Триумф экстаза - Юджиния Райли

— Спасибо, не надо, миссис Жеруар. Можете оставить поднос на чайном столике. Я сама налью.

После того как экономка покинула гостиную, Маргарет изумила Эмили тем, что рассмеялась и сказала:

— Дорогая моя, вы недолюбливаете эту женщину, не так ли?

— Она ведьма, вечно шныряет вокруг. Всегда вся в черном — просто ходячие похороны!

Маргарет рассмеялась:

— А вы смелая женщина. Мне кажется, мы станем подругами.

Эмили тепло улыбнулась, налила Маргарет чашку чаю и торжественно подтвердила:

— Да, самыми лучшими. Между прочим, Маргарет, это имя, которым называет вас генерал, — Эсперанса. Что оно означает?

— Это по-испански значит «та, которую я ждал», — спокойно объяснила мисс Хьюстон.

— Ты рад нас видеть, Эдгар? — спросил Сэм Хьюстон.

— Как вам известно, моя жена послала вам приглашение, — напряженным голосом ответил Эдгар. — Я был раздражен, когда обнаружил ваш ответ среди писем.

— Раздражен? — немного растерялся Хьюстон.

— Раздражен на мою жену, не на вас, — быстро уточнил Эдгар. — Так как она пригласила вас, не посоветовавшись со мной.

Сэм Хьюстон весело отмахнулся:

— Чепуха! Как ты мог сердиться на это прелестное создание, с которым я только что познакомился?

Эдгар грустно покачал головой:

— Это прелестное создание, как вы ее называете, настоящая маленькая чертовка. Садитесь, пожалуйста, Сэм. Бренди?

Мистер Хьюстон сел в большое кресло и достал из нагрудного кармана флакон с лекарством.

— Теперь меня утешает только травяная настойка. — Он сделал глоток и скорчил гримасу. — Я просил твою экономку принести мне апельсиновых корочек. Так эта гадость не столь противна.

Эдгар сел на стул напротив, пригубил свое бренди и, с любопытством глядя на старого приятеля, поинтересовался, зачем он пьет такую отраву.

— Я обещал моей Эсперансе, что брошу крепкие напитки. Эдгар расхохотался и хлопнул себя по колену большой смуглой ладонью.

— Господи, Сэм, вы и впрямь влюблены! Я никогда не думал, что доживу до того дня, когда такой человек, как вы, бросит пить ради хорошенькой женщины. Я помню тот день, когда вы чуть не свалились в Бразос…

— Хватит! — Хьюстон поднял большую костлявую ладонь. — Что прошло, то прошло. Но вернемся к насущным делам, Эшленд. Насколько я понимаю, ты не рад меня видеть?

Эдгар равнодушно пожал плечами.

— Если вы хотите знать, пригласил бы я вас или нет, то ответ будет — нет. Я предпочитаю общество своей семьи.

Сэм Хьюстон со вздохом спрятал флакон в нагрудный карман.

— Ах, Эдгар, прошу тебя, измени свое мнение. Покончи с этим своим… затворничеством. Ты мне нужен — ты нужен Техасу.

Эдгар нахмурился.

— Как я был нужен у Сан-Хасинто, когда беспомощно наблюдал, как наши доблестные солдаты вырезали шестьсот мексиканцев? — Его руки сжали подлокотники кресла. — Господи, Сэм, я никогда не забуду их жалобные вопли. Да, битва была выиграна, Сэм, выиграна легко, и все равно мои же солдаты грозились меня убить, если я откажу им в праве на месть!

Хьюстон с сочувствием кивнул:

— Да, Эдгар, я тоже пытался прекратить ту страшную бойню. Но ты должен помнить, что и мексиканцы проявили жестокость, особенно в Голиаде.

— Именно об этом я и говорю. Это жестокий век, и я не хочу участвовать в его зловещих играх.

Хьюстон вскочил:

— Но именно такие люди, как ты, могут все изменить!

