Через шестнадцать лет - Фэй Уилбик

— Ты, наверное, хотел сказать, половина семидесяти процентов? — брякнула Трэлла и сама пожалела, что произнесла эти слова. Алан, надо отдать ему должное, ничем не выдал своего раздражения.

— Да, половина семидесяти процентов, — спокойно произнес он. — Во всяком случае до тех пор, пока я не найду способ выкупить долю Агнес и избавиться от нее навсегда.

Заявление явно понравилось привередливой собеседнице, особенно тот презрительный тон, которым было произнесено имя мачехи.

— Я предлагаю тебе то, о чем ты мечтала, — место, где можно пустить свои корни. Это гораздо продуктивней, чем учеба в очередном колледже.

Алану почти удалось вызвать у непокорной возлюбленной улыбку, хоть та всячески сдерживала себя, кусая губы.

— Я не знаю, — прошептала она.

— А я знаю. Выходи за меня замуж.

Голос Алана звучал более чем уверенно.

Девушка подняла глаза, пытаясь найти на лице мужчины что-то, что могло облегчить ее согласие. Она нашла ответ на свои сомнения в глубине голубых глаз, наполненных страстью.

Во взгляде Алана было нечто большее, чем сексуальное влечение. Он все равно будет ее любить. Уже любит! Так хотелось этого, что уверенность отгоняла сомнения.

— Хорошо. — Трэлла медленно, будто еще сомневаясь, кивнула головой. — Я выйду за тебя.

У Алана гора свалилась с плеч. Ему хотелось привлечь девушку к себе от радости, но та отодвинулась и встала. Он тоже поднялся. Трэлла решительно вскинула подбородок.

— Но у нас будут раздельные спальни.

Алан в удивлении замер, подумав, что его радость была преждевременной. Да, им предстоит непростой путь, прежде чем они смогут вернуться к прежним отношениям. Трэлла не доверяла ему, но доверие со временем можно завоевать.

— Раздельные спальни, — повторил Алан, выказывая свое согласие. Сейчас он был готов пойти и на раздельные государства, лишь бы Трэлла стала его женой. Знал бы он, как внимательно следила она, сколь быстрым и легким будет согласие мужчины на ее условие.

— Я думаю, нам пора возвращаться, — быстро произнесла она, стараясь не думать о сделке, которую они только что заключили.

Девушка взглянула на Алана, садившегося на коня. Он снова в себе уверен, а она страдала, находясь в смятении. Какая же мерзость его связь с мачехой! Да, это произошло много лет назад, и ее это вроде бы не касалось. Но как он мог позволить себе такое?!

Одно дело догадываться о сексуальной многоопытности Алана и совсем другое — столкнуться с его былой любовницей лицом к лицу. Тем более что речь о жене его отца. Алан не любил отца, но это еще не повод спать с его женой…

Пропади пропадом все его любовницы! Трэлла Кэтэр — вот главная женщина Алана. И сейчас ей надо сосредоточиться на том, что минуту назад она согласилась выйти замуж за человека, которого любила. Если бы его чувство было адекватно ее любви, то с этого момента неизбывное счастье могло стать смыслом ее и его жизни. Но это, конечно, если бы он любил ее так же, как она его… Можно ли в такое поверить?

14

Нет не такой представляла девушка свою свадьбу. Не было ни роскошного свадебного туалета, ни толпы друзей со счастливыми лицами, ни охапок цветов, наполняющих своим ароматом воздух.

Вместо положенного белого убранства невесты — простое кремовое платье с небольшим вырезом у шеи в форме сердечка. Оно облегало все еще тоненькую фигурку, расходясь книзу широкими фалдами, которые заканчивались немного выше колен. Но несмотря на простоту, платье выглядело потрясающе красивым и женственным. Толпа доброжелателей состояла из Сола, Ибер и малолетнего любимого проказника.

Глаза Ибер подозрительно блестели, но Сол был мрачен, он мог бы с таким же успехом присутствовать на похоронах. Алан оказался куда более точным в своей оценке реакции Сола на их интимную связь. Но Алан не мог предвидеть, что Сол обрушит свой гнев не только на него, но и на любимую сестру.

Невеста стояла с опущенными глазами, уставившись на букет роз, который Ибер сунула ей в руки, когда они выходили из дома. Цветы расплывались в размытое бело-розовое пятно, и невеста моргнула несколько раз, чтобы высушить стоявшие в глазах слезы. В последнее время она постоянно пребывала в плаксивом настроении. Ибер уверяла, что это все из-за беременности. Но Трэлла твердо знала, что главная причина слез — ее разбитое сердце.

Все было не так, как у людей. Они с Аланом должны купаться сейчас в море улыбок и счастья, а вместо этого… Слезы снова навернулись на глаза невесты.

— Мисс Кэтэр? — Голос мирового судьи вывел ее из задумчивого состояния, и она непонимающе посмотрела на строгого мужчину.

— Да… — Трэлла забыла его имя — Мрайн?

Мраунинг?

Судья откашлялся и бросил беспокойный взгляд на Алана. Девушка вслед за ним посмотрела на своего жениха и встретилась с ним взглядом. В уголках его губ образовались жесткие складки, выражение лица было холодным. Все будто чего-то ждали.

— Да, — поспешно промолвила Трэлла, чувствуя, как густая краска заливает лицо.

Судья облегченно перевел дух и быстро завершил церемонию бракосочетания. Новобрачная почти не слышала его слов, так как все ее внимание было направлено на человека, стоявшего рядом с ней. Когда Алан услышал ее «да», складки вокруг рта расправились, а взгляд немного потеплел. Он, возможно, опасался, что невеста в последний момент выкинет какой-нибудь фортель.

Мысль доставила некоторую радость: значит, для Алана важен их брак.

— Вы можете поцеловать невесту. У невесты забилось сердце, когда рука жениха коснулась ее затылка. Волосы девушки были забраны в красивый пучок, оставляя шею открытой. Ощутив прикосновение его пальцев, она почувствовала себя очень уязвимой. Алан, вероятно, заметил в ее глазах смятение и поцеловал невесту с такой нежностью, которая придала ей уверенности.

Сжимая одной рукой букет роз, прелестная новобрачная положила ладонь другой руки Алану на грудь, ощутив через ткань белой сорочки твердые мышцы. И тут же забыла, где они находятся, забыла, что они не одни, забыла обо всем, кроме сладостного прикосновения его губ и сильного тела, горячо прижатого к ее груди.

Затянувшийся поцелуй вызвал у Сола новый приступ ярости, и, приглушенно рыча, он сделал шаг в сторону новобрачных. Ибер успела поймать мужа за рукав.

— Они уже женаты, — тихо напомнила она.

— Это не означает, что ему позволено целовать ее так, — огрызнулся Сол, стараясь говорить потише.

Ибер удивленно подняла брови, в ее серебристо-голубых глазах сверкали насмешливые огоньки. Взгляд жены заставил Сола осознать абсурдность своего поведения. С большой неохотой он вынужден был признать, что, возможно, Алан и имел право целовать свою невесту. Но с чем он уж никак не мог смириться, так это с тем, что его сестренка стала взрослой женщиной. В его представлении она осталась миленькой маленькой дурехой и, очевидно, останется таковой даже на девятом месяце беременности.