Желанный мучитель - Джуди Лайн

— Вы его разбудите или мне это сделать? — прошептала Сабина, стоя перед спящим Дэвидом.

— Сделай это за меня, — лукаво подмигнув, попросила Николь.

— О, синьор Рэндалл, — уже с акцентом произнесла Сабина, громко хлопнув в ладоши. Дэвид открыл глаза. — Ваша дочка выбрала очень красивое платье. У нее такой же хороший вкус, как и у ее папочки. Приводите ее к нам почаще. Мы всегда вам рады!

Они вернулись к машине, а Николь все еще продолжала смеяться, правда про себя. Бедняга Дэвид! Как он покраснел, когда Николь назвали его дочерью.

— Дэвид, давай я поведу машину, — предложила ему Николь, протягивая руку, чтобы взять ключи. Рэндалл был совсем пьян.

— Нет, я в состоянии сам вести машину, — упрямо возразил он.

— Конечно, конечно. — Николь старательно улыбнулась. — Но… ты был так добр ко мне сегодня, и мне неловко просить еще об одном одолжении. Видишь ли, я никогда не водила «мерседес». Пожалуйста, разреши мне сесть за руль!

Она умоляюще сложила руки. Разве он мог отказать ей? Дэвид улыбнулся и вручил ей ключи. Николь даже подпрыгнула от восторга и, как ребенок, захлопала в ладоши.

— О, Дэвид, как я рада! — Через секунду она уже сидела за рулем.

— Знаешь, Мэгги такая умница, но… — начал было Дэвид.

— Пристегни ремень, — прервала его Николь и стала молить Бога, чтобы Рэндалл больше не упоминал имени Мэгги. Она не могла его больше слышать.

— Да, да, — бормотал он, возясь с ремнем. — Интересно, как она сейчас себя чувствует? Это возбуждение…

Николь сосредоточилась на потоке машин, мчащихся по дороге вдоль побережья. Шоссе как будто расплавилось от жары, раздраженные водители все время сигналили. Господи, скорее бы оказаться у себя в прохладном доме, сесть в кресло и выпить чего-нибудь холодного, мечтала Николь. Может быть, Том уже вернулся. Их поездка с Мэгги, действительно, деловая, а не развлекательная. Мне обязательно надо поговорить с ним… и начать все сначала!

— О, черт! — выругалась Николь, резко остановившись вслед за затормозившей впереди машиной. Шоссе было забито автомобилями, сигналившими все громче и громче. И вдруг совершенно неожиданно их «мерседес» подвергся мощнейшему удару сзади. Николь бросило вперед, ремень врезался ей в грудь, но все-таки спас от удара о лобовое стекло.

Дэвид же резко качнулся вперед, ударился головой о зеркало и вновь откинулся на спинку кресла.

— Дэвид! — закричала Николь, наклонившись к нему. — С тобой все в порядке? — Она увидела, что ремень его так и не был пристегнут, а свободно лежал на коленях.

— Какого черта… — сказал он в полудреме и попытался открыть дверцу. — Проклятые туристы!

Николь схватила его руку, усадила на место и пристегнула ремень. Ей совсем не хотелось, чтобы он в пьяном виде выпал из машины на шоссе и осложнил ситуацию еще больше.

— Я сама разберусь, — сказала она решительно. — Ты пил, да и ремень не пристегнул.

К удивлению Николь, Дэвид не стал спорить. Она вышла из машины и увидела местного жителя, чей грузовик с овощами врезался в их «мерседес».

Через минуту вокруг них собралась, как ей показалось, тысяча сардинцев. Все они жестикулировали и что-то громко говорили. Через час со всеми формальностями было покончено. Николь лишь удивилась своему собственному поведению в этой ситуации. С другой стороны, что значит столкновение машин на раскаленном от жары шоссе по сравнению с ужасным днем, проведенным в компании пьяного Дэвида? Ровным счетом ничего!

Лишь в начале седьмого «мерседес» въехал на дорожку из розового гравия. Нервы Николь были на пределе. Она опоздала на работу, ей было жарко, платье прилипало к телу, голова кружилась, да к тому же ее беспокоило состояние Дэвида после перенесенного им удара. На обратном пути он все время потирал плечо, но говорил, что чувствует себя хорошо. Сейчас же, когда они остановились, она заметила ссадину и быстро разраставшийся кровоподтек на лбу.

— Дэвид! — взволнованно воскликнула Мэгги. Она уже бежала к ним от бассейна, наскоро завязывая пояс халата. — Да у тебя кровь!

Побледневший Дэвид стоял, опершись на дверцу машины. Мэгги с тревогой рассматривала рану, которая выглядела гораздо серьезнее, чем полтора часа назад. Николь вышла из машины, и Мэгги, вне себя от злости, подскочила к ней.

— Что ты наделала, Николь? Почему ты за рулем?

— В чем дело? — послышался голос Тома, спускающегося к ним с террасы.

Николь закусила губу в ожидании худшего, так как лучшего ждать не приходилось. Вот уже и Мэгги обвиняет ее.

— Мы попали в аварию, — честно призналась Николь.

— Николь настояла на том, чтобы вести машину. Мне, конечно, не следовало ей разрешать. Она не привыкла к такому движению на шоссе, не знает машину… — Эти слова Дэвида прозвучали для девушки как гром среди ясного неба.

У Николь перехватило дыхание. А она-то надеялась на поддержку и помощь Дэвида. Он же ставил ей в вину аварию, к которой она фактически не имела никакого отношения! Если бы машину вел он, совершенно пьяный, вся эта история закончилась бы гораздо хуже!.. Мэгги едва не бросилась на Николь с кулаками.

— Ты была за рулем во время аварии? — завизжала она.

— Успокойся, Мэгги, — холодно сказал ей Том. — Отведи Дэвида в дом и займись его раной.

— Она могла убить его! — продолжала вопить Мэгги, с ненавистью глядя на Николь. Вдоволь накричавшись, Мэгги наконец-то сообразила, что Дэвиду сейчас лучше всего оказать хоть какую-то медицинскую помощь. Она взяла его под руку и повела в дом.

Николь была совсем убита. Неподдельное отчаяние Мэгги явилось для нее полной неожиданностью. Неожиданной была и ее мнимая вина в аварии. Опять возникло столько проблем, что, казалось, с ними невозможно будет справиться.

— С тобой все в порядке, Николь? О чем это он? Неужели интересуется ее состоянием? Волнуется за нее? Но, может быть, это затишье перед бурей?

Она ведь не выполнила его распоряжения, уехала… Нет, теперь ей не миновать беды!

— Со мной полный порядок, — бодро ответила она. — Мне жаль, что все так произошло: Дэвид пострадал, машина повреждена. Но я не сомневаюсь, что и твоему брату и машине суждена долгая жизнь, — добавила она, как ей показалось, с сарказмом, повернулась и ушла.

Николь долго стояла под душем. Если бы она могла смыть осадок, оставшийся в душе после предательства одного и обидных несправедливых обвинений другого! Ну и денек выдался! И никому дела нет, что ей самой пришлось пережить! Этот невыносимый Дэвид с его постоянными разговорами о неуправляемой Мэгги. Затем авария, и на десерт — разъяренная, как тигрица, особа, которая так страстно ринулась на защиту своего избранника. Николь отказывалась что-либо понимать. Все они посходили с ума, что ли?