Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

— Надеюсь до этого не дойдет, — хмыкнул я, приметив за спиной Лога фигурку Каи и улыбнувшись. — Надеюсь, через неделю я убежу их лидера в том, что мы не желаем им зла…

Ласла проследила мой взгляд и кивнула Логу, отпуская его. А когда он ушел, моя названная сестра наклонилась ко мне и спросила:

— Влад, слушай, ты не влюбился ли в нее часом?

— В кого? — рассеянно спросил я, следя за тем, как Кая помогает одной из кофейных женщин катить в сторону входа огромную бочку.

— В сипиху, в кого же еще, — весело уточнила королева. — Только и делаете, что с ней переглядываетесь.

— Ну… — я задумчиво потер подбородок, который отчаянно пыталась захватить щетина. — Не сказал бы, что это влюбленность. Мы очень сблизились, проводим много времени вместе. Великой чистой любви я к ней не испытываю… но я ее очень уважаю, ценю и, что греха таить, считаю привлекательной. Да и я, кажется, ей нравлюсь.

— Тогда все хорошо, — как-то спокойно, умиротворенно улыбнулась Ласла. — Ганс, именно на такой почве и вырастают самые крепкие отношения. Влюбленность быстро перегорает… и если она не подкреплена взаимным уважением, желанием учить друг друга и учиться вместе — остается одно разочарование. Потому подумай над этим. Не буду я тебя заставлять жениться на принцессе. Присмотрись. Может Кая — та самая, с которой ты будешь счастлив до конца своих дней?

— Обещаю над этим подумать, — хмыкнул я. — Но только после того, как мы закончим с учеными и я смогу снять эйтову цепь со своей ноги.

— Хорошо, — кивнула Ласла, а потом взъерошив мне волосы добавила. — Больше всего я хочу, чтобы ты был счастлив.

Я же лишь снова выловил глазами из толпы Каю. И она, перехватив мой взгляд, смущенно мне улыбнулась. В своем к ней уважении я не сомневался… но что, если ее первая влюбленность перегорит и ничего после нее не останется? Потому я пока что никуда не торопился, хотя и не мог об этом не думать…

60. Прожорливая Мельница

— Ты готов, Ганс? — сипуха в мою комнату не вошла, сипуха в мою комнату радостно впорхнула.

Вот ведь интересная деталь — ее сложно было назвать выдающейся красавицей, но стоило Кае улыбнуться, как ее лицо преображалось. Странно, что раньше я этого не замечал. Может, просто серьезная сипуха поначалу старалась улыбаться как можно меньше, всегда держалась отстраненно? Хорошо, что это осталось в прошлом. Энергичная, улыбающаяся Кая мне нравилась гораздо больше, чем официальная зануда.

— Еще бы, — я развернул свое кресло к ней. — Мы столько сил приложили ради этого дня! Пошли скорее!

Кая застала меня за написание очередных корявок. Да, впрочем, чем я еще мог заниматься под вечер перед важным делом? Писал я с неохотой, постоянно прерываясь чтобы глянуть на время — благо, часы были во всю стену.

— Только не уходи прямо из кресла, — она весело схватилась за мою коляску и довезла до постели. — Давай, укладывайся. Это может занять гораздо больше времени, чем наш обычный выход, так что лучше устроиться поудобнее.

— Тогда не смей садиться рядом со мной в кресло, — попросил ее я, осторожно перебираясь с коляски на кровать. — Ложись рядом.

— Мы это уже обсуждали, — вздохнула она, а потом неожиданно смягчилась. — Хорошо. Но только в этот раз, Ганс. И никаких обниманий. Идет?

— Идет, — кивнул я. — Главное чтобы у тебя ничего не затекло как… как всегда.

Кая на это натянуто улыбнулась. Ну да, каждый раз вставая с кресла после наших сеансов она делала зарядку, хрустя всеми своими костями. Меня это поначалу веселило… пока я не попытался сам выйти на водный план прямо из коляски. После часа в неподвижности в не слишком удобной позе мое тело вовсе не было радо вернувшемуся в него сознанию.

Пока я взбивал подушку и укладывался поудобнее, Кая скромно устроилась рядом со мной на спине и неожиданно сжала мою руку. Я удивленно повернул к ней голову и получил какую-то совершенно особенную улыбку.

— Ваше высочество, когда мы вернемся, — сказала она тихо, — я вам кое-что важное скажу. Идет?

— Идет, — от этих слов у меня на душе потеплело.

А ведь я тоже хотел с ней поговорить и голову был готов дать на отсечение, что о том же, о чем хотела она.

Значит, все? Никаких больше интрижек, кошечек, глупых влюбленностей в красивых королев и прочей ерунды? Да здравствуют крепкие, постоянные а главное совершенно привычные отношения? И почему от осознания этого факта мне хотелось горы свернуть?

— Тогда давайте вернемся побыстрее, — она закрыла глаза. — С победой.

— Обещаю постараться, — согласился я, и мы вместе вышли.

Появились мы в привычном зале, и Кая тут же присела передо мной на корточки и сняла с ноги Эйтову цепь. Это меня удивило. Я думал почему-то, что она снимет один ее конец с Ласлы и привяжет к себе. На мой удивленный взгляд сипуха пояснила:

— Распоряжение ее величества. Если быть точнее — проверка. Она останется в башне и посторожит вход в кошмар. Если что-то случится, она поймает.

— Почему некоторые вещи она говорит только тебе? — подозрительно сощурился я.

— Не знаю, — дернула птичьими плечами Кая, а потом приобняла меня крылом. — А еще Ласла дала нам бусину, при помощи которой мы переместимся в альков Гила. Вот.

Она продемонстрировала мне маленькую, малахитовую бусинку, и тут же приложила ее к бусам, болтающимся на моей шее.

— Тебе она нужнее, — сказала она. — Мало ли с кем и когда еще тебе придется договариваться. Замок Соломати — очень удобное место для ведения переговоров.

— Что-то я волнуюсь, — вздохнул я.

— Все у вас получится, — заверила меня Кая. — Вы справлялись с богами, что вас какой-то ях. К тому же — разве мы не идем просто сказать им, что мы не совершим никакого зла?

— Похоже на то. Ну что ж… как перемещаться?

— Просто пожелайте, — попросила Кая. — И держитесь за меня, чтобы и я перенеслась тоже.

Я еще раз глубоко вздохнул, кивнул и пожелал. Мог бы — глаза закрыл, но увы, век у моего здешнего тела не было. Такое досадное неудобство! Ни глаз, ни губ, ни кожи и мышц, но тем не менее я все видел,