Озорная леди - Дженет Робертс

— О да, — ответил он, глядя вперед, туда, где лежал в шезлонге Стивен, — Я сказал, что хочу поговорить с моим капитаном. Мы вместе сражались на «Смелом», мадам… то есть миледи.

— Да, я слышала. Пойдемте.

И она подвела его к Стивену, который уже пытался встать, но из-за слабости это ему не удавалось.

— Нет, нет, ложитесь, ложитесь, — запротестовал седой моряк. — Ваши раны, должно быть, болят так же, как болели мои пару лет назад.

— Я помню тебя, Паркс, — сказал Стивен, улыбаясь и протягивая слабую руку. — Ты дрался как два дьявола. Мне было очень жаль расставаться с тобой.

— Мне — не меньше, — ответил тот.

Он наконец сел, и они начали разговаривать. Мэри оставила их и, придя часа два спустя, была удивлена, увидев, что они все еще предаются воспоминаниям, а у Стивена улучшился цвет лица и засверкали глаза.

Увидев ее, моряк тут же встал.

— Ой, однако, засиделся я тут у вас, — извиняющимся тоном сказал он. — Я вообще-то собирался зайти минут на пять… Но прошло уже, по-моему, больше.

— Приходи еще, — сказал Стивен. — Нам еще о многом нужно поговорить. Я так и не узнал, что произошло в ту ночь в Лиссабоне. Жаркая, должно быть, была драка, судя по состоянию тех, кто возвращался.

— О да, битва была что надо, — сказал Паркс, собираясь уходить, с явной неохотой. Слегка покачиваясь, он пошел вдоль кустов роз к выходу, где мистер Джонс терпеливо ждал его в повозке.

Слухи распространялись по округе. Приходили разные люди, иногда по двое сразу. Приходили обычно после обеда, когда Стивен сидел в саду. Несколько раз заходил Джереми Шоу. Сначала он чувствовал себя неловко, но со временем становился все более открытым и дружелюбным. Разговоры с ним касались проблем, связанных с фермами, и Мэри подумала, что его, похоже, прислали к ним как представителя.

Приходили люди из деревни, с ферм, старые флотские знакомые Стивена, забегавшие, по их словам, чтобы шепнуть ободряющее словцо. Сначала не уверенные, захочет ли он говорить с ними, постепенно они чувствовали себя свободнее, обсуждали разные проблемы.

Закончился июль, и в августе Стивен наконец был в состоянии и ходить. С Кристофером у них было много долгих разговоров, и было решено, что тот вернется в Пенхерст и будет управлять им. «Георгиана спит и видит собственный дом, в котором она будет хозяйкой!» — сказал Кристофер, да и ему самому, как оказалось, было не менее приятно получить в свое полное распоряжение несколько акров земли. В его манере вести себя появилась какая-то целеустремленность.

Однажды днем они все вместе сидели в саду и пили чай. Стивен решительно отказался от шезлонга и сидел на стуле. Мэри разливала чай, Георгиана разносила тарелки. Леди Хелен важным голосом заметила, что отнюдь не возражает против того, чтобы ее обслуживали, потому что она все утро болтала с женой приходского священника и ужасно устала.

Георгиана осмелилась засмеяться. Ее лицо посветлело, приобрело какой-то новый оттенок, и в ее манере поведения стало больше уверенности, подумала Мэри.

— Ой, мама, вы ведь так любите посплетничать. Как вы можете от этого устать?

— Мы попробовали разрешить все проблемы сразу, — с сожалением в голосе сказала леди Хелен. Все засмеялись.

— Смейтесь, смейтесь! Но это действительно довольно утомительное занятие.

— О, у нас ведь куча нерешенных проблем в Пенхерсте, — поддразнивающим тоном сказал Кристофер. — Мама, когда решишь все проблемы здесь, можешь начинать в нашем новом доме. Тебе надо только придумать, как бы пооригинальнее это сделать!

— Негодный мальчишка, — нежно сказала леди Хелен. — С каждым днем ты все больше становишься похож на отца. Ну а Стивен, конечно, пошел в свою мать…

Теперь уже засмеялась Мэри. Все повернулись и посмотрели на нее.

— Да нет, не в мать, — с воодушевлением сказала она. — Он точная копия своего отца — такой же упрямый, своенравный, властный и сильный.

Тут она густо покраснела и склонилась над чашкой под лукавым взглядом Стивена.

— Может быть, вы и правы, дорогая, — неожиданно сказала леди Хелен, кивая своей седовато-белокурой головой. — Если вспомнить, как он отослал нас отсюда безо всяких объяснений! У меня сердце сжимаюсь при мысли о том, что он может быть таким холодным и суровым. Но мне следовало бы знать, что он похож на своего отца и думает о нас больше, чем о себе.

— А я все никак не могу простить тебя, Стивен, — сказал Кристофер, вытягивая длинные ноги. — Я пропустил такую первоклассную драку! Если бы я был здесь, ты, скорее всего, не получил бы этих ран!

— Да, но вместе со мной дралась моя прекрасная шотландская жена, — шутливо сказал Стивен, с улыбкой глядя на Мэри.

Она подняла глаза, увидела его улыбку и, смутилась.

— Слышала бы ты ее речь перед теми людьми! Это было грандиозно! Если бы она была помощником на моем корабле, мы выиграли бы все битвы в два раза быстрее!

— Да, у Мэри сильный характер, — отметила леди Хелен, — Ты сделал правильный выбор, Стивен. Ты бы никогда не чувствовал себя счастливым со слабовольной, покорной женой.

— Да, но я намерен укротить ее, — дерзко сказал он. — Она все еще слишком упряма, чтобы угодить моему вкусу!

Мэри еще сильнее покраснела. Ее взволновала неожиданная похвала леди Хелен, а в шутливой угрозе Стивена крылись перспективы на будущее, о которых она не осмеливалась и думать.

Последний раз они разговаривали по душам еще до ее спешного отъезда из замка. С тех пор они не были близки. Он был слишком слаб и болен, чтобы нуждаться в чем-либо, кроме ухода за собой.

Какие же чувства он на самом деле к ней испытывает? Во время их последнего откровенного разговора она спросила его о том, не надоела ли ему, и он не отрицал этого. Краска сошла с ее лица, и она вдруг почувствовала усталость и тревогу.

Георгиана тактично сменила тему и завела со Стивеном и Кристофером разговор о проблемах, связанных с Пенхерстом. Мэри молча слушала и думала о том, как они все изменились. Они стали… дружелюбными. Откровенными. Как будто все нашли свое настоящее место в жизни и теперь могли разговаривать как союзники, а не как враги.

— Ты намерен нанять управляющего? — спросил Кристофер некоторое время спустя. — Бэссет ведь действительно делал огромную работу. Не представляю, как один человек может со всем этим справиться. И, кроме того, есть еще дальние усадьбы.

Стивен поморщился.

— Должно пройти какое-то время, прежде чем я опять смогу кому-либо доверить все это, — с. какой-то неприязнью сказал он.

Леди Хелен задумчиво произнесла:

— Сын одного моего друга, лорда Кристофера, сейчас распродает свое имущество. Он весьма опытный человек и очень тоскует по земле. Он потерял на войне ногу. Пожалуй, он смог бы… он человек чести, хотя у него нет денег…