В ожидании признания - Инга Берристер

Слезы появились в ее глазах, и маленький Луиджи, заметив это, захныкал.

– Хотите, я заберу детей? – быстро предложила Карина. – Вам есть о чем поговорить.

– Я уже все сказала, – отрезала Софи. – Меня не интересуют такие советы. Я не вернусь к Бруно. И не для того я сюда ехала, чтобы выслушивать, как ты его защищаешь. Я думала, ты окажешься более сердобольным... хотя бы посочувствуешь мне...

На этот раз бедняжка расплакалась. Кора протянула руки к мальчугану, чтобы забрать его.

– Я хочу остаться с мамочкой, – бурчал Луиджи-младший, не желая, чтобы его уводили.

Но у Коры было достаточно опыта общения с детьми.

– Правда? – спросила она. – А я-то думала, что ты поможешь мне по хозяйству. У нас в доме нет мужчин и некому забивать гвозди.

– А дядя Луиджи? – удивился мальчик.

Кора смутилась.

– Он здесь тоже гость, как и ты. И очень занят работой.

... Карина с малышом разложили инструменты и выбирали нужные гвозди, когда брат и сестра вошли в кухню. За четверть часа их отсутствия Кора успела наслушаться историй про мамочку и папочку, про то, как сильно дядя Луиджи любит их обоих и какая у них замечательная семья.

– Похоже, придется ненадолго вернуться в Рим. Мне удалось заказать билеты на сегодняшний вечер, – коротко сообщил Луиджи-старший. – Очень жаль, что так получилось, – уныло добавил он, едва заметно кивнув в сторону сестры.

– Все в порядке, – заверила его Карина. – Я очень рада, что ты смог так быстро откликнуться на мой звонок. Я даже не ожидала...

– Какой звонок? – нахмурившись, переспросил Гатти.

Кора изумленно уставилась на него.

– Я звонила в офис, чтобы сказать о приезде сестры, но тебя не оказалось на месте, и я попросила Тео передать, чтобы ты как можно скорее перезвонил мне.

Если Тео забыл о ее просьбе, то как Луиджи догадался так быстро вернуться? В этот момент Софи вновь привлекла к себе внимание брата. Она хотела точно знать, когда вылетает самолет, и очень волновалась, что не взяла достаточно еды для Бруно-младшего.

– Тебе стоило позаботиться об этом раньше, – резко ответил Гатти.

Помогая сестре, Луиджи мало ей сочувствует, заметила про себя Кора. Видимо, он недоволен тем, что сестра взбунтовалась, не обдумав все и не взвесив «за» и «против», легкомысленно подвергла столь тяжелому перелету двух малышей.

– Давайте, я отвезу вас в ближайший супермаркет, где вы купите все необходимое для детей, – вежливо предложила Карина, чувствуя, что обстановка накаляется, и искренне желая хоть как-то спасти положение.

– Луиджи, ты не отвезешь меня? – обратилась Софи к брату. – Сейчас я едва соображаю.

Вполне естественно, что сестра хочет поехать с братом, может быть, у нее нет денег, спокойно сказала себе Кора. Но только почему я тогда такая опустошенная?

Карина чувствовала, что Гатти что-то хочет ей сказать, но не решается. Было совершенно очевидно, что он не рад неожиданному появлению сестры. Но разве можно отказывать в помощи ради своих интересов?

Ведь даже не зная Софи и ее мужа, нетрудно было догадаться, что братцу придется приложить немыслимые усилия, чтобы заделать трещину, возникшую в этой семье.

– Дорогая...

Она услышала тихий голос Луиджи и почувствовала легкое прикосновение к руке, такое, будто он хотел увести ее отсюда, хотел... Словно... словно... что? Остаться наедине? Глупости, это всего лишь разыгралось твое воображение, подумала Карина.

– Я очень сожалею, что так получилось, – искренне сказал Гатти. – Если бы я только смог уговорить Софи уехать одну...

– Ты нужен ей, Луиджи, – нежно прервала его Кора.

И мне тоже, горько усмехнулась она про себя. Только я ни при каких обстоятельствах не смогу сказать тебе об этом. Это было бы по меньшей мере глупо и слишком эгоистично. Она ведь так расстроена из-за мужа.

– Она всегда раздувает из мухи слона, – удрученно произнес Гатти и усмехнулся. – Не думаю, что этот случай – исключение. Бруно не из тех людей, кто так легко рушит семью.

– Похоже, у Софи на этот счет другое мнение, – отозвалась Карина.

– Да, но она выбрала не самый подходящий момент для его демонстрации, – резко сказал Гатти, глядя на сестру, которая пыталась утихомирить малышей.

Он по-прежнему держал Кору за руку, но сейчас это прикосновение было больше похоже не на дружескую поддержку, а на ласку.

Что это? Привычка или безмолвное обещание любовника? Кора не знала.

– Луиджи, поехали, – нетерпеливо позвала Софи.

Почудилась ли Карине тоска в глазах Гатти, когда он выпустил ее руку? Она не была в этом уверена.

– Значит, квартирант улетел с сестрой и племянниками в Италию? – спросила Марта, пока Кора возилась на кухне.

– Да, улетел, – безжизненным тоном ответила Карина.

Марта пришла полчаса назад, после отъезда Луиджи и Софи.

– Я точно не знаю, когда вернусь, но думаю, что через неделю, – сказал Гатти перед отъездом.

Он стал угрюмым и задумчивым. Интересно почему: переживал за сестру или сожалел о прошлой ночи? Карина терялась в догадках.

Сейчас она вздрогнула, вспомнив, как чуть было не поддалась слабости и не попросила его...

О чем? Сказать, что та ночь значила для него так же много, как и для нее, и что он тоже любит ее и его жизнь теперь уже никогда не будет прежней?

К счастью, ей удалось сдержать себя и лишь протянуть на прощание руку.

Софи обняла ее перед отъездом и поблагодарила за все...

Ты ведь будешь скучать, – прервала ее мысли Марта. – Когда в доме есть мужчина, тем более... жизнь приобретает особый смысл...

– Перестань, он был здесь всего-то ничего, – попыталась обернуть все в шутку Кора, но в душе была вынуждена признать правоту подруги.

Она уже скучала по Луиджи, страстно желала его. Сомнения раздирали душу. Что ж, может, неприятности сестры как раз оказались кстати, и это поможет ему избежать ответственности и оправданий. Эта мысль причинила Карине невыносимую боль.

Хотя какая тут может быть ответственность, ведь ты сама легла с ним в постель, тебя никто не принуждал, прервала себя Кора.

И с чего это вдруг происшедшее между ней и Луиджи должно иметь для него значение?

Да и помнил ли он вообще, что было между ними? Ведь он мог решить, что все пригрезилось, что это просто бред, ведь жар был нешуточный.

А что лучше, безжалостно рассуждала Кора, чтобы он ничего не помнил или помнил, но сожалел об этом?

И что бы она предпочла, имея выбор, – испытать всю сладость его объятий или жить, не зная радостей любви и секса?

Карина не могла ответить на эти вопросы, мучаясь бессонными ночами, ясность мог внести только Луиджи, которого не было рядом с ней.