В ожидании признания - Инга Берристер

Наверное, это не совсем честно, подумала Кора. Все-таки брат не сможет заменить мужа, избавить от боли, вызванной изменой, восстановить разбитый брак, а любимый дядя не заменит отца, подумала она, вспомнив горечь в словах Софи и замешательство в глазах Луиджи-второго.

Карина не винила Софи за те чувства, которые та испытывала. Узнать, что твой муж, которого ты любишь и которому полностью доверила себя и свою жизнь, отец твоих детей, встречается с другой женщиной... занимается любовью с ней!.. Должно быть, это самый ужасный удар, который может нанести жизнь.

Спустившись вниз, Кора подошла к холодильнику. Часом раньше, глядя на то, как Софи размазывает еду по тарелке, Карина засомневалась, что у той вообще появится аппетит, но вот дети – совсем другое дело, особенно малыш.

В холодильнике оказалось много свежих фруктов и овощей, и Карина решила сделать сок для детей.

По поведению старшего мальчика было понятно: он догадывается, что что-то произошло между родителями. Дети в этом возрасте уже многое понимают и порой начинают винить себя в том, что происходит у взрослых.

Сверху раздался какой-то шум. Карина прислушалась... Может, это проснулся ребенок?

Она направилась наверх, но внезапно ее отвлек новый звук. Сердце готово было выскочить из груди. Это подъехала машина Гатти. Кора никак не ожидала его скорого появления. Она думала, что он сначала позвонит. Сердце сжалось от волнующего трепета.

Сейчас они увидят друг друга впервые после ночи... впервые после... Ну хватит, прервала себя Карина, сейчас не время для подобных переживаний.

Она напряглась, когда дверь в кухню отворилась.

– Кора, что-то случилось? – обеспокоенно спросил Луиджи, заметив ее напряжение, и потянулся к ней.

Карина поняла, что он собирается ее обнять. Предательская краска запылала на щеках. Она с трудом преодолевала желание приблизиться к нему, ощутить его тепло и ласку, восстановить ту физическую связь, которая соединяла их прошлой ночью. Ее тело уже начало реагировать на его присутствие.

Кора понимала, как легко это осуществить, надо шагнуть навстречу и оказаться в сильных объятиях. Она чувствовала, что имеет полное право так сделать.

Карина поняла, что против воли смотрит на его губы, а ее собственные дрожат в предвкушении сладкого поцелуя. Она могла сравнить себя с хорошо настроенным инструментом в руках мастера. Ведь едва любовник появился в дверях, как перед ее глазами всплыли все подробности их близости, и она испытала почти тот же экстаз.

– Дорогая!..

Настойчивость в его голосе вернула Карину к реальности, и как раз в этот момент в холле раздались звуки приближающихся шагов.

– Луиджи, – начала она, но, прежде чем успела что-то сказать, дверь распахнулась, и Софи с радостным криком бросилась в объятия брата.

– О, Луиджи, слава богу, что ты здесь!..

– Софи?.. – В его голосе слышалось удивление. Он вопросительно посмотрел поверх головы сестры. – Что?..

Кора тихо вышла и прикрыла дверь. Им есть о чем поговорить, и эти вещи не для посторонних слушателей. Такое обсуждается наедине.

Поднимаясь наверх, она услышала плач малыша и заспешила в спальню, чтобы успокоить его.

Войдя в комнату, Карина обнаружила, что Луиджи-младший тоже уже проснулся.

– А где мамочка? – робко обратился он к Карине.

– Она внизу, разговаривает с твоим дядей, – ответила Кора, а потом спросила: – Ты не знаешь, где лежат пеленки? Твоего братика нужно перепеленать.

– Пеленки? – Мальчик смущенно потупил взор.

Кора тем временем пыталась вспомнить другой синоним этого слова.

– Подгузники, – с облегчением выпалила она.

Они вместе помыли и перепеленали малыша, причем Карина всячески старалась растянуть это занятие, чтобы у маленького Луиджи не возникло соблазна подслушать разговор матери и дяди. Ему совсем не нужно знать об измене отца, он и так достаточно натерпелся за все это время.

Взяв на руки воркующего малыша, Кора заметила, что мальчуган неотрывно смотрит на дверь. Его терпению явно приходил конец. К счастью, именно в этот момент дверь распахнулась и на пороге появились Луиджи и Софи.

– Мамочка, – мгновенно набросился с вопросом Луиджи-второй, – когда мы поедем домой? Я так соскучился по папочке...

Было очевидно, что Софи совсем недавно плакала, и губы сына задрожали, когда он заметил это. Но Гатти всех выручил. Он вошел вслед за сестрой и поднял племянника на руки.

– Привет, зайка! – весело проговорил он.

– Дядя Луиджи... дядя Луиджи! – радостно завизжал мальчуган, обнимая того за шею.

– Сейчас я позвоню в аэропорт и узнаю, когда вы сможете вернуться домой, – обратился он к сестре, по-прежнему прижимая к себе племянника.

– Я никуда не поеду без тебя, – запротестовала Софи.

– Милая, я уже объяснял, почему не могу ехать с тобой. – Луиджи старался сохранять спокойствие, но это явно давалось ему с большим трудом. – У меня есть срочные дела здесь.

– Возможно, но нет ничего важнее, чем обязательства перед семьей. Такого просто не может быть, – быстро проговорила Софи. – Не волнуйся, все поймут. Ты нужен мне. Очень нужен!

Гатти нахмурился.

– Я не могу.

– Тогда я не двинусь с места, – отрезала она. – Я уже сказала, что одна никуда не поеду. Это мое окончательное решение, и я не откажусь от него.

– Твой муж... – начал Гатти.

Софи мгновенно прервала его.

– Я не хочу говорить о нем или с ним.

– Ты должна это сделать, – спокойно сказал брат. – Хотя бы ради детей, если другое тебя не волнует. Он по-прежнему их отец и имеет определенные права.

– Нет у него никаких прав. Он потерял их в тот день, когда стал встречаться с этой... с этой... – Софи замолчала, заметив в глазах сына тревожный блеск.

Луиджи недовольно покачал головой.

– Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, то обязана выслушать меня.

Карина видела, что Гатти не доволен требованиями сестры.

– Меньше всего я хочу его видеть после того, что он сделал...

Софи явно обладала бурным темпераментом – об этом говорили густые черные брови и темный пушок над верхней губой. Она очень тяжело переносила измену, стараясь скрыть под маской злости боль и страдания.

– Ты говоришь, что Бруно отрицал свою вину... – начал Луиджи. – Он же говорил...

– А что ему еще оставалось делать? – Сестра горько усмехнулась. – Он знает, что теряет. О, как он мог!.. Я думала, он любит меня...

Слезы появились в ее глазах, и маленький Луиджи, заметив это, захныкал.

– Хотите, я заберу детей? – быстро предложила Карина. – Вам есть о чем поговорить.

– Я уже все сказала, – отрезала Софи. – Меня не интересуют такие советы. Я не вернусь к Бруно. И не для того я сюда ехала, чтобы выслушивать, как ты его защищаешь. Я думала, ты окажешься более сердобольным... хотя бы посочувствуешь мне...