Викинг - Фабио

Ирвинг скривился и выразительно посмотрел на хмурые небеса.

– Угу, если только раньше не пойдет дождь, и нам придется все отменять прежде, чем закончим съемку. Марчелло тоже взглянул вверх.

– По крайней мере, все эти темные тучи помогут нашим ребятам из группы спецэффектов. На фоне таких облаков наши ужасы будут похожи на настоящий базальт.

– Что еще, к черту, за базальт?

Марчелло ухмыльнулся.

– Базальт – это вулканическая порода. Очень прочная. Из базальтовых скал сложена вся Исландия. Разве ты не знаешь, что Исландия возникла из пепла и лавы, выброшенных вулканами со дна морского?

Ирвинг досадливо махнул рукой.

– Ладно, ладно, мне все равно.

А Марчелло, посмотрев на стаю пролетавших птиц, не удержался и пустил еще одну шпильку в режиссера:

– Между прочим, могут быть проблемы с птицами. Чайки этого вида не живут в Исландии. Может быть, тебе стоит их перекрасить?

– Ты давай, лучше береги свою задницу, когда будешь валяться на корабле. И не забывай, что в июне мы начинаем снимать «Форт Лареми».

Марчелло оставалось только покачать головой вслед Ирвингу, который побежал дать указания звукорежиссеру. Невдалеке от того места, где он стоял, гример и стилист по прическам суетились вокруг Моники, одетой в золотисто-желтое платье норманнской женщины и пытались уложить ее волосы, светлыми прядями которых играл ветер.

Марчелло направился к ним.

– Послушай, Гретхен, тебе не удастся сделать ее лучше, чем она есть, – пошутил он, подмигнув Монике.

– Может ты и прав, Марчи… Но я все-таки попытаюсь, – утомленным голосом ответила женщина и вдруг с криком отчаяния бросилась за картонным шлемом, слетевшим с головы одного из артистов массовки.

– Наконец-то мы с тобой одни, мой ангел, – тихо произнес Марчелло. – Ну как, ты готова оплакивать прощание с твоим гордым воином?

Он подошел ближе и провел ладонью по ее волосам, приглаживая их, и Моника взволнованно спросила:

– Ты ведь будешь сегодня осторожен, правда?

– Наверное, ты тоже наслушалась, как Ирвинг переживает по поводу предстоящей сцены. Она посмотрела вокруг.

– Мне совсем не было необходимости его слушать. Ветер, сильное волнение на море, огонь, – я и сама знаю, что это может быть опасно.

Марчелло пожал плечами, а потом улыбнулся.

– Знаешь, в награду павшему герою и в знак особого уважения викинги обычно приносили в жертву красивую рабыню и отправляли ее рядом с погибшим воином в Валгаллу на одной погребальной ладье. Я все еще приглашаю тебя отправиться со мной.

– Чувствую, что должна в этот момент протянуть тебе оливковую ветвь, да? – спросила Моника.

– Может быть.

Молодая женщина задумчиво посмотрела на него, а потом покачала головой.

– Ох, Марчи. Ты хочешь, чтобы я отправилась с тобой, но только на твоих условиях. Действительно, твои старомодные инстинкты лучше всего удовлетворила бы принесенная в жертву рабыня.

– Значит, я по-прежнему остаюсь в твоих глазах троглодитом, с которым ты отказываешься иметь дело? – спросил он и мрачно взглянул на нее.

Моника тяжело вздохнула.

– Троглодит, но, несмотря на это, чертовски притягательный… а может, как раз, благодаря этому я только знаю, что тебя все равно не изменить.

Марчелло подошел к ней поближе и звенящим шепотом прошептал:

– Одним словом, ты не отваживаешься отправиться со мной в путешествие?

– Я не могу, Марчелло, – спустя мгновение печально ответила она.

Они посмотрели друг другу в глаза, словно безмолвно прощаясь, затем мужчина большим пальцем вытер слезу, покатившуюся по щеке женщины, и сказал:

– Ну, что ж, малышка, тогда постарайся не очень плакать об Айваре. А то вся твоя косметика поплывет. Моника сжала губы.

– Марчелло…

– Да?

– После съемок я хочу вернуться домой, чтобы собрать свои вещи.

Он нахмурился.

– Это действительно необходимо, Моника?

На ее лице отразилась печаль и решимость довести до конца начатое.

– Да, необходимо. Иначе, мы только будем оттягивать неизбежную развязку. Мне надо что-то решать с моей жизнью, а тебе нужно искать себе ту девушку, которая сможет дать то, что ты от нее хочешь… – Моника помолчала, а потом сделала попытку улыбнуться, – и которая сможет отправиться с тобой в путешествие.

Марчелло слегка погладил ее по щеке и сказал:

– Я уже нашел эту девушку, но… она, похоже, еще не готова отплыть со мной.

Они вновь посмотрели друг другу в глаза, и, вдруг, услышали крик ассистента режиссера:

– Так, ребята! Все по местам! Живо! Живо!

Увидев как Марчелло нахмурился и собрался отойти, Моника тронула его за руку.

– Давай, по крайней мере, расстанемся друзьями.

Он попытался придать лицу любезное выражение.

– Ну конечно. Никакой трагедии. Наверное, я должен пожать тебе руку на прощанье, да?

– … Поцелуй меня, пожалуйста, – просто попросила она.

И тогда, пробормотав что-то невнятное, он прижал к себе ее гибкое, податливое тело и с огромной нежностью и страстностью прильнул к губам Моники. С того места, где стояли члены съемочной группы, раздались одобрительные насмешливые крики.

– Эй, Марчи, подожди! Скоро будешь целовать валькирий в Валгалле, – ухмыляясь до ушей, пошутил Крис.

Марчелло и Моника разомкнули объятия, и, понимая, что на них смотрят десятки глаз, улыбнулись друг другу спокойно и беззаботно.

– Удачи тебе, красавчик, не сломай себе шею, – сказала Моника, и голос ее дрогнул от волнения.

А Марчелло легонько коснулся кончика ее носа своим указательным пальцем и ответил:

– И тебе удачи, малышка. Пусть все сходят с ума рядом с тобой. В конце концов, тебе это всегда удавалось. Особенно, когда речь идет о моей персоне.

Он повернулся и стремительно пошел прочь. А она, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не позвать его, просто стояла и смотрела ему в спину.

Ветер, казалось, стал еще яростнее, когда Марчелло, держа свой шлем за рог, поднялся на палубу корабля. Там суетились пиротехники и другие специалисты по спецэффектам. Артист подошел к ассистенту по эффектам и легкомысленно поинтересовался:

– Ну что, твои люди, кажется, собираются сегодня приготовить из меня барбекю?

– Не шути так, Марчи. Это совсем не смешно, – покачал головой, не принимая его шутки, Стэн – ассистент режиссера по спецэффектам.

Довольно ухмыляясь, Марчелло осмотрелся на корабле. Рабочие уже расставили на палубе кучи всякой всячины, которую викинги должны были дать своему «погибшему вождю», чтобы он взял ее с собой в Валгаллу – еда, эль, драгоценные украшения, оружие и прочие вещи. Он прошел на середину палубы и лег на узкое погребальное ложе, накрытое шкурами животных. Служители привязали его, тщательно запрятав ремни под складки одежды.