Триумф экстаза - Юджиния Райли

Эмили планировала летом снова вывести мужа в свет, заставить его встретиться с городскими жителями. К несчастью, она потерпела поражение. Хотя Эдгар позволял ей и Марии ездить в церковь, на приготовление тянучки и другие подобные мероприятия, сам он упорно отказывался покинуть плантацию.

«Ну если ты не хочешь выезжать, любимый, то я приведу к тебе окружающий мир», — твердо решила Эмили.

Она все еще не знала, любит ли Эдгар ее и ее ребенка ради них самих или только хочет возродить прошлое. Тайна разбитого зеркала и изувеченной куклы все еще омрачала их отношения. Сдержал ли Эдгар слово и поговорил с виновницей? И с кем именно? С Марией? С Эвис Жеруар?

В течение нескольких дней после этого Эмили была уверена, что за этот эпизод ответственность лежит на Марии. Но потом вспомнила, что несколько месяцев назад, когда было разбито зеркало, девушки в доме не было. Оба поступка в равной степени злобные, что заставляло Эмили подозревать в их совершении одного и того же человека.

— Где это моя жена?

Эмили поспешно сунула письмо Маргарет Хьюстон в коробку с приглашениями.

— А, вот ты где! Собираетесь не ложиться спать до тех пор, пока петух не пропоет, мадам?

Эмили обернулась и посмотрела на мужа. Несмотря на веселый тон, она видела морщинки усталости на его лице: сбор хлопка — ответственная пора для плантатора.

— Я только что закончила писать приглашения, Эдгар, — ответила Эмили. — Ты устал?

Эдгар снисходительно усмехнулся и притянул ее к себе.

— Если ты спрашиваешь про ночь, дорогая, то я отвечу — нет. Эмили улыбнулась, теребя пуговицу на его рубашке.

— Очень любезно с твоей стороны позволить нам с Марией устроить фиесту в честь возвращения Дэвида.

— Все что угодно, только чтобы ты улыбалась, — легкомысленно ответил он и продолжил с притворной яростью, положив руку на ее живот: — Этот маленький негодяй начинает становиться между нами, а, дорогая?

Эмили посмотрела на морщинки смеха вокруг его глаз. Этим летом Эдгар был так добр. Повинуясь порыву, она крепко обняла его за шею.

— В чем дело, любимая? Тебе снова страшно?

— Нет, я просто подумала, что это хорошее лето, Эдгар. Ты был… очень добр ко мне.

— Неужели меня подводит слух, мадам? Слова похвалы из ваших уст?

— Это правда, — продолжала Эмили. — Мне не на что жаловаться, разве только на то, что ты не позволил мне ухаживать за матерью Холли, когда она заболела.

Эдгар поднял ее голову за подбородок и строго повторил:

— Эмили, ты носишь… нашего ребенка и не имеешь права рисковать.

Она вздохнула:

— Вероятно, ты прав.

— Как восприняла Холли смерть матери?

Эмили удивленно подняла на него взгляд. Никогда прежде Эдгар не проявлял сочувствия к слугам.

— С ней все будет в порядке. Холли ждет ребенка. Это ее отвлечет.

Эдгар похлопал ее по животу.

— Да, а скоро ей придется заниматься двумя малышами.

— Двумя? — удивленно спросила Эмили. Эдгар рассмеялся:

— Не думаешь ли ты, женщина, что я позволю младенцу отнимать все твое время? Я тоже буду нуждаться в твоей ласке, особенно во время холодных зимних месяцев, когда поля опустеют. Но твое поле не надолго опустеет, любимая.

— Эдгар! — Покраснев до слез, она оттолкнула его.

Он рассмеялся. Однако сердце Эмили глухо забилось, когда муж повернулся к столу и стал равнодушно перебирать приглашения в коробке.

— Генри и Грейс Элдер, — прочел он. — Пастор Хайнц Фриц. Ты собираешься пригласить весь город, дорогая?

— Пошли спать, Эдгар. Уже поздно.

К ее ужасу, муж уже достал письмо от Маргарет Хьюстон и теперь смотрел на обратный адрес, сосредоточенно хмурясь.

— Потрудись объяснить, что это значит, дорогая. Эмили тяжело вздохнула:

— Это письмо от Маргарет Хьюстон, она принимает мое приглашение и приедет с мужем на фиесту.

— Я это подозревал. — Дэвид бросил письмо на стол. — А скажи мне, дорогая, почему ты пригласила Хьюстонов? Ты принадлежишь к числу их друзей?

Эмили в отчаянии всплеснула руками:

— Не провоцируй меня, Эдгар, ты же знаешь, что нет. Но Сэм Хьюстон — твой добрый друг или был бы другом, если бы ты не отталкивал его.

Лицо Эдгара исказилось от гнева.

— Это мое дело, кого выбирать себе в друзья. Я не позволю жене вмешиваться в мои дела!

— О, ты невозможен! — вспыхнула Эмили. — Вряд ли это можно считать вмешательством в твои дела, если я приглашаю президента республики с женой на званый ужин в Бразос-Бенд. Я считала своим долгом хозяйки поступить именно так. Кроме того, как ты можешь говорить о том, что сам выбираешь себе друзей: у тебя их нет!

Теперь его лицо прорезали глубокие морщины.

— У меня есть ты, Эмили, — ответил он печально. — И больше мне никто не нужен, и я никого не хочу видеть. Я мечтаю о том, чтобы ты чувствовала то же самое.

У Эмили на глаза навернулись слезы, так глубоко тронули ее слова Эдгара. Никогда прежде муж не говорил так откровенно, что хочет ее и нуждается в ней.

— Почему тебе меня мало, Эмили?

Сердце ее сжалось при этих словах, и она положила ладони на его сильные плечи. Их взгляды встретились, и оставшиеся без ответа вопросы еще раз напомнили о разногласиях между ними.

Эмили заговорила, тщательно подбирая слова:

— Мне тебя достаточно, Эдгар, во многих отношениях. Но я не могу провести всю жизнь отрезанной от внешнего мира. Это не очень хорошо для нас, особенно сейчас, когда должен появиться ребенок.

Эдгар покорно вздохнул и задул лампу. Эмили пошла за ним и мягко сказала:

— Эдгар, прошу тебя, не будем ложиться в постель сердитыми.

— Ты хочешь сказать, что я не могу получить тебя в свое полное распоряжение на всю ночь? Или твой список гостей и мечты о грядущих победах в обществе будут вертеться в твоей голове до утра?

Эмили рассмеялась:

— Ох, Эдгар, не будь таким медведем! Конечно, сегодня ночью я буду думать только о тебе. Но… но можно Хьюстонам приехать на фиесту?

— Возможно, я не стану отказывать им от дома, но меня еще нужно убедить.

— О, благодарю тебя, Эдгар! — выдохнула она, крепко обнимая его. — Что касается убеждения, то я, конечно, попытаюсь, хотя и очень устала.

Эдгар рассмеялся, наклонился и подхватил Эмили на руки. — Хорошо. Значит, ты не сможешь бороться со мной.

— Эдгар, я слишком тяжелая! — запротестовала Эмили, когда он понес ее в спальню.

— Глупости! Ты просто перышко!

Она обвила руками его шею, когда он двинулся вверх по лестнице.

— А я бы не стала… бороться с тобой, — прошептала Эмили ему на ухо.

Эдгар еще крепче прижал ее к себе.

Глава 3

20 сентября 1841 года

— Мне нравится эта желтая ткань, миссус. Она пропускает свет таким, каким его задумал Господь.