Озорная леди - Дженет Робертс

Стивен остановился, затем очень спокойно сказал:

— Бэссет, сейчас я осторожно вытащу нож, брошу его на пол. Он причиняет мне боль.

— А мне наплевать, — сказал Бэссет, но Стивен под его настороженным взглядом все же аккуратно вытащил нож и бросил его на пол. Кровь хлынула из раны и потекла по разорванному пиджаку Стивена.

— Ты разозлил меня, — каким-то странным, зловещим тоном сказал Эван Бэссет. Голос его стал выше, и в нем зазвучало что-то необычное. — Пожалуй, так просто я тебя не убью. Смерть твоя не будет легкой. Что бы с тобой сделать? О… все, придумал. Иди.

Он кивнул в сторону двери.

— Ну и дальше что? — спросил Стивен.

— Делай, что тебе приказывают! — Эван так сильно прижал ствол пистолета к голове Мэри, что она съежилась. Другой рукой он стиснул ее предплечье, и оно онемело. — Иди впереди нас, медленно! Делай, что я говорю! Здесь я командую!

Стивен долгим взглядом посмотрел на Мэри, затем кивнул и пошел впереди них. Эван Бэссет подталкивал Мэри, крепко держа ее за руку, и они двинулись вслед за Стивеном. Они прошли через роскошно обставленные апартаменты. Она видела, что Стивен узнает портреты, драгоценности в застекленных шкафах, книги, фарфор.

— Вот, значит, куда все ушло, — спокойно сказал он. — Да, всегда интересно, когда тайна вдруг раскрывается.

— Тебе недолго осталось жить, как раз, чтобы… Можешь думать обо всем этом, когда будешь умирать! — И Бэссет злобно усмехнулся. Мэри не понимала, что он имеет в виду. Как он собирается убить их?

Он подвел их к лестнице ведущей куда-то вниз. Стивен, повинуясь его приказу, медленно открыл дверь и остановился, поджидая их. Когда они начали спускаться по узким каменным ступеням, до них стали доноситься голоса. Они вошли в подвалы замка.

Голоса приблизились — спорящие, сердитые. Слышались звуки тяжелых бочек, передвигаемых по полу.

Они прошли через один огромный погреб в другой и остановились. Впереди Мэри увидела две комнаты, полные людей, бочек, тюков и свертков. Мужчины с ферм, из деревни… Джереми Шоу!

Они уставились друг на друга. Джереми выглядел смущенным. В руках он держал огромный бочонок. Он осторожно поставил его на полку, затем повернулся и скрестил руки на груди. Он с ними, он один из контрабандистов, с тоской подумала Мэри. Но… так ли это? Взгляд его был каким-то странным, как будто он о чем-то предупреждал ее.

— Взгляните на мои новые трофеи, — раздался громкий голос Эвана Бэссета. Он сильно толкнул ее вперед, и она упала на каменным пол. Стивен рванулся к ней, но был остановлен Бэссетом: — Пусть лежит! Парни, смотрите, кого я привел. Хозяин замка, ваш хозяин — и он в моей власти! Что мне сделать с ним? Скажите, как мне убить его. Зрелище будет что надо.

Голоса смолкли. Несколько долгих секунд стояла мертвая тишина. Мужчины переглядывались. Мэри с трудом приподнялась и отползла в конец комнаты, надеясь, что будет вне поля зрения Эвана Бэссета. Она очутилась у ног каких-то фермеров и видела перед собой их грубые ботинки. Сзади нее находились тяжелые стеллажи, предназначенные для бочонков с бренди. Она осторожно приподнялась и села на первую полку.

— Ну… скажите же мне… Как они должны умереть? Это враги, они мешают нашему делу. Всюду суют свой нос, — нетерпеливо сказал Бэссет, небрежно подняв пистолет и помахав им. Мэри заметила, что люди вздрагивали и избегали смотреть ему в глаза. Они боялись его, кроме Джереми Шоу, который так же твердо смотрел на Бэссета, как и тот на него.

Наконец один из мужчин разразился грубым смехом:

— Пытка, Бэссет. Как насчет пытки? — Бормотание, хмурые взгляды; затем послышались выкрики.

— Да, да, пытка и смерть! Ишь чего захотели, мешать нам!

— Значит, пытка. Отлично! — с удовлетворением сказал Бэссет, и в его глазах опять запечатлелось безумие. — Я предоставляю вам возможность по очереди поиграть каминными щипцами и кочергой! Разожгите огонь! Пусть они повизжат! Я люблю, когда кто-нибудь громко визжит! Пусть аристократы, которые живут за наш счет, попробуют сами, чему подвергают нас, когда мы им не повинуемся? Огнем их! Огнем!

Тут вдруг громко заговорил Стивен:

— Разве мой отец когда-нибудь жестоко обращался с вами? Если он и сделал что-либо плохое, так это то, что поставил этого человека управлять хозяйством! Это была страшная ошибка! Но мой отец никогда не причинял зла. А что касается меня… Я сражался за вас против французов! Я дрался на кораблях вместе с такими же, как вы, и некоторые из вас тоже воевали! Мы разбили Наполеона… а он в это время наживался на наших ранах!

— Да, да, это верно… — пробормотал кто-то, но стоявший рядом тут же заставил его замолчать.

Мэри во все глаза смотрела на мужа. Она подумала, что он еще никогда не выглядел так величественно, хотя его бархатный пиджак был порван, лицо в крови, а руки — в грязи. В его глазах полыхал огонь.

— Мы ведь уже дрались вместе. Так сразимся же еще раз! С этим новым тираном, который превращает вас в рабов, держит вас железной хваткой и мучит ваши тела и души! Он угрожает вашим женам и детям, убивает ваших друзей! Сколько же вы намерены терпеть.

Эван Бэссет ударил его. Стивен резко отступил в сторону и, повернувшись, встал к нему лицом, бесстрашно глядя на него. Пистолет Эвана был направлен точно в сердце Стивену. Увидев, что никто из мужчин не двинулся с места, Мэри закричала:

— Что же вы за люди, вы, англичане? Вы что, так и будете целовать свои оковы и кнут, который хлещет вас? Бейте его! Сражайтесь за свою свободу! — Ее звонкий голос пронесся по каменным подвалам.

Никто не двинулся; тишина была зловещей. Стивен стоял лицом к лицу с Бэссетом, напрягшись, словно перед прыжком. Увидев это, Мэри в неистовстве вскочила. Он готов рискнуть, несмотря на то, что пистолет направлен на него…

— Англичане! Сражайтесь за свою свободу! — опять закричала она. — Вы свободные люди, так сбросьте же с себя ярмо рабства! Вы что, так и будете все время кого-то бояться, выполнять то, что вам прикажут? Так и будете заниматься контрабандой, подчиняясь шантажу и угрозам? Где ваше мужество? Выходит, вы, англичане — нация трусов? Тогда я рада, что родилась шотландкой, раз англичане такие!

Послышалось бормотание, недовольное ворчание. Некоторые двинулись было вперед, затем в нерешительности остановились.

Тут зазвучал громкий голос Джереми:

— Я на ее стороне! Я с ней. Долой рабство! Вперед, ребята! Деритесь за свою свободу! — И этот огромный человек шагнул вперед.

Кто-то попытался кинуться на него, но он схватил противника и, подняв, швырнул в толпу, застав всех врасплох. Раздались крики, и началась кровавая свалка. Мэри держалась в стороне, пробралась к полкам и взяла стоявшую под рукой полупустую бутылку бренди, оставленную кем-то из контрабандистов.