Рядом с тобой - Дебора Тернер

По субботам Ник играл в регби, Кейт, как правило, ездила с ним на стадион. Она часто брала с собой нескольких ребят, чьи родители были заняты и не могли сопровождать детей. В этот уик-энд ребята играли на поле недалеко от ее дома, и Кейт с сыном отправились туда пешком.

С утра светило солнце, пытаясь подсушить насквозь промокшую землю. Кейт подумала, что было бы разумнее остаться дома и выстирать накопившееся белье, вместо того чтобы торчать здесь и смотреть, как мальчишки носятся будто угорелые по хлипкому от грязи полю. Они часто нарушали правила игры, и Кейт с трудом удерживалась от смеха.

Наконец Ник получил мяч. Он так ошалел от радости, что побежал с ним не в ту сторону. Кейт вместе с тренером и другими родителями, наблюдавшими за игрой, завопила:

— Назад, Ник! Беги в обратную сторону!

Каким-то чудом он услышал, замедлил бег, оглянулся и понял свою ошибку. Сосредоточившись, Ник ринулся к противоположной линии, прорвал оборону ошеломленного противника и шлепнулся с мячом в грязь на линии его ворот.

— Молодец, Ник! — крикнул тренер. — Ребята, отходите на среднюю линию. Теперь повернитесь.

Кейт громко захлопала, радостно смеясь. Женщина, стоявшая рядом с ней, сказала:

— Он великолепен, не правда ли? Это его первая победа?

— Первая, — кивнула Кейт, зардевшись от гордости за сына.

— Но не последняя, — глубокомысленно заметила дама. — Сегодня играет один из моих пяти сыновей, и, поверьте, я-то уж знаю, что такое регби. Ваш мальчик чувствует игру, умеет бегать. — Женщина вдруг увидела кого-то за спиной Кейт и понизила голос: — О! Ваш муж? Счастливица!

Кейт, изумленная поведением собеседницы, обернулась. На нее смотрели знакомые серо-стальные глаза.

— Патрик… — растерянно проговорила она. — Каким образом… Что ты здесь делаешь?

— Смотрю, как Ник забивает голы, — спокойно ответил он и учтиво улыбнулся даме, стоящей рядом с Кейт.

Исходившее от него обаяние было абсолютно естественным и покоряющим. Кейт видела, как ее собеседница, мать пятерых сыновей, в мгновение ока пала жертвой чар Патрика.

— Привет, — кокетливо улыбнулась дама, и на ее щеках появились ямочки. — Ваш сын играет очень хорошо, он просто прирожденный регбист.

— Мэри! — позвал кто-то из толпы зрителей.

Дама извинилась и с видимым сожалением ушла. Заглушив ослепительный взрыв радости от неожиданной встречи с Патриком, Кейт коротко спросила:

— Как ты узнал, где мы?

— Твой сосед подсказал.

— Джейкоб? — Кейт тянула время, чтобы как-то справиться с этим диким восторгом, с этим сумасшедшим, до костей пронизывающим удовольствием.

— Да. — Патрик наблюдал за беспорядочной беготней мальчишек по полю. — Они еще не научились отбирать мяч или устраивать вокруг него потасовку.

— Верно, они пока умеют лишь толкать друг друга, — подтвердила Кейт, которая наконец вновь обрела способность соображать и даже смогла изобразить улыбку на лице. — Я бы предпочла, чтобы Ник играл в футбол, но, увидев однажды, как азартно играют в регби старшие братья Ранги, он буквально заболел этим видом спорта.

— А ты не пыталась увлечь его футболом?

— Пыталась, конечно, но у меня ничего не получилось. Я берегу силы для действительно серьезных проблем.

— В данный момент Ник, кажется, собирается забить гол в свои ворота, — радостно сообщил Патрик, взглянув на поле.

— Это случается, но зрители обычно начинают так истошно вопить, что игрок, владеющий мячом, останавливается, — рассмеялась Кейт, готовая запеть от счастья, что Патрик вновь рядом с ней.

Она ждала этого момента почти семь лет. Жизнь, конечно, шла своим чередом, но та юная Кейт, которая влюбилась в Патрика, все это время находилась в ее сердце — замурованная, неподвижная и все-таки ожидающая своего часа. И эта Кейт никогда не теряла надежду.

Та невинная, пылкая, доверчивая и непрактичная девочка являлась угрозой стабильной жизни, которую взрослая Кейт построила с таким трудом.

Почему Патрик не оставил меня и Ника в покое? В тот вечер в его кабинете я поняла, что он хочет меня, но насколько сильным был его голод?

Может, он задумал снова закрутить со мной роман? Но было бы наивным полагать, что мы сможем преодолеть горечь и боль разрушенных надежд и на их обломках создать что-то настоящее и прочное. Такой конец бывает только в сказках, разумно рассудила Кейт.

Патрик был богатейшим человеком не только в Новой Зеландии, но и, возможно, во всем Тихоокеанском бассейне. Слишком далек он был от нее, чтобы у них могло что-то получиться. А рисковать еще раз своим душевным спокойствием Кейт не собиралась.

Понаблюдав за игрой еще несколько минут, Патрик заметил:

— Для шестилетнего ребенка у него хорошие руки.

— Некоторые бы сказали, что «хорошие руки» — слишком слабая похвала для такого великолепного игрока, как Ник.

Патрик рассмеялся.

— Я не могу поверить, что ты принадлежишь к разряду глупых мамаш, ослепленных любовью к своим чадам.

— То, что ослепленная, согласна, но не глупая. Надеюсь, что не глупая.

— Ты хорошо воспитала Ника. Он потрясающий парень.

— Он счастлив, — твердо сказала Кейт и, собрав все свое мужество, перешла к главному: — Патрик, я думаю, тебе не следует поддерживать эти… эту дружбу.

Выражение его лица не изменилось, но Кейт знала, что разозлила Патрика. Патрик, которого она любила когда-то, был сдержан, но не до такой степени, как мужчина, стоящий сейчас рядом с ней.

Она подняла голову и встретилась с его ледяным взглядом.

— Почему? — спросил Патрик.

— Потому что он счастлив той жизнью, которую мы с ним ведем. Я не хочу, чтобы его что-то огорчало.

— Каким образом я сделаю его несчастным?

Кейт не могла подобрать нужных слов, но не хотела, чтобы Патрик заметил ее неуверенность, — он тут же воспользуется ее слабостью.

— Ты выбиваешь его из колеи, — нашлась она, сознавая, впрочем, слабость этого аргумента.

— Как это?

— Он может привязаться к тебе, как к своему отцу, которого у него никогда не было, и это разобьет ему сердце. Так что будет лучше, если ты больше не станешь встречаться с ним и даже писать ему. — Она помолчала и веско добавила: — У тебя нет на него прав, Патрик. Тебе придется смириться с этим фактом.

Лицо Патрика стало жестким, в его острых как бритвы серых глазах мелькнула неумолимость. Это жуткое выражение исчезло, едва успев появиться, но Кейт ощутила, как у нее по спине пробежал мороз.

— Ты угрожаешь мне? — спросил он бархатным голосом.

— И в мыслях не было.

Он перевел взгляд на играющих мальчишек и тихо сказал: