Герой ее романа - Селина Синклер

В этот раз Сара по-настоящему развлекалась.

Десять минут назад она вошла в бальный зал с высоко поднятой головой и с улыбкой на губах. Невероятно, чего можно достичь уверенным видом. Те самые люди, которые раньше смотрели на нее, будто на белую мраморную колонну, теперь улыбались ей и вежливо кивали. Кто-то даже схватил с подноса проходившего мимо лакея бокал шампанского и предложил ей. Сара сделала глоток, поморщилась от ударившего в нос газа и поставила бокал на стол.

Конечно, помогало то, что почти никто не узнавал ее. Кэйт настояла, чтобы они на уикенд съездили в большой город. В Йорквилле для полной переделки обе «девушки» пошли в салон к модному стилисту. В результате у Сары появилась новая эффектная стрижка, она подобрала себе контактные линзы и полностью обновила гардероб. Как утверждала Кэйт, каждая вещь «кричала» о сексуальности и самоуверенности знаменитого писателя.

Трансформация вроде бы удалась. Не прошло и минуты, как Сара стала одной из гостей. Такой же, как все. Главное испытание предстояло пройти у родителей. Она изучила зал, полный народа, заметила темную голову матери в центре тесного кружка пожилых дам и медленно подошла к ним. Мать повернула голову и вежливо улыбнулась. Секундой позже улыбка застыла на ее губах, карие глаза удивленно уставились на дочь.

— Сара!

Да, наконец-то собственная мать узнала ее, мелькнула печальная мысль. Сара наклонилась и поцеловала хорошо напудренную щеку.

— Поздравляю, мама.

— Благодарю... Спасибо, дорогая, — пробормотала миссис Мэтьюз. — Леди, вы помните мою дочь, Сару?

Раздался вежливый хор голосов, подтверждавших, что они помнят Сару.

— Вы имеете в виду ту девушку, которая должна наконец привести в семью парня? — вдруг раздался недовольный голос.

Сара не могла сдержаться и расхохоталась.

— Да, Элайз, это она. — Миссис Мэтьюз болезненно улыбалась, глядя на дочь.

— Ну, уйдите же с дороги, дайте мне посмотреть на нее, — скомандовал тот же раздраженный голос. — Она молодец, если у нее хватило здравого смысла бросить Джексона — этого пустого красавчика, которого вы с Кеннетом нашли для нее.

— Элайз, прошу тебя.

Обладательница сердитого голоса наконец появилась из-за спин двух других дам. Крохотная фигурка, обильные драгоценности в ярко-золотистых волосах, живые голубые глаза.

Сара тотчас узнала свою поклонницу. Сегодня в полдень она подписала ей книгу.

— Привет, миссис Стивенсон.

— Это вы! — вытаращила глаза пожилая леди. — Но... Святые небеса! Элизабет, — обратилась она к матери Сары, — я задушу тебя! Ты говорила, мол, девочка что-то кропает, чтобы заработать на жизнь. Кропает! Но она Л.Э. Майклз! — воскликнула миссис Стивенсон.

Остальные дамы, явно испытав шок, тоже зароптали.

Сара посмотрела на озадаченную мать и решила пожалеть ее.

— Миссис Стивенсон, боюсь, виновата я. Мы договорились не открывать наш маленький секрет, пока не будем готовы объявить об этом официально.

Миссис Стивенсон окинула Элизабет Мэтьюз недовольным взглядом, но простила.

— Вы бы, девушки мои, видели, какая была очередь. Сотни людей. Мне пришлось ждать больше часа, чтобы подписать мой экземпляр книги «Июнь в Джакарте».

— Ох, простите, — извинилась Сара. — В самом деле покупателей оказалось больше, чем мы ожидали. Я с удовольствием пошлю вам экземпляр следующей книги с автографом, чтобы загладить неловкость.

— Замечательно, дорогая, — просияла миссис Стивенсон. — С нетерпением буду ждать.

Сару окружили жаркие поклонники Л.Э. Майклз. И получилось так, что они мешали матери остаться с Сарой наедине и задать наконец вопрос об отсутствующем кавалере. Не выдержав, миссис Мэтьюз вежливо, но твердо взяла дочь под локоть и отвела ее в сторону.

— Ну? Где он? — настойчиво спросила мать, глядя в зал поверх плеча Сары. — Я просто умираю, так хочу его видеть... — Она внезапно замолчала и потрясенно вытаращила глаза. — Боже милостивый!

— Что случилось, мама? Тебе нехорошо?

— Мне...

— Не обращай на нее внимания, — заметила миссис Стивенсон, проходя в это время мимо. — Должна признаться, что я и сама на секунду онемела при виде его.

— Кого?

— Того, кто вошел сейчас в бальный зал. Не влюбиться просто невозможно. — Сара хотела было обернуться, но миссис Стивенсон зашипела: — Ш-ш-ш. Не оборачивайся. На него все смотрят, и это может испугать его. — Миссис Стивенсон пронзила взглядом Элизабет Мэтьюз. — Ладно, Лиззи. Теперь говори. Кто он?

— Не знаю, — нахмурилась миссис Мэтьюз.

— Это же твой юбилей. Предполагается, что ты знаешь здесь каждого.

— Конечно. Единственный человек, которого я еще не видела, — это кавалер Сары, сопровождающий ее. Она как раз собиралась мне рассказать о нем, когда ты так грубо вмешалась в наш разговор. Так что, если не возражаешь...

— Он идет сюда!

Сара с удивлением наблюдала, как невольно взлетела рука матери, чтобы поправить воображаемую прядь, будто бы выбившуюся из прически.

— Кто-нибудь его знает?

— Может быть, это грабитель?

— Боже мой, он смотрит на меня!

— Не льсти себе, — хмыкнула миссис Мэтьюз. — Он смотрит на мою Сару.

— На меня?

— Сара, обернись и скажи нам, что этот джентльмен пришел сюда с тобой, — скомандовала мать.

Сара обернулась. Сейчас она скажет, что понятия не имеет, кто это такой. И в ту же минуту, повинуясь какому-то инстинкту, волосы у нее на затылке встали дыбом. Она встретилась с ним взглядом.

И почти физически ощутила удар. Словно под гипнозом, она не могла ни шевельнуться, ни заговорить. В великолепном черном смокинге, он напоминал священное чудовище. Шаги, грациозные и легкие, сверкающие серые глаза предупреждали об опасности.

За прошедшие две недели миллион мыслей, вопросов, обвинений пронеслись у нее в голове. Но сейчас даже ради спасения жизни она не могла выговорить ни слова. Хотя после его ухода, когда она писала, придумывая наказания Ягуару, Сара мысленно представляла себе тот момент, когда снова увидит его и скажет то, что должна была бы сказать тем утром, когда он так безжалостно оставил ее.

Но слова, хранившиеся в мозгу, слова, которыми она обычно заполняла страницу за страницей, растаяли от его гипнотического взгляда.

А он подходил все ближе и ближе, будто намеревался убить ее. Сара отступала, чуть ли не оттолкнула мать... И тут оцепеневшие мозги вдруг заработали. Вспыхнула ярость вместе со стремлением побыстрее выбраться отсюда.

Но выхода не было. Ее со всех сторон окружали подруги матери, с нетерпением ждавшие, когда она представит им этого мужчину.