Куртизанка - Дора Моссанен

— Я хочу знать, как доставлять такое удовольствие, — едва слышно прошептала Симона, — без того, чтобы он входил в меня.

Франсуаза легко закружилась на месте, и ее шифоновые юбки взметнулись вокруг нее пышной пеной. Она сбросила их наземь и вытянулась на простынях, впитавших запах духов Симоны. Взяв клубнику из вазы, которую Альфонс водрузил на приставной столик, она облизывала ягоду до тех пор, пока та не заблестела, а потом положила тающую мякоть в рот. Запрокинув голову, она чувственно проглотила ягоду, небрежно опустила хвостик в фарфоровую вазу и мизинцем аккуратно вытерла следы ярко-красного сока в уголках губ.

— Твой первый урок, cherie, — научиться наслаждаться фруктами.

Симона следила за изящным изгибом белоснежной шеи матери, элегантным прикосновением к уголкам губ, за движениями ее алого язычка по припухшим губам. У нее появилось нехорошее предчувствие, что ей придется пожалеть о своей просьбе. Очарованная чувственным танцем в исполнении губ Франсуазы, Симона вдруг вспомнила, как однажды была шокирована зрелищем: мать засовывала себе глубоко в горло банан. Но теперь ее мир изменился. Изменилась и она сама. За два года, прошедшие с того момента, как Кир вышел из президентского экипажа, поднялся по ступеням, постукивая своей тросточкой с серебряным набалдашником, и вошел в шато Габриэль, случилось столько событий. Обретенная любовь стала для нее благословением, но ненадолго. Потеря любимого опалила страшным огнем ее юную душу и повергла в омут цинизма, который больше подошел бы женщине намного старше.

— Секс — это искусство. Ты хочешь, чтобы он сходил с ума от желания, но при этом не понимал, что его так возбуждает. Чтобы добиться этого, ты должна как можно дольше держать мужчину в подвешенном состоянии. И не смотри на меня так, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Не позволяй ему извергнуться. Держи его в возбужденном состоянии, чем дольше, тем лучше. Чем больше энергии мужчина тратит на то, чтобы сдержать свой жезл, тем больше серых клеток мозга он сожжет и тем легче им манипулировать. Итак, как же удержать его в этом состоянии? Возбуждай его движением и выражением глаз, дыханием, пальцами ног — да-да, они тоже очень эротичны. А потом пообещай ему невероятные чувственные наслаждения, пообещай с самым невинным видом, и он сделает все, что в его власти, чтобы сдержаться, — и тогда завершение покажется ему более восхитительным, чем само путешествие.

Франсуаза жестом указала на бархатную ленту, продетую в обручальное кольцо Кира.

— И замени вот эту штуку жемчугами. Мужчин притягивает округлость жемчужин.

Рука Симоны метнулась к шее и коснулась обручального кольца Кира. Гнев, вспыхнувший в ее глазах, не располагал к продолжению дискуссии на эту тему.

Франсуаза подцепила пару вишенок и принялась раскачивать их.

— Вишни названы в честь турецкого города Черасус. Именно поэтому мужчины ищут женщин с «губами, похожими на спелые вишни». — Она покатала ягоду во рту и плавными движениями губ продемонстрировала изящное искусство наслаждения нектаром. — А знаешь ли ты, что Екатерину Медичи считали вульгарной именно из-за того, как она ела артишоки? Она была исключительной женщиной, живой, деятельной, она сумела изменить себя. Она знала, как передать впечатление запретного плода, драгоценного камня, завладеть которым было можно, только преодолев серьезные опасности и заплатив высокую цену. И потому целая армия мужчин — не считая лошадей — постоянно лобызала пальцы ее ног. — Изящным движением она взяла шоколадную конфету из кубка севрского фарфора. — Истинная королева чувственности и сладострастия. Пища богов. Не доверяй женщине, которая не любит шоколад. — Она положила конфету в рот, выбрала еще одну и разломила ее пополам. — Cherie[40], взгляни на эту розовую начинку. Ее так и тянет облизать.

— Мама, вне всякого сомнения, потребуется нечто большее, чем шоколадная конфета, чтобы мужчина поддался и стал выполнять мои абсурдные и нелепые желания.

— К этому я и веду, Торопыжка. Предварительные ласки имеют большее значение, чем настоящая игра, поэтому ими никогда не следует пренебрегать.

— В этом и заключается проблема, — выпалила Симона. — Предварительные ласки ведут к проникновению, а я намереваюсь избежать этого.

— Чего ты должна действительно избегать, cherie, так это поцелуев. Они более интимны, чем проникновение, и, соответственно, намного опаснее.

— Особенно мои поцелуи — способные отравить любого мужчину.

— Меня не волнуют мужчины, я забочусь лишь о тебе. А теперь прояви хотя бы капельку терпения и дослушай до конца. Нам жизненно важно оправдывать ожидания мужчины. Запомни два волшебных слова, от которых чресла мужчины способны лопнуть: «Я твоя». И не бойся нарушить правила и пустить в ход присущее тебе врожденное обаяние и шарм, способные возбудить самого холодного мужчину. Никогда не опускай глаза, наоборот, стремись поразить своим бесстыжим взглядом. И не забывай об элементе неожиданности. Это очень важный возбудитель.

— А теперь давай вернемся к тому, что беспокоит тебя сейчас более всего. Секс, в отличие от того, что ты думаешь, это не просто физический акт, но еще и иллюзия, cherie, когда фантазию пускают в ход такие хитроумные женщины, как мы. Если ты воспользуешься тончайшими шелками и газовой тканью, чтобы отвлечь внимание, окутаешь ими руки, пропустишь их под мышками, прикроешь ягодицы и направишь их между ног, то сможешь создать столь действенную иллюзию, что он забудет о проникновении — ему будет не до того, поскольку он в этот момент испытает самый потрясающий оргазм. Правда заключается в том, что в пылу страсти мужчина не в состоянии отличить мягчайшее прикосновение шелка от касания внутренней поверхности твоих бедер, объятия муслина от объятий твоей промежности.

Симона нетерпеливо заерзала на стуле. Предложение матери показалось ей заслуживающим внимания, даже практичным в некотором смысле.

Франсуаза восстала из океана атласа, отодвинув мягкие пуховые подушки. Соски ее походили на две розовые жемчужины.

— Почти все, о чем я тебе рассказала, найдется в арсенале средств какой-нибудь неглупой женщины. Но вот того, о чем я поведаю сейчас, нет ни у кого. И поэтому мужчины находят меня восхитительной. А женщины считают колдуньей. Я никогда не открывала этого секрета никому, даже своей матери. Я обнаружила еще один чувственный орган в строении мужского тела. Я называю его источником вожделения. Он начинается в нижней точке позвоночника, где зарождается желание, и поднимается вверх, до шеи, к основанию головы — к головному мозгу, где создаются иллюзии. Дорогая, приляг, пожалуйста, и я покажу тебе, как найти источник мужского вожделения, как с помощью массажа пробудить его чувственные ощущения, а потом и поработить, причем так, чтобы не стать рабыней самой.