Нежность - Розанна Битнер

Блейк бросился к ней, оттолкнув нахала, и схватил Саманту за руку.

— Сэм! Ради всего святого, что ты здесь делаешь?! Девушка взглянула на него со смешанным выражением облегчения и смущения.

— Блейк, — она крепко обняла его. — Я вспомнила, как ты рассказывал, что в этом салуне принимают негров. Поэтому, когда тебя не оказалось в пансионе, я поспешила сюда. Правда, я так боялась заходить внутрь…

Казалось, Саманта вот-вот заплачет. Блейк бросил угрожающий взгляд на пристававшего к ней мужчину, и тот предпочел тут же ретироваться, опасаясь худших последствий. Они отошли в сторону. Блейк остановился, чтобы надеть куртку: вечер был довольно холодным, и озабоченно произнес:

— Боже мой, Сэм, тебе нельзя приходить сюда. Она посмотрела на него затуманенными от слез голубыми глазами.

— Клайд Бичер рассказал нам, что произошло на площади. Но мне было необходимо самой убедиться в том, что с тобой все в порядке. Пожалуйста, не сердись, Блейк, — она прикоснулась к воспаленной щеке, которая слегка опухла. — О, Блейк, мысль о том, что я могла потерять тебя, даже не увидев…

Он приложил пальцы к ее губам и крепко прижал Саманту к себе.

— Я так соскучился по тебе, — голос Блейка охрип от охватившего его желания, которое от выпитого виски становилось все более невыносимым. Он нашел губы Саманты, затем скользнул языком ей в рот. Саманта почувствовала ответное желание, почти сходное с болью и без сил замерла в его объятиях.

Наконец, Блейк оторвался от ее губ, и, весь дрожа, произнес:

— Давай уйдем отсюда.

Они направились по замерзшим улицам в центр города. Ни о чем не спрашивая, Саманта догадалась, что он ведет ее в свою комнату в пансионе. Это, безусловно, был большой грех, но в этот момент ничего не имело значения. Ее кровь буквально кипела от незнакомого прекрасного желания. Три недели разлуки не изменили отношения Саманты к Блейку, а только обострили все ее чувства. Блейк Хастингс стал для нее смыслом существования. Даже мысль о том, что его могли убить, была непереносима для Саманты. Хорошо это или нет, но она должна быть с ним вместе.

— А что подумают твои родители? Они не будут искать тебя? — спросил Блейк, когда они пересекали тихую улицу, на которой находился пансион.

— Родители даже не знают, что я ушла. Я незаметно выскользнула из дома, когда они уснули. Пойми, я должна была увидеть тебя, Блейк. Я не могла этого вынести.

— Тише, не разговаривай. Я постараюсь незаметно провести тебя в свою комнату.

Они вошли в дом, осторожно прикрыв за собой дверь, затем быстро поднялись по лестнице в комнату Блейка и заперлись на ключ. В ту же секунду Блейк схватил Саманту в свои объятия и начал настойчиво и неистово целовать ее. Он пытался убедить себя, что следует быть более осторожным. Но они так долго не видели друг друга… Кроме того, Блейк сегодня едва не погиб, а тут еще выпитое виски — все это действовало на него крайне возбуждающе; охваченный безумной страстью он не мог трезво оценивать ситуацию.

Саманта тоже желала его. Блейк чувствовал это по тому, как она отвечала на его поцелуи. Но разве он имел право воспользоваться таким подходящим моментом? Боже, как ему этого хотелось! Блейк продолжал целовать ее мягкие губы, шею.

— Я люблю тебя, Сэм. Я так скучал без тебя и уже подумывал о том, чтобы упасть перед твоим отцом на колени и умолять его о прощении.

— О, Блейк, я просто не знаю, что делать. Отец хочет отправить меня на восток, к моему брату. Он считает, что я должна уехать из Лоренса, пока не закончатся выборы.

Блейк медленно отстранил Саманту от себя.

— Ты уедешь?

Он повернулся и зажег лампу, чтобы лучше видеть Саманту, и снова притянул ее к себе. Блейк смотрел в наполненные слезами глаза любимой, стараясь взять себя в руки. Мысль о том, что они расстанутся, возможно, на несколько месяцев… Однако, если учесть, как развиваются события, то в этом, наверное, есть смысл. Самым важным в данный момент была безопасность Саманты, а после того, что сегодня произошло с ним, Блейк и сам понимал, что ее отец прав, разлучая их. Находясь рядом с Блейком Саманта будет подвергаться еще большей опасности.

Саманта уловила выражение покорности в глазах Блейка. Но она сама больше всего на свете не хотела уезжать от него. Если Блейк попросит извинение у ее отца, возможно, они помирятся. Внезапно Саманту осенила идея. — Блейк, мы могли бы пожениться, — предложила она, желая убедить его. — Я хочу быть только с тобой, хочу стать твоей женой. Меня не страшит опасность. Если мы поженимся прямо сейчас, вечером, отец уже ничего не сможет поделать.

Мысль об этом подействовала на Блейка возбуждающе. Он уже в который раз пожалел, что выпил виски. Благоразумие и желание боролись в нем. Блейк тяжело вздохнул, снимая куртку.

— Кто нас поженит, Саманта? Все священники хорошо знают твоего отца. Они сразу поймут, что мы пришли потому, что он не дал своего согласия. Кроме того, мы оба знаем, что твой отец никогда не поженит нас, особенно после того, что произошло сегодня, — Блейк отвернулся, не в силах вынести взгляд ее прекрасных голубых глаз; в голове у него все помутилось. — И, возможно, он прав: на востоке ты будешь в большей безопасности. Я люблю тебя, поэтому тоже хочу для тебя только хорошего.

— Нет! — Саманту охватил ужас, она лихорадочно старалась придумать, как убедить Блейка. — Но ты же не хочешь, чтобы я ушла. Я знаю это.

Конечно, — он повернулся к ней. — Но я также не хочу, чтобы с тобой что-нибудь произошло.

— Со мной все будет в порядке, пока ты рядом. Саманта знала, что есть только один способ сохранить Блейка: остаться на ночь… здесь, в комнате… в его постели. Если она будет принадлежать Блейку, отец будет вынужден обвенчать их.

Саманта сначала даже не поняла, как подобная мысль могла прийти ей в голову, и откуда у нее взялось мужество. Она только помнила о том, что нужно сделать все, чтобы Блейк не уехал из Лоренса. Саманта медленно развязала и бросила на стул меховую накидку, затем сняла шляпу, вытащила из волос два гребня. Волосы тяжелой волной упали ей на плечи, а по щеке девушки скатилась одинокая слеза.

— Может быть, мне придется покинуть Лоренс, Блейк, — тихо сказала она, медленно расстегивая платье; сердце бешено стучало у нее в груди. — Но независимо от того — уеду я или останусь — у нас, возможно, больше не будет такого шанса, — смело продолжила Саманта. — Наверно, это самый непростительный грех в моей жизни… но я люблю тебя… и, если вдруг с тобой что-нибудь случится, мне хочется, чтобы ты стал моим первым мужчиной. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты остался здесь… со мной.