в большие чашки крепкого чая.

— Это ваши родители? — указывая на фотокарточку, спросил инспектор.

— Да, — подтвердила Марван, усаживаясь напротив.

Женщина ожидала, что гость начнет расспрашивать о ее семье, но мужчина, отхлебнув горячего напитка, лишь пододвинул к ней стопку бумаг, небрежно сшитых между собой.

Старший детектив взяла их и прочитала текст, написанный от руки: «Еженедельник „Таинственный стражник“ — ваш проводник в мир округа и его окрестностей». Ниже каллиграфическим подчерком был выведен заголовок: «Жизнь среди руин».

— Это же окружная газета! — удивилась Марван, поднимая глаза на инспектора, который с жадностью откусывал пирог.

— Угу, — с набитым ртом подтвердил Аркан. И, прожевав, пояснил: — Если бы я знал, что люди тут настолько… находчивы, приехал бы раньше. Я увел этот экземпляр прямо из офиса еженедельника. Работники там от руки переписывают каждый лист и сшивают их вручную, чтобы к утру у людей появилось некое подобие информации, которая вернет почву, выбитую у них из-под ног. Более того, «Таинственный стражник» сделал за агентство некоторую работу, даже не ведая об этом. То, что белые мурены появились в округе так скоро, — заслуга управляющего газетой. Он позвонил в главное управление вскоре после того, как начались вооруженные нападения. Хорошо, что печатные издания курируются Департаментом Объединенных Видов и у них есть номер для связи друг с другом.

Марван задумалась, с наслаждением пережевывая кусочек копченой рыбы. Она уже задавалась подобными вопросами ранее, но решила отмахнуться от них, не желая раскапывать содержимое ямы, где находился ответ. Так или иначе, они, восстав из темноты сознания, обрели форму и сияли так, что их нельзя было игнорировать.

«Почему инспектор предпочел отсидеться в безопасном месте, а не пробираться сквозь толпу к телефонному аппарату, чтобы немедленно доложить о случившемся Департаменту? И тот ли он, за кого себя выдает?»

Но вслух женщина задала более уместный вопрос:

— Почему работники еженедельника переписывают новости вручную?

Мужчина протянул руку к печенью и, взяв из пиалы сразу три штуки, воскликнул:

— Я предвидел, что вы будете наблюдательны, госпожа Катран! В механизм типографского станка кто-то залил воск! У меня есть догадки, с какой целью это было сделано, но утверждать что-либо еще слишком рано. Меня заверили, что местный мастер сможет устранить эту неприятность, но ему потребуется время.

Старший детектив наблюдала, как Хамс отправляет в рот одно печенье за другим, запивая все большим глотком чая. Его тарелка и чашка оказались пустыми.

— Можете съесть и мои пироги тоже, — засмеялась Марван, пододвигая к нему свою тарелку с выпечкой. — Налью вам еще чаю, инспектор.

— Извините меня, я очень голоден, — признался Хамс. И бросил вслед уходящей на кухню женщине вопрос, не дающий ему покоя: — Госпожа Катран, а кто этот рыжеволосый мальчуган, который пытался предупредить вас о нападении?

Старший детектив вернулась в гостиную с чайником в руках и, налив до краев обе чашки, поставила его на стол.

— Если честно, я сама хотела бы знать.

Женщина подробно рассказала инспектору историю знакомства с малолетним бандитом, ничего не утаивая и не приукрашивая. Аркан облегченно вздохнул:

— Нужно найти беспризорника и допросить. Судя по всему, он многое знает.

Старший детектив откинулась на спинку стула и поинтересовалась:

­– Вы сказали, что у вас есть догадки о том, что происходит. Можете поделиться ими со мной?

Аркан положил локти на стол и заговорщицки спросил:

— Вам не кажется странным, что все здания, кроме агентства и типографии, разрушены? Как будто… — Инспектор не договорил, потому что Марван подхватила его мысль:

—…кто-то отдал конкретный приказ. Но для чего? — Она нахмурилась в непонимании.

— Мне на ум приходит только одно, — мужчина запустил в свои каштановые волосы руку, и курчавая прядь упала ему на лоб. — Инициаторы хотели, чтобы агентство продолжило функционировать. Наша задача состояла в том, чтобы Департамент как можно скорее предпринял меры, касаемо ситуации, и направил отряды белых мурен из Пучины во все четыре округа. Мне не хочется в это верить, но, по правде говоря, все указывает на то, что это было задумано ради убийства Игоря Конгермана. Человек, придумавший этот план, не так уж и глуп: он, если выражаться метафорически, разжег костер в сухом лесу и, пока все были заняты тушением пожара, выкрал из амбара накопленное золото.

Марван, потрясенная догадкой, пробормотала:

— Типографский станок залили воском, для того чтобы текст газеты, написанный от руки, не смог пройти проверку Департамента! Сами подумайте, кто в суете погрома будет заниматься выяснением подробностей и достоверности предоставляемой информации⁈

Старший детектив открыла последнюю страницу, где размещались объявления. Пробежав глазами по колонкам, где жители города просили выйти на связь родственников и разыскивали пропавших домашних животных, она указала на короткое сообщение, помещенное на самой последней строке: «Отдам самые вкусные козявки своей матери. Место встречи — 'Зеленая аллея».

— Эти слова я крикнула беспризорнику, когда он вырвался и побежал прочь. Он оставил послание в газете. Гениально!

Аркан перегнулся через стол и, прочитав объявление, с восхищением проговорил:

— Каких удивительных людей я нашел в этом странном, топком месте!

Уходя, инспектор задержался в дверях. Обернувшись на женщину с торчащими в разные стороны волосами и одетую в старый домашний халат, мужчина поблагодарил ее за гостеприимство:

— Спасибо, старший детектив! Я знал, что вместе мы сможем найти зацепки и отмести часть вопросов.

И снова природное любопытство взяло над женщиной верх. Язык сработал быстрее, чем она успела подумать