Мятежное сердце - Эми Фетцер

Глава 11

Рейн крепко прижимал девушку к себе, ветер рвал на них одежду. Но преследователи не отставали, и капитан снова подумал, что им нужна его жизнь, а не медальон. И теперь он снова вовлек в свои неприятности Микаэлу. Когда их почти нагнали, Рейн осадил Нараку, спустился по крутому откосу и спрятался под мостом, ощущая, как настил содрогается от ударов копыт. Впервые с начала их бешеной скачки он посмотрел на девушку.

Закинув голову, Микаэла глядела вверх. В ее глазах не было страха, а только решимость, хотя большинство женщин давно бы пришли в ужас. Или она не понимает опасности прогулок в темноте?

— Зачем, Микаэла?

— Чтобы никто не догадался, что я не сплю в своей постели, как послушная маленькая девочка. — Рейн не улыбнулся, лицо оставалось мрачным, как у демона. — Я работаю на благотворительной кухне, к большому неудовольствию своего дяди.

— Ты возвращалась не с кухни для бродяг. — Он знал, что в этом районе нет подобных заведений.

— То есть я лгунья?

— Да, и притом весьма неумелая.

— Не стану тратить время, чтобы переубедить вас. — Микаэла показала пятна на своей куртке и блестевшие от жира перчатки.

Рейн нахмурился, не веря ее словам, но все же не исключал и такую возможность. Если девушку схватят, то одним нагоняем от дяди она не отделается, а ему совсем не хотелось, чтобы ее били.

— Я отвезу тебя домой, отведу прямо в твою комнату…

— Мне не нужна ваша помощь. И если я не арестована… Рейн схватил ее за плечи и тряхнул.

— Можешь не сомневаться, Микаэла, тебя убьют. Жаждущие крови мужчины не моргнув глазом расправятся с уличным мальчишкой!

— Вы хотите сказать, они гнались за вами?

— Не имеет значения. Я вооружен, а ты нет.

— Кроме того, вы мужчина, а я нет? Я беспомощна…

— Прекрати!

Рейн быстро оглянулся, надеясь, что они не привлекли ничьего внимания.

— Господи, до чего невозможная женщина! — Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Я знаю, что ты не беспомощная, в доказательство могу предъявить шрам, но тебе не следует так безрассудно рисковать. Особенно ради любовника, который бросил тебя в опасности.

— Лгунья, тупица, шлюха. Как еще вы меня назовете?

— Я не это имел в виду.

— Неужели?

— Микаэла… — В его голосе слышалась враждебность. Есть ли у нее любовник?

— Я делаю то, что должна.

На этой чертовой благотворительной кухне?

— Не дай Бог нам еще раз встретиться на улице! Я уже не буду таким покладистым.

Ну что ж, в таком случае она позаботится, чтобы их пути больше не пересекались.

— Я тоже могу спросить, что вы делали вдали от порта? Убивал человека.

— Вообще-то не слишком далеко, — пробормотал он. Рейн выехал из-под моста, но промчавшаяся мимо карета вынудила их прижаться к деревьям. Он грубо выругался.

— Там не было кучера. Может, нам следует… что-нибудь предпринять?

Его взгляд заставил Микаэлу воздержаться от дальнейших вопросов. Небеса будто разверзлись, начавшийся ливень в момент промочил их насквозь.

— Когда только кончится эта ночь, — вполголоса проворчал Рейн, выезжая на дорогу.

Ягодицы Микаэлы прижимались к его чреслам, но он пытался не обращать на это внимания, забыть, что она смела, очаровательна и так приятно чувствовать ее рядом. Он сконцентрировался на том, что она безрассудна, упряма и ее могли застрелить лишь потому, что она имела несчастье случайно встретиться с ним. К тому же она недосягаема для него.

Микаэла поерзала, стараясь отодвинуться.

— Сиди спокойно.

— Ваш медальон колется. Рейн окаменел.

— Что?

— Ваш медальон, боевая награда. Я видела его, когда вытаскивала пулю.

Рейн схватил ее за плечо, заставляя повернуться.

— Что тебе известно об этом?

— У моего дяди есть похожий.

Господи, неужели ее дядя тоже вероятный кандидат и они родственники? Он подумал, что если она проговорится, то люди, намеревающиеся расправиться с ним, убыот и ее.

— Поклянись, что никому не скажешь о его существовании.

— Но…

Он встряхнул ее:

— Обещай!

— А вы обещаете никому не рассказывать о моем сегодняшнем приключении?

Красивые губы Рейна угрожающе скривились, и Микаэла ощутила неприятный холодок.

— Договорились.

Он передвинул медальон на спину, пришпорил коня, и Нарака вновь ринулся сквозь тьму.

Напряженное молчание было прервано только тогда, когда они пересекли границу владений Дентонов. Рейн, следуя указаниям девушки, подъехал к боковой стене дома, где остановил жеребца и взглянул сквозь пелену дождя на окно.

— Ты не можешь вернуться тем же путем.

— Не только могу, но и должна.

— Если ты упадешь, я не намерен терять остаток ночи, выкапывая тебя из этой чертовой грязи.

— Боитесь испачкать свою красивую одежду, Рейн?

Он усмехнулся, соскочил с коня и посмотрел на нее. Отвергнув протянутую руку, Микаэла спрыгнула на землю, поскользнулась и ухватилась за седло, чтобы не упасть.

Лицо Рейна осталось бесстрастным, что весьма ее раздражало.

— Ты можешь попасть в свою комнату через кухню?

— Да, только двери заперты.

Схватив девушку за руку, он потащил ее за собой вдоль стены. Она дернулась, пытаясь освободиться, но Рейн только молча посмотрел на нее. Их шаги по мокрой земле казались в тишине оглушительно громкими. Возле черного хода он извлек из сапога металлический стержень, просунул его в замок, едва коснувшись пальцами задвижки.

— Как вы собираетесь его…

Дверь приоткрылась, и Микаэла перевела изумленный взгляд на лицо Рейна. Тот пожал плечами:

— Наверное, ее плохо закрыли.

Дверь она закрывала сама и сделала это как следует.

— Вы к тому же опытный вор?

— Не опытнее тебя.

— Сомневаюсь.

Когда дверь скрипнула, Рейн осторожно провел ладонью по петлям, и она распахнулась, не издав ни звука. Микаэла стояла у порога, охваченная сотней различных чувств, о которых не желала думать.

— Тебе лучше войти, пока кто-нибудь не почувствовал сквозняк. — Она кивнула. — Уходи, Микаэла. Пожалуйста. Если ты не уйдешь, я не смогу больше сопротивляться тому, чего не должен делать.

Хотя он ругал ее, но оставался джентльменом: стоял под дождем в промокшем плаще и треуголке, почти не защищавшей его лицо, а она была укрыта навесом. Сегодня Рейн опять спас ей жизнь, правда, она справилась бы и сама, проведя ночь в старой бочке или каком-нибудь не менее отвратительном месте, но все равно она у него в долгу.

— Значит, мы заключили договор?

Рейн уколол себя металлическим стержнем и поднял окровавленный большой палец. Микаэла сделала то же самое, и они, глядя друг другу в глаза, прижали пальцы.