Сокол и цветок - Вирджиния Хенли

– Джон так же жаждет овладеть Джезмин, как и Честер, – перебил Фолкон.– Я должен был вырвать ее из его лап.

Уильям Маршалл брезгливо поморщился.

– Нужно положить этому конец. Его похоть не знает границ. Стоит ему пожелать любую женщину, он стремится овладеть ею. Если та сопротивляется, он просто приказывает ее похитить. Иногда жертва при этом погибает.

Но Хьюберт вновь вернулся к приключениям Фол-кона.

– Как тебе удалось сбежать?

– Мои люди остались в Глочестере, так что мы спокойно смогли ускользнуть. Мои солдаты, возможно, пожелают остаться на королевской службе, но я знаю, что большинство рыцарей последуют за мной в Уэльс. Они поедут прямиком в Маунтин-Эш и в два счета расправятся с людьми Честера, если те вздумают напасть. Король прикажет меня арестовать и пошлет своих приспешников, но, если повезет, вскоре пойдет снег, и все дороги в Уэльс на целую зиму будут закрыты.

Уильям Маршалл поднес Фолкону рог с элем.

– У короля и без того много неприятностей, чтобы думать о тебе, хотя у него мозгов не хватит это сообразить. Когда мы через два-три дня встретимся с ним лицом к лицу, сумеем заставить понять, что ему необходимо уладить свои разногласия с Римом, и, если мое слово что-нибудь значит, я настою на том, чтобы король впредь вел себя более сдержанно и осторожно. Пора ему уже быть верным своей жене, королеве Изабелле, и производить на свет сыновей.

Фолкон не хотел, чтобы Сейлсбери думал, будто он дезертировал из армии.

– Живя в Маунтин-Эш, я могу охранять приграничные земли и не допускать стычек.

– Думаю, ты поступаешь благоразумно, что держишься подальше от Джона, – отозвался тесть.– Когда пройдет зима и страсти улягутся, захочешь ли ты по-прежнему сражаться за короля?

– Да, если только он не затеет гражданской войны, – без обиняков заявил Фолкон.

– Верно, – согласился Маршалл, – этого нужно избежать любой ценой. Если бы знать поддерживала Джона, он мог бы не обращать внимания на папу, но без поддержки лордов и церкви он не имеет власти. Такому королю править нельзя.

– В моей армии слишком много наемников, – покачал головой Сейлсбери.– Это мне совсем не нравится.

– Они храбро сражаются, – заметил Фолкон, – только идут в бой лишь ради выгоды, а не во имя Англии.

– Фолкс де Брете получит в полную власть центральные графства, когда женится на вдове Девона, – вмешался Хьюберт.

Фолкон встал в деревянной ванне, и Уильям Маршалл вручил ему полотенце.

– Так или иначе, брак уже совершен.– И, ухмыльнувшись, добавил:– Бьюсь об заклад, Джон специально не захотел посетить церемонию, чтобы не было сомнения в ее законности.

– Кровь Христова, хотел бы я в этот момент быть мухой на стене Глочестерского замка. Представляете, отречение Джона провозглашается с каждой церковной кафедры, а над Честером потешается весь свет. Задал ты им перцу, наверняка все на головах стоят, – засмеялся Сейлсбери.

– Ты, должно быть, до смерти устал, – посочувствовал Уильям Маршалл.– Хьюберт рассказал нам, как ты переплывал реку.

Фолкон надел сухую одежду, выбранную из обширного гардероба хозяина.

– Хью, как ты попал сюда раньше меня? – обратился он к дяде.

– Переправились через мост в Кембридже, сменили лошадей в Тьюксбери, где расстались с твоими людьми. Я прибыл сегодня утром и не попал под этот ливень.

– Ну что ж, – сказал Маршалл, – сейчас накормим тебя горячим ужином и уложим в постель.

Фолкон поднял глаза вовремя, чтобы увидеть, как все трое перемигнулись.

Глава 27

– Джезмин, дорогая, твоя ванна готова, – сказала леди Изабел, осторожно тряхнув ее за плечо. Джезмин открыла глаза и зевнула.– О, мне так не хочется будить тебя, но ведь ты захочешь вымыться, прежде чем придешь сегодня к мужу, – продолжала Изабел, вешая клетку с Фезером у окна.

Джезмин уже хотела попросить ее найти Фолкону другую опочивальню, когда Изабел сложила руки и взглянула на новобрачную сияющими глазами.

– Как это волнующе – принимать под крышей моего дома влюбленных, и поскольку это ваша первая ночь, я имею в виду... в настоящей постели... я велела приготовить свадебный ужин... но обещаю, после здравиц в вашу честь не позволю мужчинам задерживать Фолкона за столом.

– Спасибо, Изабел, – промямлила Джезмин, не находя в себе сил омрачить столь искреннюю радость.

Изабел помогла Джезмин влезть в большую лохань с дымящейся водой и щедро намылила белокурые локоны.

– Легко понять, почему он влюбился в такую красавицу. Ну что ж, Фолкон не будет разочарован сегодня, когда увидит, как прелестно ты выглядишь. Джезмин, поняв, что выхода нет и придется лечь в постель с де Бергом, попросила:

– Изабел, вы не можете одолжить мне халат поплотнее?

– Стыдно, что он увидит тебя обнаженной? – засмеялась Изабел.– Клянусь, он, должно быть, самый дерзкий плут, постоянно заставляющий тебя краснеть! Я, как и ты, совсем не знала мужчин и жила с родителями в Ирландии, до безвременной смерти отца, потом была заперта в Чепстоу и, наконец, перевезена в лондонский Тауэр и содержалась там, чтобы никто не мог похитить меня из-за моих обширных земель. Меня выдали замуж за маршала Англии, и я смертельно боялась его до тех пор, пока муж не уложил меня в постель, не заставил почувствовать, как я дорога ему, и не научил страсти. Даже теперь, когда наши дети выросли, я по-прежнему влюблена в Уильяма.

– Вы вправду любите его? – недоверчиво спросила Джезмин.

Изабел счастливо улыбнулась.

– Когда у него в глазах при взгляде на меня загорается огонь, я задыхаюсь от желания. Нам повезло, Джезмин, ведь знаешь, браков по любви очень мало. Хьюберт рассказал, как поистине героически поступил Фолкон, узнав, что ты в опасности. Река Ауз снесла все мосты, и он бросился в бушующие волны, рискуя жизнью, чтобы успеть спасти тебя.

Джезмин как-то странно взглянула на хозяйку. Изабел вздохнула.

– Должно быть, ты очень любишь его.– Она подняла крышку дорожного сундука Джезмин и, порывшись в нем, вытащила розовое бархатное одеяние. – Сейчас погрею у камина, уж очень сырое, – пояснила Изабел, вешая платье на медную решетку.– Пойду посмотрю, может, удастся найти тот соблазнительный черный пеньюар, который несколько лет назад привез из Франции Уильям. Какая греховно-великолепная вещь для брачной ночи!

В этот момент Джезмин от всей души пожалела, что попросила у хозяйки халат. Служанки вынесли лохань и застелили брачную постель надушенными простынями, как приказала Изабел. Кроме того, девушки поставили на стол кувшин с вином и сладкие пирожки, подкинули в огонь дров и угля.

– Ваш сын Уильям был очень добр ко мне, Изабел. Он показал себя истинным другом... одним из немногих.