— Чепуха! — И Эдгар одним глотком допил бренди. Широко разведя руками, Хьюстон подошел к окну и постарался успокоиться, глядя вниз на чудесный пейзаж.

— Эдгар, мне нужна твоя помощь.

— Это я понял из того письма, которое мне принес Райс.

— Не могу сказать, что меня удивил твой ответ. Аарон умеет все испортить. Кстати, о том месте, которое я предназначил для тебя в Вашингтоне. Я хочу, чтобы ты заменил Райса.

Эдгар криво усмехнулся и поставил бокал на стол.

— Этот бездельник ни на йоту не сдвинул наше дело, — горячо продолжал Хьюстон, — слишком много пьет и волочится за женщинами. Нам нужен в Вашингтоне настоящий мужчина, государственный муж, а кто лучше подойдет, как не бывший член палаты лордов? Только не отказывай мне сразу. Подумай. Следующей весной ты, и твоя хорошенькая жена, и ваш малыш смогли бы приехать в Вашингтон. Весной в столице очень красиво.

— Как романтично, — с сарказмом ответил Эдгар.

Сэм Хьюстон подошел к Эшленду и сурово посмотрел на него сверху вниз:

— Слушай, ты нам нужен. Мне что — встать на колени и умолять тебя? Ламар покидает республику в отчаянном положении. Казначейство обанкротилось, по стране ходят миллионы обесцененных банкнот. Этот дурак добился того, что индейцы вышли на тропу войны… Говорю тебе, Эшленд, республика на грани гибели! У нас нет никакой защиты, и единственный выход — получить статус штата. Нам нужен такой человек, как ты.

Эдгар пожал плечами и налил себе еще бренди.

— Прекрасная речь, Хьюстон. Тем не менее на меня она не произвела впечатления.

Хьюстон вернулся к своему креслу и, тяжело опустившись в него, сгорбился.

— Эдгар, ты помнишь те военные дни, когда мы обсуждали нашу мечту о Техасе?

— Да, Сэм. Виски рождает в головах некоторых очень глупые идеи.

— Не глупые, Эдгар. Эта мечта еще может осуществиться с помощью таких людей, как ты. Эдгар, что с тобой произошло? Неужели все из-за смерти твоей жены и детей?

Эдгар скрипнул зубами.

— Я предпочитаю это не обсуждать.

Но Сэм Хьюстон был не из тех, кто отступает.

— Разве твоя новая жена ничего не изменила? Между прочим, как ты женился на этой девушке?

Эдгар нахмурился.

— Это не ваше дело, черт побери! Хьюстон от души рассмеялся:

— Вижу, что характер у тебя прежний, старина. Мне всегда нравилась твоя прямота. Ну что ж, пора возвращаться в город. Нас с Маргарет ждут к ленчу.

Эдгар удивленно поднял брови:

— Вы не останетесь на праздник?

— О, мы вернемся. Мы остановились у друзей Райса в Вашингтоне-на-Бразосе, Элдеров. Между прочим, ты не возражаешь, если Аарон приедет сегодня вечером вместе с нами?

Эдгар сердито посмотрел на старого приятеля:

— Мы с Райсом не разговариваем. Кроме того, меня приводит в бешенство его похотливый интерес к моей жене.

Хьюстон снова рассмеялся и похлопал Эдгара по плечу.

— Судя по тому, как ты на нее смотришь, я бы сказал, что ты не позволишь приблизиться к миссис Эшленд никому, кто носит брюки. Но имей жалость, старина. Аарон получил тяжелый удар, узнав, что будет понижен до статуса главного мальчика на побегушках в моей новой администрации. Его надо приободрить. — Сэм немного помолчал, задумчиво глядя на друга. — Эй, Эшленд, жаль, ты не можешь сообщить Аарону новость о том, что собираешься занять его место. — И Сэм спрятал хитрую улыбку в густых усах.